Тени Гонконга - Кристен Лэш
Впечатление такое, будто кто-то разрубил пополам храм, а посередине вставил правительственное здание – настолько велик контраст.
В одном из окон верхнего этажа колышется занавеска. Маячит чье-то лицо.
Мей вжимается в сиденье.
– Не смотрите на окна, – советует водитель, и сердце у нее екает.
Машина останавливается. Водитель разворачивается. Он все продолжает набирать воздух в тощие щеки, хотя трубку и вынул. Вид у него обреченный.
– Слушайте, мисси, – говорит он, – я могу вас отвезти обратно вниз. Если хотите. Только скажите.
– Я не понимаю, – говорит Мей. Горло у нее так свело, что слова приходится выкашливать. – Вы разве не работаете на Холли Чжан?
– Работаю на… Нет, – говорит он твердо, – не работаю.
– Почему вы это говорите таким тоном?
Ее собеседник – теперь Мей с ужасом понимает, что он таксист, а не личный шофер, – смеется, шлепая губами.
– Не местная, понятно. Ну, добро пожаловать в Холл-Хаус. Или как там они его называют, Мэйденхэйр? Это самое проклятое место на острове Гонконг. Но вы, наверное, скоро сами все увидите.
Холли Чжан встречает Мей у двери прежде, чем она успевает постучать.
Правда, еще неизвестно, смогла бы Мей оторвать для этого руку от рукояти ротанговой корзины или нет. Она идет за хозяйкой через маленький вестибюль в огромный холл, а в ушах у нее шепотом звучит предупреждение водителя. Атмосфера здесь мрачная и очень тихо – слышен только перестук каблучков Холли по голым тиковым полам, но Мей почти ничего не замечает из окружающей обстановки, кроме огромной двойной лестницы в центре холла. Лестница окутана тенью, а верхняя площадка совсем утонула во тьме.
– Сначала, конечно, вам надо устроиться, – говорит Холли, пока они поднимаются по лестнице. Цок-цок. – В семь вечера в столовой подадут еду. Тогда я с радостью объясню подробнее, в чем цель моего соревнования и как мы проведем следующую неделю. – Цок-цок.
Холли останавливается, будто хочет проверить, не отстала ли Мей.
Цок-цок-цок-цок-цок.
Мей резко поворачивает голову, но за ними по лестнице никто не идет.
Это просто эхо. А может, даже ее пульс. Нельзя показывать тревогу. Она ускоряет шаг, чтобы держаться ближе к Холли, и они идут дальше. Мей подавляет желание шагать через ступеньку. Но когда они доходят до площадки, дышит она все равно тяжело.
– После ужина мы соберемся в Красной библиотеке, – говорит Холли, – там и пройдет первый сеанс.
Здесь пол покрыт толстым ковром, и с каждым шагом ноги Мей утопают в нем глубже, чем она ожидала. Будто она и правда тонет.
Коридор перед ними освещен бледными шарами электролампочек. Мей сосредотачивает свой взгляд на них.
– Мэйденхэйр разделен на три части, – продолжает Холли. – Вы все будете жить здесь, в центральной части дома. В северное и южное крылья в одиночку не ходите. – Хрипловатый смешок. – У этого дома такая сложная планировка, что мой муж думает, его специально так спланировали.
– А мистер Мэйденхэйр тоже будет ужинать с нами? – спрашивает Мей, злясь на то, какой хриплый у нее внезапно голос, будто скрип двери, болтающейся на петлях. – Вы столько о нем говорили, тетушка, – продолжает она этим новым жутковато-хриплым голосом. – В лавке диковин.
– Джорджа сейчас нет. Он уехал по делам.
Внутренний голос из темной драконьей пещеры внутри Мей говорит, что, может, это и к лучшему.
Джорджу Мэйденхэйру даже необязательно знать, что ты сюда приезжала.
Необязательно что-то менять.
Можно просто поехать домой.
Но где дом?
В Шанхае, в захваченном красными городе, который она оставила за собой?
В Цзюлуне, где она оставила за собой красный след на берегу?
Мей с болью и почти с ужасом понимает, что она пришла сюда, потому что ей надо изменить хоть что-нибудь. Ее нынешняя жизнь вообще не жизнь – она застряла где-то посередине. В чистилище. Мей пришла сюда, чтобы освободиться, чтобы снова начать дышать, и она прекрасно помнит войну своего детства – прекрасно знает, что освободиться можно только через кровь. Другого пути нет. Холли говорит, что Джордж вернется как раз вовремя, чтобы познакомиться с победителем. Цок-цок. Джорджу нравятся победители.
8
Шанхай, август 1937 года
Я просыпаюсь и вижу, что уже день, а мы подошли к высокой бамбуковой ограде. В воздухе сильно пахнет переспелыми фруктами. Здоровяк спускает меня с плеча. Подходит Первая Жена и берет меня за руку. Ноги у меня подгибаются, но она держит меня своими драконьими когтями. Здоровяк открывает калитку, и мы входим в мощеный двор, похожий на тот, который бабуля подметает каждый день, но гораздо чище.
В глубине двора стоит красный прямоугольный дом с квадратными окнами и желтой крышей.
Дверь открывается, и я ощущаю прилив надежды – может, это па, может, он приехал другим поездом и все это время меня ждал? Но это не па, это дама с красными, будто их искусали мошки, губами и огромными оленьими глазами. Она вся увешана украшениями, они везде – на запястьях, на шее, болтаются в ушах. Я не понимаю языка, на котором она говорит. Мы что, уехали из Китая? Это луна? А можно на луну на поезде приехать? Где па? И когда уже меня отпустят домой?
Первая Жена говорит даме в дверях:
– Моя новая приемная дочь не говорит на шанхайском диалекте, Третья Жена. Маленькая Мей и на мандаринском-то едва говорит. У нее большие пробелы в образовании.
– Маленькая Мей? – Третья Жена морщит нос.
– Это он выбрал, не я, – хмуро отзывается Первая Жена.
Я начинаю плакать.
Первая Жена выпускает мою руку, и я оседаю на землю, но Третья Жена меня поднимает и уводит в дом. Первая Жена говорит, что ей нужно отдохнуть после дороги, и спрашивает Третью Жену, где экономка. Третья Жена говорит, что экономка занята малышами, потому что няня сбежала к родным в Нанкин, – и что сейчас все куда-нибудь сбегают. Первая Жена в своем тесном ципао ходит шажками мельче, чем у бабули, но это не мешает ей уйти прочь, и я вдруг остаюсь одна с женщиной по имени Третья Жена, которая кажется еще более чужой – Первую Жену я хоть видела раньше, – и плачу еще сильнее. Третья Жена предлагает мне в утешение леденец, но я не могу, просто не могу. Никакие конфеты не заменят мне те конфеты, которые я потеряла на вокзале, и вообще, в этом доме сам воздух такой сладкий, что у меня скоро зубы заболят.
– Даже
Ознакомительная версия. Доступно 15 из 77 стр.