Биографии и Мемуары читать бесплатно и без регистрации. Cтраница 202

«Мы были ровесниками, мы были на «ты», мы встречались в Париже, Риме и Нью-Йорке, дважды я была его конфиденткою, он был шафером на моей свадьбе, я присутствовала в зале во время обоих над ним судилищ, переписывалась с ним, когда он был в Норенской, провожала его в Пулковском аэропорту. Но весь этот горделивый перечень ровно ничего не значит. Это простая цепь случайностей, и никакого, ни малейшего места в жизни Иосифа я не занимала».

Здесь все правда, кроме последних фраз. Рада Аллой, имя которой редко возникает в литературе о Бродском, в шестидесятые годы принадлежала к кругу самых близких поэту людей. И ее воспоминания возвращают нашему представлению о молодом Бродском широту и объемность, которая теряется со временем.

Книга известного советского учёного и писателя В. П. Карцева представляет собой первое на русском языке научно-художественное жизнеописание одного из величайших мыслителей мира — английского математика, физика, механика и астронома Исаака Ньютона, оказавшего воздействие на всё развитие науки вплоть до нашего времени. Книга построена на обширном документальном материале, отечественном и зарубежном. Она содержит также широкое полотно общественной и научной жизни Англии конца XVII — первой половины XVIII века.

Рецензенты: доктор физико-математических наук, профессор В. В. Толмачёв, кандидат филологических наук, член СП СССР Б. Н. Тарасов.

В своей книге американский летчик-испытатель У. Бриджмэн в художественной форме описывает испытательные полеты на специально созданном для исследования высоких скоростей самолете «Скайрокет». Приоткрывая завесу над строго засекреченной областью испытания современных экспериментальных самолетов в США, У. Бриджмэн подробно рассказывает обо всех этапах испытания самолета «Скайрокет» и о многочисленных рискованных положениях, в которые он попадал в процессе этой работы. Книга написана живо, увлекательно. Ее с большим интересом прочтут все любители авиации, а для авиационных специалистов она может представить и практический интерес.

Скульптура — одно из наиболее древних по происхождению искусств. И первым скульптором материальных, осязаемых форм был, безусловно, Создатель всего сущего. Пытаясь воссоздать в глине или камне окружающий мир, любой скульптор стремится не просто воплотить страсть к творчеству, но и наделить холодную форму огнём живого жизненного начала, одухотворить материю, стать причастным к сотворению мира. В этом притягательная мощь искусства скульптуры.

В книге представлены биографии и творческий путь лучших мастеров от Фидия и Праксителя до Микеланджело и Родена.

Серия «Лики великих» – это сложные и увлекательные биографии крупных деятелей искусства – эмигрантов и выходцев из эмигрантских семей. Это рассказ о людях, которые, несмотря на трудности эмигрантской жизни, достигли вершин в своей творческой деятельности и вписали свои имена в историю мирового искусства. Журнал Time назвал Леонарда Бернстайна (1918 – 1990) «Легендой американской музыки». В нем все соответствовало этому почетному титулу. Блестящий композитор, автор известной всему миру «Вестсайдской истории», крупнейший дирижер двадцатого столетия, Леонард Бернстайн занимет второе место в списке самых выдающихся дирижеров столетия. Леонард Бернстайн – Ленни – для друзей и почитателей, был выходцем из семьи евреев-эмигрантов, приехавшей в Америку из небольшого украинского местечка. Бессменный главный дирижер Нью-йоркского симфонического оркестра в течение более 10 лет, обаятельный, невероятно энергичный и остроумный человек, Бернстайн был центром музыкальной жизни обоих полушарий. Иллюстрации Александра Штейнберга.

Серия «Лики великих» – это сложные и увлекательные биографии крупных деятелей искусства – эмигрантов и выходцев из эмигрантских семей. Это рассказ о людях, которые, несмотря на трудности эмигрантской жизни, достигли вершин в своей творческой деятельности и вписали свои имена в историю мирового искусства. Американский комик, актер и писатель, Джордж Барнс (1896 – 1996) родился в Нью-Йорке, в семье эмигрантов из Румынии. Он начал выступать в детском возрасте и закончил свою артистическую карьеру накануне своего столетнего юбилея. Его остроты повторяла все Америка, написанные им книги становились бестселлерами. Иллюстрации Александра Штейнберга.

Книга посвящена яркой жизни и трагической судьбе Вадима Витальевича Негатурова (1959–2014) — поэта-героя, поэта-мученика, зверски убитого в Одессе украинскими националистами. Его имя стало символом мужества и стойкости, а его стихи — гимном сопротивления фашизму. Из фрагментов воспоминаний друзей, близких и коллег Вадима Негатурова складывается многогранный образ человека, влюбленного в жизнь, но готового умереть ради блага людей, писателя, наследовавшего традициям великой русской литературы, служившего своим творчеством идеалам добра, справедливости и свободы.

знак информационной продукции 16+

«И красив он был, как никто другой, и голос его – как труба в народе, лицо его – как лицо Иосифа, которого египетский царь поставил вторым царем в Египте, сила же его была частью от силы Самсона, и дал ему бог премудрость Соломона, храбрость же его – как у царя римского Веспасиана, который покорил всю землю Иудейскую». Наверное, таким и должен быть идеальный народный герой – и в XIII веке, когда писалась «Повесть о житии Александра Невского», и в веке XXI-м, когда святой благоверный князь Александр на всероссийском конкурсе был назван «Именем России».

Об Александре Невском (1221—1263) – полководце – знает каждый. 1242 год, весна, покрытое льдом Чудское озеро, ливонские рыцари в латах с ног до головы – страшные и непобедимые, живущие войной и ради войны. А затем – жестокая битва на тонком весеннем льду, и победа войска Александра. С детства знакомые образы: Александр Невский – великий воин, не проигравший ни одной битвы, эталон полководца, икона русского воинства.

Гораздо меньше известен Невский-правитель. А ведь на этом поприще ему тоже пришлось потрудиться – искать и находить компромиссы, быть жестким, а иногда жестоким, подавляя бунты. Но одной жестокостью в ту пору трудно было удержаться на княжеском престоле. Летописцы и историки отмечают, что правление Александра было расчетливым и дальновидным, и неслучайно его княжение в Великом Новгороде, а затем и в Киеве, было названо «Великим».

Была у Александра Невского и еще одна ипостась – дипломатическая. Об этой стороне его деятельности некоторые источники сообщают в каком-то даже извинительном тоне, а кое-кто и вовсе критикует: мол, заключил союз с татаро-монголами, привел их на Русь. Но в действительности, деяния Невского-дипломата значили для Руси не меньше, чем деяния Невского-полководца. Ведь князя Александра не упрекнешь в трусости. Так может, союз с татаро-монголами – не ошибка, не поражение, а гениальный ход мудрого политика и дипломата, способного пойти на тяжелый, но необходимый союз?

Князю Александру Ярославичу Невскому пришлось править и воевать в один из самых тяжелых и переломных моментов в истории России. За свою недолгую жизнь князь, по свидетельству летописей, провел не меньше 12 битв со шведами, немцами и другими интервентами и во всех одержал победу. «Соблюдение Русской земли, – говорит знаменитый историк Сергей Соловьев, – от беды на востоке, знаменитые подвиги за веру и землю на западе доставили Александру славную память на Руси и сделали его самым видным историческим лицом в древней истории от Мономаха до Донского». В дошедшем до нас летописном сказании о подвигах его говорится, что он «Богом рожден».

За эти и другие деяния Александр Невский был причислен Русской Православной Церковью к лику святых. Именем Александра Невского названы улицы, переулки и площади. Ему посвящены православные храмы, он является небесным покровителем Петербурга.

Но при этом святой благоверный князь Александр Невский – типичный пример исторической личности, о которой знают все, но сумма этих знаний очень невелика. Меж тем, о великом полководце и правителе земли Русской писали и современники князя, и потомки. Собранные в этой книге свидетельства современников и труды знаменитых историков, а также многочисленные иллюстрации, помогут читателю лучше узнать не только о самом великом князе Александре Ярославиче, но и о том, что происходило в середине XIII века – в один из самых сложных периодов российской истории.

Электронная публикация издания включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни редких иллюстраций из российских и зарубежных источников, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

«Одно воспоминание для меня неизгладимо. Лет двенадцать назад, в бесцветный петербургский день, я провожал гроб умершей. Передо мной шел большого роста худой человек в старенькой шубе, с непокрытой головой. Перепархивал редкий снег, но все было одноцветно и белесовато, как бывает только в Петербурге, а снег можно было видеть только на фоне идущей впереди фигуры; на буром воротнике шубы лежали длинные серостальные пряди волос. Фигура казалась силуэтом, до того она была жутко не похожа на окружающее. Рядом со мной генерал сказал соседке: „Знаете, кто эта дубина? Владимир Соловьев“. Действительно, шествие этого человека казалось диким среди кучки обыкновенных людей, трусивших за колесницей. Через несколько минут я поднял глаза: человека уже не было; он исчез как-то незаметно – и шествие превратилось в обыкновенную похоронную процессию…»

Произведение мемуарного цикла «Как я знал Магницкого» повествует о состоянии Казанского университета и вместе с тем, благодаря особенностям манеры Лажечникова-мемуариста, любящего «боковые ходы», отступления по ассоциациям, дает картину культурной жизни в последние годы царствования Александра I.

В центре очерка — фигура Михаила Леонтьевича Магницкого (1778-1855), в описываемое время — попечителя Казанского учебного округа.

И.И.Лажечников. «Басурман. Колдун на Сухаревой башне. Очерки-воспоминания», Издательство «Советская Россия», Москва, 1989

Примечания Н.Г.Ильинская

Впервые напечатано: Русский вестник. 1866. № 1.

Эта книга рассказывает об истории первого в мире ледокола, способного форсировать тяжёлые льды. Знаменитое судно прожило невероятно долгий век – 65 лет. «Ермак» был построен ещё в конце XIX века, много раз бывал в высоких широтах, участвовал в ледовом походе Балтийского флота в 1918 г., в работах по эвакуации станции «Северный полюс-1» (1938 г.), в проводке судов через льды на Балтике (1941–45 гг.).

Первая часть книги – произведение знаменитого русского полярного исследователя и военачальника вице-адмирала С. О. Макарова (1848–1904) о плавании на Землю Франца-Иосифа и Новую Землю.

Остальные части книги написаны современными специалистами – исследователями истории российского мореплавания. Авторы книги уделяют внимание не только наиболее ярким моментам истории корабля, но стараются осветить и малоизвестные страницы биографии «Ермака». Например, одна из глав книги посвящена незаслуженно забытому последнему капитану судна Вячеславу Владимировичу Смирнову.

Всестороннее изучение настроений и системы политического контроля в советский период в течение долгого времени было запретной темой в отечественной историографии. Как отмечает Т. М. Горяева, в обществе, в котором всячески камуфлировалось наличие разветвленной системы политического контроля, любые попытки ее изучения даже в исторической ретроспективе рассматривались как вероятность возникновения нежелательных аллюзий. К тому же важно учитывать и большие сложности, связанные с изучением настроений. Дело в том, что многие духовные процессы, как сознательные, так и неосознанные, не оставили после себя никаких материальных свидетельств. Как отмечал Д. Тош, «любой исторический персонаж, даже самый выдающийся и красноречивый, высказывает лишь ничтожную часть своих мыслей…; кроме того, на поведение людей зачастую больше всего влияют убеждения, принимаемые как должное и потому не находящие отражения в документах». К этому следует добавить, что одним из важнейших условий выживания в период сталинизма, как показывают интервью с бывшими советскими гражданами в рамках Гарвардского проекта, было выпячивание лояльности режиму. Это нашло отражение в выступлениях на митингах, партийных собраниях, в некоторых письмах «во власть», а также жесточайшей самоцензуре. «Держи язык за зубами, не болтай, а если хочешь большего — хвали Сталина и партию», — таков был рецепт самосохранения, повторявшийся многими респондентами Гарвардского проекта. По мнению одного из них, отличительной особенностью советских людей была глубокая пропасть «между внешней и внутренней жизнью». В своем большинстве «они говорили то, чего на самом деле не думали, и не говорили того, в чем, напротив, внутренне были уверены».

О Владимире Высоцком продолжают говорить до сих пор. Говорить разное, во многом отвечая духу времени, любят говорить о его личной жизни, отношениях с женщинами, о гонении со стороны властей – о чём угодно, только не о самом творчестве.

Цель этой книги состоит в том, чтобы посмотреть на Высоцкого через призму его творчества, через то, что было его истинной сущностью. Посмотреть на этого человека не через бокал с губной помадой на кромке, а через его с глубочайшим смыслом стихи, музыкальные произведения, игру актёра – и после этого взгляда всё остальное будет отброшено шелухой наносного, поверхностного, да и во многом надуманного.

Герой этой книги – Иван Сытин – благодаря упорству, практической сметке и ловкости стал богатым и влиятельным издателем России. Он стал одним из первых предпринимателей, активно насаждавших грамотность в народе.

Это книга об удивительных судьбах талантливых русских художников, которых российская катастрофа ХХ века безжалостно разметала по свету — об их творчестве, их скитаниях по странам нашей планеты, об их страстях и странностях. Эти гении оставили яркий след в русском и мировом искусстве, их имена знакомы сегодня всем, кого интересует история искусств и история России. Многие из этих имен вы наверняка уже слышали, иные, может, услышите впервые — Шагала, Бенуа, Архипенко, Сутина, Судейкина, Ланского, Ларионова, Кандинского, де Сталя, Цадкина, Маковского, Сорина, Сапунова, Шаршуна, Гудиашвили…

Впрочем, это книга не только о художниках. Она вводит вас в круг парижской и петербургской богемы, в круг поэтов, режиссеров, покровителей искусства, антрепренеров, критиков и, конечно, блистательных женщин…

Фаина Георгиевна Раневская, известная своими хлесткими и циничными высказываниями, бесспорно, самая оригинальная актриса из когда-либо существовавших. Редакционным советом английской энциклопедии «Кто есть кто» в 1992 году она включена в десятку самых выдающихся актрис XX века.

Она водила дружбу с Анной Ахматовой, обожала Пушкина, но ни разу так и не вышла замуж и не родила детей… Зато в памяти народа навсегда останутся десятки ее ролей и фраз, которые она сама придумывала и которые стали впоследствии крылатыми фразами, до сих пор не потерявшими своей актуальности.

Книга представляет собой одно из первых в советской историко-философской литературе монографических исследований теоретического наследия М. А. Фонвизина — известного декабриста-мыслителя. Его взгляды, явившиеся последовательным развитием идей Пестеля, Н. Муравьева, Н. Бестужева, автор рассматривает как попытку создания революционно-демократической идеологии в России.

Художественно-документальная повесть о Герое Советского Союза Чолпонбае Тулебердиеве, повторившем подвиг Александра Матросова, и очерки о героизме и самоотверженности советских бойцов в годы Великой Отечественной войны. Ряд очерков посвящен работе корреспондентов фронтовых газет — боевых друзей автора, ныне известного военного журналиста и писателя, лауреата литературной премии им. Д. Фурманова и премии московских журналистов.

Книга адресуется массовому читателю.