Вниз по Волге - Брюс Чатвин

Однажды к вечеру народ засуетился у дебаркадера: к нему прибило утопленника. Дядя Тагир сплюнул и, взяв багор, стал отталкивать его от причала: не хотелось долгих разбирательств с милицией. Однако кто-то уже сообщил куда следует, и следующие два дня я видел грустного дядю Тагира, беседовавшего с милиционером. Тело вытащили на берег и через некоторое время увезли.

На утопленника, конечно, очень хотелось посмотреть, это было любопытно и страшно, мальчишек отгоняли, но краем глаза я успел разглядеть раздувшееся от воды тело в одежде рыбака с приставшими к нему водорослями. Ночью мой товарищ Руслан, с которым мы ходили смотреть утопленника, по словам его мамы, отругавшей меня, бился ногами в стену во сне и кричал. Я выслушивал упреки и внутренне гордился, что мне кошмары в эту ночь не снились.

Вечерами рыбаки возвращались с вечернего клева, и на берегу все начинали чистить рыбу, потроха обычно оставляли там же, на берегу, к утру от них ничего не оставалось — их съедали птицы и выползавшие в темноте раки.

Я особенно запомнил один из вечеров, когда у всех, видимо, был хороший улов, и в закатном свете на полоске у прибоя лежали на протяжении сотни метров вынутые из крупных рыб внутренности и сердца, которые продолжали еще долго биться в такт волнам. Потом стемнело, но бьющееся судачье сердце стояло у меня перед глазами, и до сих пор я хорошо помню закат, тихие волны и бьющееся сердце Волги.