Формула зла - Рик Мофина

Молилась она от всего сердца.

Нельзя думать о плохом, потому что это неправда. Надо крепиться, как сказала мама.

Сара сжала руку дочери.

Ведь Кэти – хорошая девочка.

Потом все собрались в большом зале.

Иногда Саре казалось, что некоторые посетители косятся на нее и Кэти, но не могла поймать ничей взгляд. Похоже, они всё знают. А может, на фоне нервного потрясения у нее просто разыгралось воображение.

Лавируя между собравшимися, Сара и Кэти миновали компанию оживленно шептавшихся девушек-подростков.

– Поверить не могу, что Таннер пришел!

– После того, как разбил ей сердце? Да ты что!

– Может, он все еще любит ее?

Сотрудники похоронного бюро вежливо попросили всех выстроиться в очередь и проследовать к родителям Анны в приемную, где был накрыт стол. Зажатые между двумя девушками, Сара и Кэти заняли свои места. Перед ними стояли два парня в костюмах.

– Привет, Таннер, – шепнула одна из девчонок.

Парень со съехавшим набок галстуком обернулся.

– Привет, Обри, – ответил он. Увидев Сару и Кэти, кивнул в знак приветствия и вдруг снова на них посмотрел, очевидно заметив украшение, висящее на шее у Кэти.

Подвеску, подаренную им Анне.

Таннер отвернулся, но по спине у Сары пробежал неприятный холодок.

Зря я разрешила дочери надеть украшение на похороны.

Но Кэти настаивала. Когда они собирались, дочка сказала: «Анна подарила ее мне, мам. Она такая красивая. Пожалуйста, разреши мне ее надеть. Это покажет, как сильно я скучаю по Анне. И утешит меня».

Сара уступила, однако сейчас, видя реакцию Таннера, почувствовала себя неловко. Они постепенно продвигались вперед. Было слышно, как люди выражают соболезнования родителям Анны. Наконец дошла очередь до Таннера.

– Мне очень жаль, – сказал он дрожащим голосом. – Простите за всё.

Линора подняла на него взгляд.

Прошло несколько секунд, прежде чем она слегка кивнула, приняв извинение.

Чак пожал ему руку.

– Спасибо.

Таннер кивнул и прошел дальше.

Увидев Сару и Кэти, Линора распахнула объятия.

– Спасибо, что пришли, – поблагодарила она.

– Прекрасная служба, – сказала Сара.

– Ты такая красивая, зайка, – обратилась Линора к Кэти.

Золотое сердечко на цепочке блеснуло ярким светом.

Линора уставилась на него.

– Симпатичное, – сказала она. – У Анны было похожее.

– А это оно и есть. – Кэти протянула ей сердечко. – Она мне его подарила.

Во взгляде Линоры читалось недоумение.

– Когда она тебе его отдала?

– В автобусе по дороге в парк. Анна сказала, что оно ей больше не нужно и я могу оставить его себе.

Несколько секунд, на протяжении которых Линора разглядывала вещицу, изрядно потрепали Саре нервы. Но затем уголки губ женщины расплылись в слабой улыбке.

– Это так похоже на Анну. Береги его. Я знаю, что она тебя любила, Кэти.

– Я тоже ее любила.

– Именно это, – Линора потянулась к ее руке, – немного нас утешает. То, что ты последняя… что ты была с ней, когда… что там была именно ты, Кэти.

Всхлипнув, Линора уткнулась в грудь мужа. Чак обнял супругу. Джон погладил мамины плечи.

– Спасибо, – выдохнула Линора.

Сара коснулась их, затем обняла одной рукой Кэти, и они направились к выходу.

По пути к машине, заметив на другой стороне дороги телекамеры и фургоны новостных каналов, Сара прибавила шаг.

Онлайн

Мелодия к заставке мрачного фильма 1940-х годов играет на фоне ночных безлюдных улиц большого города.

На экранах зрителей со всего земного шара всплывает заголовок: «“Сердца-обличители”[3] с Соней и Шейном».

Буквы растворяются, и на их месте появляются женщина в огромных очках в красной оправе и бородатый мужчина в бейсбольной кепке. Оба сидят за столом в больших наушниках, готовые к началу эфира.

На заднем плане – заставленные книгами полки, фотографии в рамках, цветы и плакаты с обложками «Хладнокровного убийства» и «Преступления и наказания». Антураж создает теплую, домашнюю атмосферу. Ведущие улыбаются, машут и начинают эфир.

– Всем большой привет! Я Соня, а это мой брат Шейн.

Шейн приветственно постукивает по козырьку кепки.

– И мы в прямом эфире, – говорит Соня. – Добро пожаловать в наш девяносто девятый – только подумай, братишка! – наш девяносто девятый выпуск «Сердец-обличителей».

– Жесть! И какой у нас сегодня охват! Бирмингем, Англия. Майами. Оттава, Канада. Денвер. Сантьяго, Чили. И Перт, Австралия. Кое-кто из вас, похоже, вообще никогда не спит. Вот это я понимаю – темная ночь души[4]! Класс.

– Итак, – продолжает Соня, – сначала информация для тех, кто смотрит нас впервые. Мы с Шейном – сыщики-любители, одержимые реальными преступлениями. Все началось с чтения классических романов, таких как «Хладнокровное преступление», «Helter Skelter» и «Луковое поле». Потом мы изучили несколько громких расследований: дело Бостонского душителя, дело Йоркширского потрошителя и многие другие.

На экране мелькают фотографии, взятые из архивных материалов.

– В конце концов мы помешались на преступлениях и создали свой канал, чтобы обсуждать старые и новые дела с нашими единомышленниками.

– Точно, – поддакивает Шейн. – Предупреждаем: у нас нет цензуры. Контент очень мрачный, сплошная чернуха. Потому что мы показываем и обсуждаем каждый факт, который смогли раскопать о деле. Абсолютно каждый. Любителям хардкора рекомендуем легендарное «Практическое пособие по расследованию убийств» Вернона Геберта.

– В сегодняшнем выпуске к нам присоединится специальный гость, с которым мы обсудим одно из дел, – говорит Соня. – Но для начала у нас есть отличная новость: благодаря вам мы набрали больше пяти миллионов просмотров за месяц!

– Это просто охренительно. Спасибо всем нашим подписчикам!

На экране возникает стоковое изображение радостно аплодирующей толпы.

– Сегодня мы вернемся на несколько десятилетий назад и обсудим дело одного из самых плодовитых серийных убийц в мире, – говорит Соня. – Бездушного монстра, который терроризировал страну более десяти лет, прежде чем был пойман.

На экране появляется фотография лысоватого мужчины с широко раскрытыми глазами и маниакальной ухмылкой.

– Перед вами, – говорит Шейн, – Андрей Чикатило из России.

– Брр. Жуткий тип!

– После того как его арестовали за то, что он жестоко убил, расчленил, а в некоторых случаях даже съел несколько частей тел пятидесяти двух мальчиков, девочек и молодых женщин в период с тысяча девятьсот семьдесят восьмого по тысяча девятьсот девяностый год, – говорит Шейн, – Чикатило назвал себя ошибкой природы.

Появляются фотографии лиц юных жертв.

– Отправляясь на охоту, Чикатило всегда брал с собой сковороду и другие кухонные принадлежности, – продолжает Шейн. – Как отмечали русские следователи, одна из его жертв была до того обезображена, что версия убийства даже не рассматривалась: все решили, что погибшая упала в комбайн для сбора урожая.

Появляются графические изображения места преступления.

Снимки исчезают, и экран разделяется надвое. В одном углу – ведущие, в другом – седовласый мужчина в очках и с гарнитурой, сидящий за рабочим столом.

– Мы рады