Госпожа Сим – киллер - Джиён Кан
– Это не то же самое, что освежовка!
Так между собой мы, мясники, иногда называли разделывание туши. Проделанное Пак Тхэсаном сильно отличалось от того, чему учил меня господин Лим из Мачжандона. Когда набьешь руку, то разделываешь мертвое животное на части в соответствии с их назначением чисто автоматически. По необходимости мы меняли ножи, а если работы скапливалось слишком много, то звали младших коллег по цеху, чтобы снять пленку с мышц или разрезать сухожилия. Но убийца действует один с начала и до конца. Ему не поменять нож посреди процесса и не попросить коллег подсобить, если вдруг почувствует, что сам не справляется. У убийцы есть только один шанс, и в случае провала он труп.
Я смотрела на Пак Тхэсана со смесью благоговения и ужаса. Видимо, заметив это, он добродушно рассмеялся:
– Я тут кое-чего прикупил. Давайте поедим, а потом закончим с занятием.
Вместе мы приготовили обед. Чунги промыл рис, Пак Тхэсан запарил пророщенные соевые бобы. Я развела соевую пасту водой, чтобы приготовить бульон, добавила в него шпинат и запаренные ростки для смягчения вкуса. Сварила суп из кимчхи со свининой, замариновала лук с огурцом в кисло-сладком соусе и потушила говядину с пророщенным машем. Кастрюля супа, в которой поочередно орудовали три ложки, быстро опустела. Никто из нас троих не употреблял алкоголь и не курил, зато в тот вечер под рассказы о подвигах Пак Тхэсана мы выпили литров пять апельсинового сока.
В ту ночь мне приснилось, что я стою без ножа в мясной лавке, полной покупателей, и не знаю, как выкрутиться. Три килограмма вырезки, килограмм двести граммов фарша, пять килограммов ребрышек – все это надо продать, а я не могу. Я топнула ногой, в ту же секунду тихо открылась дверь лавки, и вошел мой покойный муж. Он был молодым и здоровым, а не изможденным, как в последние годы жизни, – похож на нашего Чинсопа в его нынешнем возрасте. Супруг раздвинул толпу и подошел ко мне. В оцепенении я протянула к нему руки. Я хотела сказать ему «папочка наш», но не смогла произнести ни звука. Он понимающе улыбнулся, вынул что-то из кармана кофты и протянул мне. Это оказался очень маленький нож, примерно с палец длиной. Таким не то что мясо, даже чокопай не разрежешь! Я взяла нож и от обиды закричала на мужа. Тогда нож в моей руке увеличился вдвое. Потрясенная, я крикнула еще раз. На этот раз нож стал размером с ладонь. Когда я собиралась крикнуть снова, надеясь, что нож достигнет подходящих для разделки мяса размеров, муж обратился ко мне: «Ынок, давай вместо мяса нарежем этим ножом фрукты. Мне не нравится запах мяса. Какой пример ты подаешь детям? Хватит уже разделывать туши».
Я так разозлилась, что подскочила в постели. Муж ни разу в жизни палец о палец не ударил, чтобы мне помочь, а теперь, когда я практически нашла способ обеспечить детям достойное будущее, он еще и недоволен? А уж спрашивать, какой пример я подаю детям, учитывая, что сам он безответственно сбежал на тот свет, словно пересел на другой автобус, и вовсе нелепо. От запрета мужа у меня только прибавилось решимости.
Весь день Пак Тхэсан объяснял мне, как зарезать человека, как подкрадываться, как отличать тех, кого я должна убить, от тех, кого убивать нельзя. Я тщательно записывала все в блокнот, который мне выдали в страховой компании, только использовала иные формулировки: так «заказчик» стал «клиентом», «цель убийства» превратилась в «мясо», само «убийство» обозначалось как «разрез», «заказное убийство» – «продажа», а «анализ данных» – «покупка», ну и так далее. Нельзя было допустить, чтобы дети, если вдруг обнаружат блокнот, что-то заподозрили.
Моим первым заказчиком был одноглазый мужчина за шестьдесят, который носил толстую золотую цепь и кольцо с огромным янтарем. Едва зайдя в офис, он велел Чунги вместо кофе принести зеленый чай в бутылке и пачку сигарет «Эссе чейндж». Затем, пропустив мое приветствие мимо ушей, уселся на диван и широко расставил ноги. Его зрячий глаз был затуманен, как у моего покойного мужа.
– Это госпожа Сим Ынок, она займется вашим делом, – представил меня Пак Тхэсан.
Мне показалось, Одноглазый разочаровался, узнав, что нанятый им убийца – женщина, да к тому же нерасторопная и в возрасте. Как раз в этот момент вернулся Чунги с бутылкой зеленого чая и пачкой сигарет.
– У вас здесь молодежь киснет, а вы… – Одноглазый закурил, и Чунги быстро включил очиститель воздуха.
– Пожалуйста, доверьтесь мне. Все будет сделано безупречно. Для агентства «Смайл» это вопрос жизни и смерти.
Одноглазый глотнул чая и кивнул:
– Дело серьезное, назад не отыграешь. Оплошай вы, на кого наручники наденут?
Пак Тхэсан взял лист бумаги, что-то написал на нем и протянул Одноглазому:
– Послушайте, агентство «Смайл» лучшее, в том числе в вопросах сохранения чужих тайн. Чунги еще не готов никого убивать, а вот госпожа Сим – настоящий профессионал, она уже давно в игре. Сим Ынок, возьмите, пожалуйста, нож.
Не раздумывая, я встала и взяла со стола нож. Как учил меня Пак Тхэсан, я приподняла его и сжала чуть ниже центра тяжести – так, будто собиралась всадить его жертве между ребер.
– Госпожа Сим может проникнуть куда угодно, не привлекая к себе внимания. Нет, ну сами посудите: как мужчина убьет хозяйку бани, если та целыми днями сидит в женском отделении?
Вот оно что! Одноглазый заказал хозяйку бани. По его словам, они прожили вместе тридцать три года, а теперь бывшая жена подговорила сына, и те потихоньку присваивают богатства Одноглазого и готовятся эмигрировать вместе с ее новым мужем. Честно говоря, я не считала, что своими действиями женщина заслужила смерть, но отказаться от первого же задания было нельзя. Одноглазый опустил веки и сдвинул густые брови. Ситуация его явно тревожила. Потом он вдруг сложил большой и указательный пальцы, показав знак «о’кей» и поднялся.
– Ладно, вы восстановите справедливость. Ну и что, если это сделает женщина? Только не подведите.
Мы втроем вздохнули с облегчением. Когда Одноглазый
Ознакомительная версия. Доступно 16 из 78 стр.