Как мы нагибали галактику - Бандильерос

— Это точно нужно испытать на этих тварях! — сказал Каин, — хотел бы я посмотреть, как они сдохнут.

— Обязательно, друг мой, обязательно. А главное — по моим сведениям, тираниды биологически не способны создать противодействие нанитной угрозе. Она настолько далеко от каких-либо физических и биологических опасностей нормальных существ — что они не смогут выработать против них иммунитет. Если настроить нанитов на биосигнал тиранида — они будут жрать их клетки без всякого подтверждения от центрального компьютера. Для этого можно использовать болтерные снаряды с нанитами и артиллерию — доставить прямо в их скопления и смотреть, как они подыхают. Наниты умеют питаться биологическими токами и заряжать себя от атмосферы — так что теоретически…

— Это для тиранидов хуже любого врага.

— Да. Для орков тоже. Наконец, список на сегодня не закончен.

— Господи, что ещё? — воскликнул Магос, — Святой, вы балуете нас новыми образцами техники тёмной эры регулярно, но…

— Я готовлюсь создать маленькую, но сильную армию, Флавий, поэтому и занимаюсь её оснащением. И поэтому думаю о том, как усилить солдат. Во время войны с феррумами, длившейся восемь столетий, человечество отвергло сложных роботов и перешло на использование простых, даже простейших. Опасность заключалась в том, что ИИ мог взломать робота и использовать его как своего агента. Мы начали развивать самих себя — свой разум, свои тела, создавать модификантов, упор делали на создание мощной боевой брони и оружия, а не на автоматику. Но сейчас угрозы что феррумы захватят и перепрограммируют роботов — нет. Поэтому мы можем использовать их. Механикус уже давно используют автоматонов, я узнавал, и ничего — хотя автоматоны механикус чудовищно примитивны. Жизнь человека в империуме недорога — точнее вообще ничего не стоит, поэтому вы используете сервиторов — что тоже опасно, кстати, так как при наличии души — в них могут вселиться сущности варпа. Вселиться в машину им намного сложнее или вовсе невозможно. Некроны вон для них неуязвимы.

— И ты создал роботов? — Каин потягивал Танну, как обычно, и игнорировал всех остальных. Кардинал слушал с интересом, а Флавий — ждал откровений.

— Нет, я не проектировал их — я лишь решил взять на вооружение военную модель робота — «Гетинакс» — используемого до войны с феррумами и до создания ИИ. Это очень сложная, но всё же — машина, которая не может ослушаться директив и приказов — и в принципе лишена возможности свободы воли. Позвольте я вам её представлю. Гетти, входи!

В помещение вошло оно. Машина — руки и ноги его были многосегментными, а не сочленёнными, как у людей — руки имели четыре когтя — острейшие когти, длинные, под которыми скрывались стволы орудий. Корпус не был похож на человека, скорее на панцирь, без головы. Машина шла очень плавно, даже вальяжно — благодаря всё тем же сочленённым конечностям.

— Гетинакс, или GT-NX. Одно из самых страшных оружий человечества своего времени. Боевая масса — три тонны, питается от сверхмощного реактора, его силовые когти могут прорвать броню большинства боевых машин, при этом эта машина ломает все стереотипы о том, что роботы должны передвигаться словно беременные черепахи. Она ловкая как эльдар, его руки и ноги могут изгибаться как угодно, а не только как у людей — поэтому данная машина — на поле боя невероятно опасна. Она может прыгать, скакать, летать, совершать рывки, и в целом — это настоящая машина смерти. Считалось, что встретить в бою гетинакса — это верная погибель даже для хорошо модифицированных бойцов с хорошей силовой бронёй. Эта машина никогда не входила в СШК и после начала войны с феррумами — попила нам крови очень много. Они взламывали её и переписывали базовые директивы, обращая наше оружие против нас.

— Поразительно. А с ней такого не случится?

— Феррумы были невероятно сложны и изобретательны. Нет, я сделал иначе — использовал память другого типа и контрольную систему для связи и удалённого уничтожения единиц — поэтому Гетинакс — безопасен для нас. В бою между космодесантником и гетинаксом я бы на космодеса и трона не поставил — эта машина его разрежет очень быстро.

****

Забегая вперёд, скажу сразу — тираниды были в ужасе.

Но расскажу обо всём по порядку — мы прилетели к планете Адамант, начали строительство корабля, и после этого — полетели по направлению к тиранидам — найти их было несложно — и вышли на орбите планеты, на которую совершалось нападение этих тварей.

Маленький эсминец никто не воспринял всерьёз — но когда мы высадились… Имперская гвардия держалась тут очень стойко — восемнадцать полков удерживали город, тиранид было чертовски много — и мы на шаттлах спустились вниз, на планету. Я вышел первым, за мной остальные — и должен отдать должное — эффект от моего нового уровня святости был невероятен — навстречу святому вышли несколько шишек этой планеты. Сама по себе она не представляла из себя что-то уникальное — просто зелёная терраформированная планета, обычная, аграрный мир — выращивающий для империума огромное количество провизии. Кормить же людей чем-то надо — это был колхозный мир — но относительно передовой из-за наличия залежей, которые разрабатывали механикусы — и на планете были заводы прометия, были заводы производств — это был нормальный, цивилизованный мир.

Когда я вышел из шаттла — планетарный кардинал рухнул на колени в своём священном экстазе — за мной вышли девочки Клементины и комиссар Каин.

— Встаньте, неудобно.

— Как можно, святой!? — воскликнул он.

— Встать, я сказал! И доложить по форме, что у вас тут творится. Где тираниды?

— Они повсюду, святой, — сказал губернатор — жирная страшная морда, кстати. Противен — я даже не напрягаясь чувствовал его гнилую натуру. И поэтому снял часть блока — сила святого разлилась вокруг, заставляя засиять символы империума на этих людях и на капсуле — а губернатор и вовсе пустил кровь носом и рухнул.

— Сразу видно, гнилой человек, — поморщился я, — нам нужно кое-что проверить — мы займёмся своими делами, а вы занимайтесь своими. И да, вроде как надо солдат воодушевить… полечу, — я расправил крылья, — займусь делом. Немного. Каин, ты знаешь, что делать.

Меня ждали бойцы — с высоты птичьего полёта трудно не заметить их. Над городом работало ПВО — летающих тиранид сбивали, а вот дальше — небо