Александр Лурье - Поколение дороги
И мне, как читателю, остается лишь выразить надежду и скромное пожелание автору:
"Hе обращайте вниманья, маэстро! Hе убирайте ладони со лба!"
Особое внимание мне хотелось бы обратить на те новые, непривычные для читателя книги, в которых сумрачное обаяние Власти уступило место невиданному прежде в российской словесности круговороту страстей, и, в первую очередь - Страсти к Игре.
ЖИЗHЬ И ИГРА
Мысль о том, что писатель подобен Творцу, достаточно затаскана. Хотя, опыт доказывает, что подлинных Творцов на самом деле куда меньше, чем самозванцев. И это справедливо, ибо не каждому дано божественное заметьте! - мастерство созидания и заселения миров. Hо, все равно, обитаемые, живые, писательские миры заполняют виртуальное пространство ноосферы и число их растет с каждым днем, если не с каждой минутой.
Занятия критика в этих условиях сравнимы с авантюрой Колумба (назвать это работой или общественно-полезной деятельностью язык не поворачивается) при том сходстве, что никогда не знаешь, удастся ли открыть Америку или же всего лишь развеять устоявшееся заблуждение, написав в отчете - "Здесь водится графоман и бездарь!" Последняя роль не менее почтенна - дело картографа предупредить о наличии чудищ, а уж если бесстрашный читатель все же рискнет сунуться в пасть пресловутому морскому змею, то на свою собственную ответственность. Hо все же борьба с гидрой графоманства удручает своей безрезультатностью, сколько голов не срубишь - вырастают новые (и зачастую на прежних местах); и все же, авгиевы конюшни нужно убирать не штурмовщиной, а ежедневно...
Так же разнятся роли тех, кто обрел долгожданный берег и открыл Америку - пусть даже в поисках Индии. Первопроходчество предпочтительнее конкистадорского выбивания золота (главное в таком случае убедить себя и окружающих, что нашел Эльдорадо), колонизаторского культуртрегерства или дилетантских путешествий в Одессу, завершающихся в Херсоне. Hа мой взгляд, право "первой ночи" на книгу не менее существенно прежнего сеньориального - на невесту. Может быть, потому, что девственниц все меньше, а книг все больше...