Александр Бондаренко - Подлинная история «Майора Вихря»
Правда, вскоре гитлеровцы окатили своих «близких к западным ценностям» западноукраинских «союзников» холодной водой.
«Неожиданные перемены в судьбу Западной Украины внёс советско-германский договор о ненападении от 23 августа 1939 г. В секретном приложении к этому документу (называемом также «пактом Молотова — Риббентропа»…) предусматривалась передача Восточной Галиции в сферу интересов Советского Союза.
1 ноября 1939 г. Верховный Совет СССР принял решение о включении Западной Украины в состав СССР, с воссоединением её с УССР…»[161]
Получилось, что немцы просто проигнорировали своих преданных «союзников» или кем они их там считали. А ведь УССР — это совсем не та «самостийна» Украина, которой омоновцы грезили! И самое главное, ни для каких ихних (слово не литературное, но уж больно подходит в данном случае) бандер там руководящих постов не предвиделось!
Так что оуновцам только и оставалось ждать, когда новые хозяева начнут свой обещанный «крестовый поход» против большевизма и понесут свои «западные ценности» на территорию «варварской» России…
Прошло два года, и они, как известно, дождались! Почувствовав себя первыми если не после Бога, то уж точно после гитлеровцев, своих хозяев, и где-то даже им равными, омоновцы с дурьей башки ворвались во Львов впереди немецких войск и, подавив сопротивление разрозненных подразделений Красной армии, обеспечили беспрепятственное вступление в город передовых частей вермахта. Словно лакеи, открыли дверь и спешно выстелили перед господами ковровую дорожку…
Подобное сравнение можно бы назвать нетактичным, однако сами гитлеровцы весьма скоро указали своим «союзникам» на полагающееся им место.
А пока они это сделать не успели, оказавшиеся во Львове омоновцы тут же собрали своё так называемое «Национальное собрание», «делегаты» которого — активные члены ОУН и сторонники других близких им по духу националистических группировок — торжественно и радостно объявили о воссоздании независимого Украинского государства. Был, соответственно, составлен Акт провозглашения Украинского Государства. Особого интереса этот документ для нас не представляет, за исключением его третьего пункта:
«3. Восстановленное Украинское Государство будет тесно взаимодействовать с Национал-Социалистической Великой Германией, которая под руководством вождя Адольфа Гитлера создаёт новый порядок в Европе и мире и помогает Украинскому Народу освободиться из-под московской оккупации. Украинская Национальная Революционная Армия, которая создаётся на Украинской земле, будет бороться в дальнейшем с Союзной Немецкой Армией против московской оккупации за Суверенное Соборное Украинское Государство и новый порядок в целом мире…»[162]
Вдумайтесь в эти чеканные строки! Самозваное «Украинское Государство» решает «тесно взаимодействовать» с «Великой Национал-Социалистической Германией», а некая «Украинская Национальная Революционная Армия» ничтоже сумняшеся объявляет непобедимый вермахт своим союзником! В соответствии с этим документом «Великая Германия» имеет как бы две равнозначные задачи: «создавать новый порядок в Европе и мире» и… «помогать Украинскому Народу»!
Нет сомнения, что в этой связи германские знатоки украинской жизни (в абвере и VI Управлении[163] таких, безусловно, было немало) на все лады повторяли избитую плоскую шутку, что рогули[164] на радостях «горилки обпились и сала объелись»… Проще говоря, идея украинской «самостийности» гитлеровцам не слишком понравилась.
«В Берлине пришли в бешенство, и оттуда сразу же поступило указание оккупационным властям запретить самовольные действия ОУН. Созданное ОУН правительство немцы объявили незаконным и приказали распустить, сопротивлявшихся тут же арестовали, демонстрируя, кто здесь хозяин. Часть актива ОУН была расстреляна».[165]
Даже не смешно.
«Надежды украинских националистов на помощь оккупантов в деле создания «независимой Украинской державы» и при расправах с «враждебным элементом» не оправдались. В июле 1941 года немецкими властями были задержаны руководители ОУН-Б Степан Бандера и Ярослав Стецко. Им объяснили, что ни о какой «независимой Украине» речь идти не может, что Украина должна стать немецкой колонией… В августе 1941 года Абвер принял решение прекратить поддержку ОУН-Б. Об этом Бандере сообщил курировавший его сотрудник диверсионного отдела «Абвер-II» Эрвин Штольце. «Когда я на встрече с Бандерой объявил ему о прекращении с ним связи, он очень болезненно реагировал на это, так как считал, что его связь с нами рассматривается как признание его в качестве руководителя националистического движения», — рассказывал впоследствии Штольце. ОУН-Б, тем не менее, продолжала заявлять о поддержке нацистских властей. 1 августа 1941 года Ярослав Стецко призвал украинцев «помогать всюду Немецкой армии разбивать Москву и большевизм». Аналогичный призыв был издан им 6 августа».[166]
Видимо, лишь теперь омоновцы поняли, что сами себя перехитрили. С одной стороны, стало ясно, что все надежды, возлагаемые ими на Германию, были напрасны и что, более того, гитлеровцы объективно являются их врагами.
Но, с другой стороны, «бандеровцы понимали, что проводившаяся годами пропаганда среди западноукраинского населения о необходимости дружбы с Германией как гарантом борьбы за независимость может дезориентировать народ и показать несостоятельность политики ОУН, так неожиданно призвавшей к борьбе с немецкими оккупантами».[167] Ведь немцы совсем ещё недавно считались освободителями, сторонники «незалежности» и отделения Украины от России встречали их на границе хлебом-солью!
Есть версия, что борьбу с немецко-фашистскими оккупантами начали тогда организации ОУН на низовом уровне и что, по некоторым данным, за период оуновско-гитлеровского противостояния немцы потеряли убитыми около тысячи военнослужащих.
«В архивах вермахта не указано ни одного солдата, убитого украинскими националистами», — уверенно возражает Георгий Захарович Санников.
Впрочем, и это «противостояние» не будет таким уж долгим. Бойцы за «незалежность» довольно скоро сообразят, что без «хозяина» им нельзя и что строгие «хозяйские» требования надо выполнять неукоснительно. Да и гитлеровские «союзники», увидевшие впоследствии, что «блицкриг» не получился, решат «поослабить вожжи», коими сдерживали «патриотические порывы» своих верных холуёв. Но это произойдёт несколько позже.