Роман Добрый - Шеф сыскной полиции Санкт-Петербурга И.Д.Путилин. В 2-х тт. [Т. 2]
¾ Что вы сказали? — переспросил он.
¾ То, что вы слышали, дорогой Иван Дмитриевич. Вчера украдено здание Главного штаба.
¾ Вы шутите? — прищурился великий сыщик.
¾ Нет, это правда, Иван Дмитриевич, — подтвердил судебный следователь.
¾ И вот похититель, — прокурор указал на толстяка.
¾ А это вот пособник… — добавил судебный следователь, показывая на бледного нотариуса.
На секунду у меня мелькнула мысль, что оба почтенные представители судебной власти сошли с ума, ибо нельзя было допустить, чтобы они шутили в официальном месте при посторонних лицах.
¾ Ну-с, рассказывайте, кайтесь его превосходительству, господин Сведомцев! — обратился к толстяку прокурор.
Толстяк, задыхаясь от волнения, поведал о покупке им дома у графа П.
Путилин с большим вниманием слушал то, что вы уже знаете.
¾ Ну, а дальше? — задал он вопрос.
¾ А дальше-с произошло вот что. Сегодня утром я решил показать покупку моему главноуправляющему, который вчера приехал с приисков. Подъехали мы к дому, направились к тому самому подъезду, где были вчера с графом. Чтоб черт его, извините, побрал! Смотрю — стоит тот же старик лакей в ливреи.
¾ Ну-ка, братец, показывай! — говорю ему.
¾ Никак нет, — отвечает. — Сейчас не могу, барин.
¾ Как не можешь?! — закричал я на него.
¾ А так-с. Сегодня осматривать нельзя.
¾ Да ты обалдел, любезный?! Почему нельзя? И как ты смеешь мне это говорить?
¾ Извините, господин, я должен начальство слушать.
¾ Какое начальство?! Я — над тобой теперь начальство, понял ты это?
¾ А вы кто-с будете? — захлопал он глазами.
¾ Я-то кто? Да я владелец теперь этого дома!
Он, знаете, поглядел на меня с испугом.
¾ Шутить изволите, вашество... Хе-хе-хе!
¾ Да я и не думаю шутить с тобой, болван! Я купил этот дом вчера у твоего барина, графа П.
Тогда он даже побледнел и дико уставился на меня.
¾ Извините, господин, таких вещей говорить вы не можете, коли ежели вы в своих чувствиях. Дом сей казенный, а не графа какого-то. Как же вы казенный дом купить могли?
У меня в голове зайчики запрыгали.
¾ Как казенный?!
¾ Так-с. Очень просто!
Не взвидев света, полетел я к господину прокурору. И вот оказалось, что купил я казенный дом.
Толстяк Сведомцев был близок к удару. Его лицо совсем побагровело.
¾ Самое ужасное в том, ваше превосходительство, что я дурака такого наломал! Вот, как перед Истинным, говорю: не столько я плачу о потере денег, хотя и сумма громадная, сколько о том, что посмешищем теперь сделался. Ведь на меня пальцами показывать будут! «Глядите, дескать, на знаменитого покупщика казенного здания!» Я-с, поверите ли, в глаза управляющему своему смотреть не могу!
Каюсь: я сам еле удерживался от смеха. О, если бы вы видели фигуру несчастного толстяка! Она была настолько трагикомична, что Путилин кусал губы.
¾ Ну что, каково, дорогой Иван Дмитриевич? — воскликниул прокурор.
¾ Да, случай, действительно, единственный в своем роде! — вырвалось у Путилина. — Но какой молодец! Помилуй Бог, какой гениальный удар! Вот это артистическая работа!
Сведомцев, одураченный золотопромышленник, недовольно посмотрелна моего славного друга.
¾ Как-с, ваше превосходительство, вы его молодцом еще величаете?
Обида и досада звучали в голосе толстяка. Путилин ласково положил свою руку на его плечо: ¾ Не обижайтесь, голубчик, я хвалю его не за то, что он вас, беднягу, надул, а хвалю, повторяю, чистоту его работы. Это моя профессиональная черта восторгаться всем ярким, дерзко смелым. Да вы не вешайте еще головы, успокойтесь! Можеть быть, мне удастся помочь вам. Потом Путилин обернулся к нотариусу: ¾ Нет, вы-то батенька, хороши! Как же это вы ухитрились сделать запродажную запись на казенное здание?
Лицо бледного нотариуса было жалко растерянным. С отчаянием он схватился за голову:
¾ Да разве могла мне прийти в голову мысль о подобном дерзком, необычайном мошенничестве?!
¾ Верно, сомлели от радости, получив такой заказ? — иронически бросил Путилин.
В эту минуту ему подали письмо. Он распечатал его, прочел — и громко рассмеялся.
¾ Да он забавник к тому же, наш милый граф! Слушайте, господа.
И Путилин вслух прочел:
«Ваше превосходительство, глубокоуважаемый Иван Дмитриевич! Я глубоко уверен, что сегодня к вам явится некий... некий...» Путилин засмеялся: ¾ Гм... гм. Это касается вас, господин Сведомцев, но мне просто неловко прочесть это.
Тогда вызвался прокурор:
¾ Нет, я уж очень вас попрошу, дорогой Иван Дмитриевич, прочесть все целиком. Для нас, прокуратуры и следственной власти, необходимо все знать.
Путилин развел руками: ¾ Что делать, повинуюсь. Вы уж извините меня, господин Сведомцев. И он стал продолжать чтение письма:
«...глупый простофиля, дурак из дураков, господин Сведомцев с заявлением о чрезвычайно странной покупке им моего дома. Ввиду того что я получил с него только задаток четыреста тысяч, а дом продал за миллион сто пятьдесят, рекомендовал бы вашему превосходительству истребовать с него недоплаченную сумму на дела благотворения. Ваш покорный слуга граф П.»
Бедный толстяк!
Я убежден, что никто из вас не захотел бы быть на его месте.
ЧУДО С БРИЛЛИАНТАМИ
Роскошный магазин знаменитого ювелира Г. был ярко освещен. Чудесным блеском, яркими огоньками переливались драгоценные камни, горделиво покоящиеся на темно-малиновом плюше.
Владелец магазина Г. стоял у дверей и сквозь зеркальные стекла двери смотрел на улицу.
К магазину быстро подкатила карета. С козел мигом соскочил ливрейный лакей, распахнул дверцу и помог выйти генералу.
Ювелир побледнел и взволнованно крикнул управляющему магазином:
¾ К нам приехал Трепов!
Он бросился отворять двери.
В магазин своей бодрой, решительной походкой входил знаменитый, всесильный генерал Трепов, «грозный»-градоначальник, блестящий царедворец. Его умное, выразительное лицо, обрамленное седыми «николаевскими» усами и баками, было открытое, спокойное, но вместе с тем и суровое. Видно было, что человек этот умел властно приказывать, но не терпел возражений.
¾ Здравствуй! — односложно бросил он ювелиру. Тот почтительно согнулся.
¾ Имею честь кланяться вашему высокопревосходительству, — с дрожью в голосе произнес Г.
¾ Что? Никого нет? Это плохо для тебя. А? Разве плохо торгуешь?
Знаменитый генерал бросал слова резко, отрывисто. Ювелир подобострастно придвигал стул Трепову.