Сергей Нечаев - Марко Поло

В этом месте и поселился после возвращения из плена Марко Поло, «ведя спокойный образ жизни и стараясь восстановить всё то, что было оборвано в роковой день, когда его захватили генуэзцы»{429}. Здесь ему предстояло провести остаток отведенных судьбой лет.

Генри Харт совершенно справедливо отмечает: «Ветви родового древа Поло распутать чрезвычайно трудно — дошедшие до нас факты не укладываются ни в одну схему, какую только можно придумать»{430}.

Марко Поло, как мы уже говорили, был единственным ребенком Никколо Поло. Но это — от первого брака. А еще у него имелся брат Маттео (Маффео), который был намного моложе его.

Генри Харт пишет: «Мы можем предположить, что за те шесть лет, которые Никколо прожил в Константинополе, он, по меньшей мере, раз приезжал домой и что его сын Маффео был зачат до отъезда братьев Поло из Константинополя на Восток. Если это так, то очень трудно понять, почему Марко, рассказывая в своей книге о возвращении отца и дяди в Венецию в 1269 году, ни словом не обмолвился о брате. Помимо того, в одной рукописи говорится, что, приехав в Венецию, Никколо вторично женился и прижил с новой женой ребенка. Удовлетворительного объяснения этой загадки до сих пор никто не предложил, новых документов, которые бы пролили здесь свет, не обнаружено»{431}.

А вот Джованни Баттиста Рамузио утверждает, что Никколо Поло вновь женился, когда Марко находился в генуэзской тюрьме, и у него от этого брака было три сына: Стефано, Маффео и Джованнино.

С подобным утверждением трудно согласиться по нескольким причинам. Во-первых, для таких «подвигов» в 1298—1299 годах Никколо Поло был уже староват. Во-вторых, Маттео (Маффео) родился до 27 августа 1280 года[42].

Что же касается Стефано и Джованнино, то они, как выражается Генри Харт, не были «зачаты в законных простынях»{432}.

Биограф Марко Поло Генри Юл делает предположение, что дети Никколо Поло могли появиться на свет в результате какой-нибудь внебрачной связи, возникшей во время долгого пребывания в Китае. А вот Джузеппе Орландини, автор книги «Марко Поло и его семейство», идет еще дальше: он утверждает, что «они конечно же должны были родиться на Востоке»{433}.

Оливье Жермен-Тома в своей книге о Марко Поло указывает на то, что Никколо Поло в качестве второй жены «взял себе в жены девушку из влиятельной семьи Тревизан, носившую прекрасное имя Фьордализа»{434}.

Маттео (Маффео), родившийся от этого брака, — единственный из братьев Марко Поло, кто имел детей.

Известно об этом человеке немного. В частности, Генри Харт пишет: «Род Поло по-прежнему занимался торговлей и, как предполагает Орландини, вполне вероятно, что Маффео-младший совершил плавание на Крит. Опасности предстоящего плавания и возможность смерти заставили Маффео написать завещание и изложить в нем свою последнюю волю»{435}.

По данным Генри Юла и Анри Кордье, «завещание Маффео Поло, брата путешественника, было составлено в Венеции 31 августа 1300 года»{436}.

Маттео (Маффео) Поло был женат на Катерине Сагредо, и от этого брака «родились Фьордализа и Паскуа»{437}. А вот Генри Харт уточняет, что у Маттео (Маффео) Поло была рожденная в браке «дочь по имени Фьордализа (возможно, она была названа так в честь матери Маффео) и одна незаконная дочь, Паскуа»{438}.

Стоит также упомянуть тот факт, что в завещании Маттео (Маффео) Поло был предусмотрен специальный пункт о том, что «он назначает господина Марко своим наследником на случай, если после отъезда Маффео на Крит у него не родится сын»{439}.

О семье самого Марко Поло также известно немногое — он был женат, и у него было три дочери. Жену Марко Поло звали Донатой. Она была дочерью богатого венецианского купца Витале Бадоера, происходившего из тех самых Бадоеров, «потомков семейства Партечипацио, многие из которого были дожами»{440}. Они поженились примерно в 1300 году Бракосочетание происходило в церкви Сан-Лоренцо.

Генри Харт пишет: «Всё, что известно об этом браке, основано на сообщении Рамузио. Сведениями о том, когда имела место свадьба, мы не располагаем, и вполне возможно, что на Донате, дочери Витале Бадоера, он женился еще до того, как попал в плен к генуэзцам»{441}.

Как отмечает Лоуренс Бергрин, «венецианский брак был сложным предприятием, предполагавшим как празднество, так и деловые соглашения между сторонами. Представители жениха и невесты заключали формальный контракт в dies desponsationis (день помолвки)»{442}.

Генри Харт уточняет: «Молодые были помолвлены по исконному венецианскому обычаю. Может быть, брак совершился по любви, а возможно, всё было сделано через специальных агентов, занимавшихся брачными делами. Деловые соображения вторгались в Венеции в любую сферу, не обходилось без них и при заключении брака. В качестве гарантии нареченный должен был дать своей невесте кольцо и заверить, что брачный договор будет выполнен. Потом в день, называемый “dies desponsationis”, родственники жениха и невесты торжественно обещали друг другу соблюдать условия брачного договора, и на ближайший праздничный день намечалась свадьба»{443}.

У Донаты было неплохое приданое (repromissa) — сундук, доверху набитый украшениями, шелками и драгоценными камнями. Кроме того, в приданое входило вполне приличное недвижимое имущество.

Женившись в столь зрелом возрасте, Марко Поло жил «мирно, не заставляя много говорить о себе»{444}. Короче говоря, он вел обычную для венецианца жизнь, и скоро они с женой порадовали мир тремя дочерьми, которые были крещены как Фантина, Беллела и Морета.

По словам Генри Харта, «когда именно родились и умерли три дочери путешественника, мы не знаем, но кое-какие сведения о них имеются в венецианских документах»{445}. Однако согласно некоторым не вполне внушающим доверие источникам, они родились соответственно в 1300, 1303 и 1305 годах.

Фантина была названа в честь Сан-Фантино, одного из святых в Венеции. Еще одна дочь была названа Морета — вероятно, это была форма имени Марота, которое носила одна из двоюродных сестер Марко. Беллела — достаточно распространенное имя в средневековой венецианской документации.

Итак, из трех дочерей Морета была самой младшей, а две другие уже были замужем, когда Марко Поло уходил в мир иной. Старшая дочь Фантина «прожила самую долгую жизнь из них троих»{446}. Она вышла замуж за Марко Брагадина (вероятно, это произошло до 1318 года). Марко Поло, как это было принято, дал ей роскошное приданое.