Дух огненных озер - Артур Гедеон

– Торопится, выходит?

– Еще как торопится. Ночами не спит.

– А зачем? Куда торопится?

– Не могу знать.

– Мне нужно два пропуска на ферму, сделаешь?

Чиновник жалобно застонал.

– Права не имею…

– Сейчас я тебе мозги расплавлю, Куралесов.

– Сделаю!

– Отлично. Распорядись.

– Нина, сделай товарищам пропуск.

– Нина, отвечай! – скомандовал Долгополов.

– Все сделаю, только пусть старичок нам мозги оставит.

– Старичок?! – обернулся на нее Антон Антонович.

Оглянулся за ним и Крымов.

– Это зря вы его так назвали, – снисходительно сообщил он, – очень зря.

– Простите, – пролепетала секретарша. – Дедушка…

– «Дедушка» тоже плохо, – подсказал Крымов. – Лучше что-то нейтральное, например, «ваше высокородие» или «преосвященство».

– Делай два пропуска, Нина, – приказал Долгополов. – Шаг влево, шаг вправо – расстрел. Пошли!

– Двинуться не могу.

– Отомри.

Нина тотчас схватилась за сердце.

– Не хватайся за сердце – молодая еще помирать-то.

Через пять минут два пропуска были оформлены. Нину вернули в кабинет начальника.

– Ну что, пора их размораживать? – спросил Крымов.

– Замрите! – страшным голосом приказал Антон Антонович. – Усните! Слушайте! – Властные команды заставляли трех чиновников преображаться буквально на ходу; Куралесов даже быстро всхрапнул, закинув голову. – Будете спать пять минут, а когда проснетесь, ничего не вспомните. Прощайте, паралитики!

На вахте Антон Антонович подошел к охраннику.

– Замри, – грозно шепнул он.

И тот, выпучив глаза на старика, послушно замер.

– Фамилия?

– Горбунов.

– А теперь скажи, Горбунов: с мониторов идет запись или нет?

– Никак нет.

– Это хорошо. Сейчас ты закроешь глаза и забудешь про меня навеки. Уже в дверях я скажу: отомри, и ты через минуту очнешься.

Два опасных кудесника вышли на улицу.

– А вы хороши в своем деле, – заметил Крымов.

– Особенно когда разозлюсь, – сказал Долгополов. – А сегодня я очень зол.

– Они точно ничего не вспомнят? Эти трое?

– Точно.

– Только не стоит так частить, Антон Антонович. С колдовством.

– Я подумаю.

– А вы в магазине, на кассе, тоже так можете: я, мол, только жвачку взял, а сами кур, колбас и соленых огурцов полную тележку вывезли? И пива еще. И чипсов.

– И так могу.

– Круто.

– Ну так что, Андрей Петрович, завтра или сегодня по горячим следам? К Элеоноре Марковне Захарьевой в гости?

– А сами как думаете? В конечном итоге бороться с демоном ваша привилегия. У меня таких способностей, ваше высокородие, увы, нет.

– Шутите? Это хорошо. Думаю – сегодня. А чего тянуть? Только помните, как сунемся – начнется битва.

– Я понимаю, – кивнул Андрей Крымов. – И готов к этому.

– Да будет так. Аделаида торопится со своей продукцией – придется поспешить и нам!

Часом позже они подъезжали к ферме «Сладости матушки Лады», раскинувшейся до самых предгорий с лечебными источниками. Пропуск и гипноз позволили им пройти как внешний периметр, окруженный сеткой-рабицей, с мрачной охраной, так и войти в центральное здание корпорации и подняться на последний этаж из зеркального стекла. Секретарша замерла за своим столом, скованная речью злого старика, но перед этим нажала кнопку вызова и ровно вымолвила:

– К вам два посетителя, Элеонора Марковна, и ждать они не намерены. Сказали: вопрос жизни и смерти.

– Впусти их, – ответила хозяйка.

Крымов открыл створку двери и вежливо пропустил Антона Антоновича Долгополова вперед. Зашел за ним и закрыл за собой дверь. Тонированные стекла придавали огромному пустому кабинету, больше похожему на зал, освещение рассвета. Вдоль высокого потолка приглушенно горели лампы. В дальнем углу за огромным овальным столом, похожим на зеркало, сидела облаченная в белоснежный деловой костюм дама с длинным золотым каре.

Два посетителя двинулись к ней и остановились в десяти шагах.

– Кто вы такие и что вам нужно? – спросила она.

– Догадайся сама, «матушка Лада», – как ни в чем не бывало посоветовал Антон Антонович. – Это не так сложно. Ну?

Ее глаза вспыхнули догадкой, гневом, ненавистью. Она прошептала:

– Впрочем, кажется, я уже знаю…

– Вот-вот, рано или поздно мы должны были заглянуть к тебе на огонек, милая «матушка Лада». – Бодрый старик даже кивнул для пущей убедительности: – Рано или поздно! Позволь представиться, Антон Антонович Долгополов, – с деланой учтивостью поклонился он, – и Андрей Петрович Крымов.

– Тебя называют Великим инквизитором, – сказала она.

– На твоей половине Вселенной – возможно, – согласился бодрый старик. – На моей половине меня зовут иначе.

– И как именно?

– Добрым Волшебником семьсот семьдесят седьмой ступени посвящения. Это говорит тебе о чем-нибудь?

– Что ты можешь распоряжаться пространством вокруг себя.

– Именно!

Но Крымов уже едва слышал его – он смотрел в ее глаза. Карие блестящие глаза! Едва увидев их на картине, он действительно пленился ими, а прочитав мемуары тайного советника Аполлона Светозарова, и совсем попал под обаяние этой женщины-демона, тем более понимая, что она где-то существует и сейчас. С ветрами и бурями кочует по континентам. Такая желанная и почти бессмертная! Аполлон Аполлонович назвал ее саму ветром, который носится по земле. Только сейчас ее глаза не смеялись, как на том старинном портрете, а напротив – кололи смертельно острым взглядом, обжигали льдом, пророчили гибель. Но все же, все же!.. Как опять против воли отметил Крымов, они были так же прекрасны. И от этого сама эта женщина, демонесса, была еще пленительнее и опаснее в тысячи раз…

1

– Итак, «матушка Лада», Элеонора Марковна, княгиня Аделаида Савойская! – перечислял женские имена Антон Антонович, глядя, как хозяйка кабинета меняется в лице прямо у них на глазах. – А сколько было еще имен, о которых мы просто не знаем, да и знать не желаем. Ну, может быть, за исключением еще одного – богиня Хаар! За которую ты выдавала себя в Древнем Египте, вскружив головы фараону, жрецам, воинам и даже прислуге. Да так хорошо выдавала, что твою статую изваяли! А, забыл еще одну твою сущность: третья голова чудовища – демона Марагадона!

Крымов скривил губы в сторону старшего коллеги:

– Вы не говорили, Антон Антонович, что будете настолько откровенны.

– Не хотел вас пугать, Андрей Петрович.

– Теперь я знаю, кто это сделал! – Она быстро встала со своего места. – Теперь знаю!.. Мои братья… Это вы… Это вы так поступили с ними…

– О да! – с живодерским энтузиазмом кивнул Долгополов. – Это мы отыскали их!

– Как они погибли – мои братья?

– Страшно! Но прикончили их не мы – твоих братишек поразил Ангел. Он отсек их мужское достоинство и лишил разума. Они превратились в двух ящериц, не более того. Теперь они не узнают ни тебя, ни друг друга, ни самих себя, если их подведут к зеркалу.