Ещё не совсем мертва - Холли Джексон

Она зажмурилась, помедлила секунду, а затем шагнула вперед и открыла глаза.

Это была уже не её гостиная. Не то место, где она валялась в обнимку с Реджи и засматривалась сериалами на «Нетфликсе» допоздна. Не то место, где она когда-то уронила спагетти, поставив пятно на ковер, и умоляла отца не выдавать её матери. Не тот сверхдлинный диван, один угол которого принадлежал Люку в его подростковые годы, а другой — самой Джет. Раньше он принадлежал Эмили, пока той он больше не понадобился. Джет не меняла его несколько лет — так, на всякий случай. Телевизор теперь превратился в пустое черное зеркало, в котором она видела собственное отражение.

Теперь комната стала другой, лишенной жизни. И первое, что бросилось в глаза, был даже не красный цвет, а желтый. Повсюду были расставлены маленькие таблички — маркеры места преступления с напечатанными на них черными цифрами. Счет шел всё выше и выше.

Затем она увидела красное. Еще больше отпечатков лап, описывающих панические круги.

Взгляд Джет проследил за призрачными следами Реджи до лужи крови — подсыхающей, но всё ещё влажной, поблескивавшей в лучах дневного света. Густая и растекшаяся, она наполовину запеклась на дереве, наполовину впиталась в угол ковра. Что ж, про соус от спагетти можно забыть — это пятно не вывести уже никогда.

Крови было больше, чем, по мнению Джет, вообще мог потерять человек.

Её кровь.

Инстинктивно она потянулась к повязке на затылке, но вовремя одернула руку, не коснувшись бинтов. Крови было так много, что для неё потребовалось сразу четыре маркера: 6, 8, 9 и 11.

— Ты в порядке? — спросил Джек. — Мы можем остановиться в любой момент.

Джет вдохнула, задрав голову к потолку в поисках воздуха, не отравленного запахом крови. Это тоже было ошибкой. Еще два желтых маркера, прилепленных к белому потолку. Номера 31 и 32. Красные капли разлетелись там странным узором, перечеркнув одну из светодиодных ламп и запекшись на стекле.

— А это что такое? — шмыгнула она носом.

Джек подошел ближе и тоже посмотрел вверх.

— Это следы разбрызгивания, — тихо ответил он. — Кровь, слетевшая с орудия... между ударами.

— И они до сих пор не знают, что это было за орудие?

— Его так и не нашли.

На полицейском языке это означало «нет».

В коридоре послышались голоса; в дверном проеме мелькнули её мать и шеф Лу. Они прошли мимо, задев друг друга плечами; рука Лу замерла в воздухе за спиной Дайан Мейсон, когда они направились к лестнице. На их обуви были синие бахилы.

— Мы уже всё осмотрели вместе со Скоттом вчера, — говорил ей Лу своим привычным вкрадчивым голосом, — но было бы очень кстати, если бы и вы взглянули. У вас глаз более намётанный. Посмотрите, вдруг чего-то не хватает или что-то лежит не на своём месте. Вообще любая мелочь.

Звук их шагов стих наверху.

Джет подошла ближе к кровавому пятну, ища разрешения в глазах Джека. Она прошла за диваном; подушки на нём были взбиты, их верхние углы аккуратно торчали вверх — такие чистые, они казались совершенно чужеродными в этой комнате ужасов.

Джет остановилась. Прямо там, где, должно быть, покоились её ноги, пока её голова истекала всей этой кровью.

— Врач сказала, что меня ударили трижды, — произнесла она, превращая утверждение в вопрос.

— Да, — подтвердил он. — Улики говорят именно об этом.

— А что еще они говорят?

Джек прикусил язык и оглянулся через плечо.

— Пожалуйста, мистер Финни. Мне нужно знать.

Джек вздохнул, понизив голос.

— Видишь те следы разбрызгивания крови? — он указал на камин перед лужей крови, где стояли маркеры 13, 14 и 15. — Они указывают на то, что тебе нанесли два удара в затылок, когда ты еще стояла на ногах.

Джет и сама могла бы им это сказать. В её ушах снова раздался хруст собственного черепа — эхо, вибрирующее внутри головы. Скоро ей нужно будет принять еще обезболивающего.

— А третий удар? Вот этот? — она указала на повязку сбоку головы, над ухом. Тот самый удар, который украл её слова.

Джек указал на другую группу маркеров — 7 и 10, — которые почти поглотила жадная лужа крови. Джет прищурилась и смогла разглядеть маленькие красные штрихи прямо за границей пятна.

— Характер брызг говорит о том, что ты уже была на полу, когда получила последний удар — тот, что пришелся в левую часть головы. Нападавший склонился над тобой.

Джет сглотнула, пытаясь это представить; к тому моменту она уже была «в отключке» и не помнила третьего удара.

— Значит, точнохотел моей смерти.

Джек потер бровь и кивнул криминалисту, который как раз зашел в комнату с камерой в руках. Джет подождала, пока тот выйдет в сторону кухни.

— Эти брызги говорят о чем-нибудь еще? — спросила она. — Знаете, я смотрела «Декстера». Концовка — дерьмо.

Джек отвел взгляд.

— Нас никто не слышит, — настаивала она. — Пожалуйста.

Он заговорил тихо и быстро:

— Траектория капель и следов разбрызгивания указывает на то, что удары наносились сверху вниз. А это значит, что преступник выше тебя ростом.

Джет вздохнула.

— Мой рост — сто шестьдесят сантиметров (5 футов 3 дюйма), это не так уж сложно. Что-то еще?

— Правша, — ответил он. — Удар пришелся только в левую часть головы, потому что именно так ты лежала, когда упала. Нападавший — правша.

— Итак, правша и выше меня? — подытожила Джет. — Не особо-то сужает круг подозреваемых. Вообще ни капельки.