Терминатор Пепельный фронт - Джон Сан
Позади них, из серого тумана, вырвался луч.
Ослепительно-алый, пронзающий мглу, как лазерный целеуказатель.
Следом за лучом из тумана вылетела вспышка фиолетовой плазмы. Плазменный болт с оглушительным, режущим визгом пронесся всего в полуметре от головы Берга, ударившись в каменный склон собора. Взрыв испарил кусок скалы размером с холодильник, осыпав отряд дождем из расплавленного, светящегося камня.
— За стены! Быстрее! — прорычал Берг, забрасывая Элоди на уступ.
Маркус запрыгнул на камни последним, прикрывая их своим широким металлическим телом. Его янтарные глаза безотрывно смотрели вниз, в туман, откуда поднимался Инквизитор.
Эш, шатаясь, ввалился в темный, холодный зев разрушенного притвора собора и рухнул на древние каменные плиты, тяжело задыхаясь. Стены готического храма сомкнулись вокруг них, предлагая иллюзорную защиту.
Они достигли Франции. Но они привели с собой Смерть. И теперь, в стенах божьего дома, им предстояло принять бой, в котором их шансы были равны нулю.
Глава 14
ГЛАВА 14: ГОТИКА И ПЕПЕЛ
Европейский Театр Военных Действий
Побережье Франции, руины Кале
2029 год
Камень. Твердый, безжалостный, древний камень.
После десятков километров сводящего с ума, чавкающего токсичного ила на дне Ла-Манша прикосновение к твердой породе казалось благословением, даже несмотря на то, что этот камень сдирал кожу с ладоней до мяса.
Отряд «Вангард» карабкался по отвесному, изломанному склону французского побережья в районе того, что когда-то было портовым городом Кале. Ядерные удары, обрушившиеся на Европу тридцать лет назад, до неузнаваемости исказили береговую линию. Море ушло, обнажив гигантские, острые как бритва базальтовые клыки бывших подводных рифов, а сам берег превратился в отвесную стену из спрессованного пепла, стекла и щебня.
Позади них, в сером, клубящемся тумане мертвого русла, всё еще угадывалось ослепительно-фиолетовое послесвечение. Плазменный болт, выпущенный Летающим Охотником, ударил в скалу всего в нескольких метрах ниже, едва не испарив Берга. Воздух был густым от запаха озона и расплавленного кремния. Камень под руками Эша был обжигающе горячим, но он не обращал на это внимания.
— Наверх! Не останавливаться! — хрипел Эш, выталкивая свое измученное лихорадкой тело на следующий уступ. Его левая рука была практически парализована болью, он подтягивался только на правой, упираясь коленями в острые сколы базальта.
Берг, тяжело дыша и издавая звуки, похожие на рык раненого медведя, буквально забросил Элоди на плоское плато на вершине утеса. Девушка рухнула на спину, судорожно глотая ртом ледяной воздух. Следом, с грацией смертельно уставшей кошки, перевалилась через край Оксана.
Последним на плато бесшумно запрыгнул Маркус. Для киборга этот подъем, едва не убивший людей, был лишь преодолением препятствия с углом наклона в семьдесят градусов. На его хромированном, тяжелом эндоскелете не прибавилось ни царапины, лишь порванная силиконовая кожа на лице окончательно закоптилась от близкого разрыва плазмы.
Эш подтянулся на край плато и перекатился на спину. Несколько секунд он просто лежал, слушая бешеный стук собственного сердца, отдающийся в висках. Свинцовое небо над Францией казалось еще ниже, чем над Лондоном. Тяжелые, грязно-черные грозовые тучи неслись над землей с пугающей скоростью, предвещая радиационную бурю.
Они пересекли мертвый канал. Они вырвались.
Но радости не было. Потому что прямо у них за спиной, в этом самом сером тумане, который они только что покинули, с невероятной скоростью бежал идеальный убийца. Инквизитор Т-800. Тварь, которая распяла человека на куске ржавой стали просто для того, чтобы изучить его агонию.
— Командир… — Берг тяжело опустился на колено рядом с Эшем, водя стволом плазмомета по сторонам. — Мы на открытой местности. Если летуны вернутся или эта тварь поднимется по нашим следам, нам конец. Здесь негде укрыться.
Эш с трудом перевернулся на живот и поднял голову.
Только сейчас, когда пелена боли и адреналина немного спала с глаз, он увидел, что именно возвышается перед ними на вершине калеского утеса.
Это было циклопическое, почти сюрреалистическое в своей мрачной величественности сооружение. Исполинский готический собор.
Судный день не пощадил его, но и не смог стереть в порошок. Прямое попадание авиабомбы уничтожило восточное крыло, обрушив трансепт в глубокую воронку, но центральный неф и западный фасад устояли. Две гигантские, квадратные башни уходили высоко в грозовое небо, словно два обломанных, почерневших пальца мертвеца, грозящих небесам. Аркбутаны — полукруглые каменные арки, поддерживающие стены — напоминали оголенные ребра колоссального доисторического скелета.
Почерневший от копоти пожаров и времени камень, химеры с отбитыми мордами, изрытые осколками стены. Это был Собор Нотр-Дам-де-Кале, или то, что от него осталось. Памятник вере, которая сгорела в термоядерном огне, уступив место богу из хрома и проводов.
— Туда, — Эш указал здоровой рукой на зияющий черный провал главного входа, где когда-то были дубовые двери. — За стены. Там толщина камня больше метра. Радары летунов нас не просветят, а мы сможем контролировать единственный подход с утеса.
Они поднялись и побрели к собору. Каждый шаг отдавался болью.
Когда они пересекли порог и вошли под своды притвора, на них обрушилась тяжелая, могильная тишина и пронизывающий холод.
Внутри собор казался еще более грандиозным, чем снаружи. Высота сводов достигала сорока метров. Центральный неф был наполовину завален обломками рухнувшей крыши, кусками лепнины и почерневшими от времени деревянными балками. Длинные ряды каменных колонн уходили во мрак, теряясь в тенях.
Знаменитые витражи, когда-то заливавшие пол цветными бликами, были выбиты взрывными волнами десятилетия назад. В огромных готических окнах, похожих на пустые глазницы, завывал пронзительный ветер, принося с собой сухой снег пополам с радиоактивным пеплом.
Запах здесь был специфическим. Древний камень, высохшая, окаменелая гниль и слабый, почти истлевший аромат ладана, который чудом сохранился в порах базальта, смешиваясь с их собственным потом и кровью.
— Матерь Божья… — прошептала Элоди, озираясь по сторонам. Девушка с трудом скинула тяжелый рюкзак с диском на грязные каменные плиты пола и привалилась спиной к основанию массивной колонны. В этом месте она почувствовала себя невероятно маленькой и уязвимой.
Эш не стал тратить время на восхищение архитектурой. Его воспаленный мозг солдата мгновенно превратил святыню в огневую точку.
— Берг, — голос командира лязгнул металлом,