Ева Яниковская - А ты знаешь?
щупать желёзки,
мерить температуру
и играть в игру,
которая называется «дышинедыши»?
Попробовал бы я показать язык дедушке мне бы так всыпали… А Вера первым делом просит:
— Высунь язык! Скажи: «А-а-а!»
И лезет мне в горло чайной ложкой.
И всё-таки я согласился бы стать детским врачом.
Во-первых, и ходил бы в белом халате;
во-вторых, я катался бы на белой машине с красным крестом;
в-третьих, все бы мне говорили: «Здравствуйте, доктор, снимайте, пожалуйста, ваше пальто, мы сами его повесим»;
в-четвёртых, с утра до ночи ко мне приходили бы разные люди, которых я вылечил, и хором бы мне кричали:
«Спасибо!
Спасибо!
Спасибо!»
Я умел бы:
делать уколы.
капать в глаза капли.
перевязывать разбитые коленки,
а главное, у меня было бы сто градусников, и если бы я болел сам, то (чур, секрет) я один из градусников разбил бы и шарик ртути катал бы по одеялу.
Нет, мне просто необходимо стать детским врачом.
Но вот открывается дверь, и в комнату входит бабушка. Она несёт чайник и сахарницу с сахаром. Бабушка говорит:
— Ужинать!
Ужинать!
Ужинать!
И все собираются у стола:
и папа,
и мама,
и дедушка,
и я.
Только Мицике спит — он совсем еще маленький.
— Бабушка, — спрашиваю я, — а ты как работаешь?
— Дома я работаю, — отвечает бабушка, — тебе готовлю ужин.
— Бабушка, а это важная работа — готовить ужин?
— Очень важная, — отвечает бабушка. — Ты только представь, что было бы, если бы ты остался без ужина:
ты лёг бы спать голодный,
спал бы плохо,
утром хныкал бы
и у всех было бы плохое настроение.
Замечательно! Я согласен! Я буду работать дома.
— Бабушка, — говорю я, — а я сегодня всех перехитрил. Я со всеми поиграл, только я хочу работать. Вы все работаете, и я хочу. Почему маленьким нельзя работать?
— Как же нельзя? Можно, — отвечает бабушка. — Конечно же, малышам можно работать. Играй вечером сам — это и будет твоя работа.
— Я попробую.
— Обязательно, обязательно попробуй, — говорит бабушка и ставит на стол чайник и сахарницу.