Артем Рыбаков - «Странники» Судоплатова. «Попаданцы» идут на прорыв

Александра Сергеевича ждать пришлось долго – ответил он ровно через четыре минуты:

– Бродяга на связи. Что у вас?

– Поисковая группа с пеленгатором, – начал я, как водится, с самой плохой новости.

– Черт! Я только без четверти два сеанс закончил! – Я передал Саше его слова.

– Спроси, сколько он в канале висел? – раздался в ответ голос командира.

Я передал вопрос Бродяге.

– Двадцать минут. – В голосе старого опера, несмотря на плохую связь, я расслышал неприкрытое беспокойство. – Слишком быстро среагировали, гады.

– Это если они рядом не были. До Бобруйска километров сорок – оттуда они приехать бы ни за что не успели, но вот если они по шоссе мотаются – тогда вполне… – поделился я с ним своими предположениями.

– Похоже на правду. Спроси Саню, что делать надо.

– Пусть готовится по сигналу выйти в эфир на той же частоте. И лагерь пусть сворачивают. Через полчаса чтобы как штык! – Продолжалась игра в «неиспорченный телефон».

Стоило мне спуститься с дерева, как я оказался на импровизированном «военном совете».

– Давай, Тошка, присаживайся – мозговать вместе будем, – поманил меня Фермер. – Значит, считаешь, это бродячая группа?

– Ага… Машина у них больно гражданская. На таком «крокодиле» хорошо на улицах какого-нибудь Гамбурга «Красную капеллу» ловить, а не по здешним буеракам раскатывать.

– Похоже на то, ребята, – поддержал меня Люк. – Объект мы четырнадцатого исполнили. Сегодня шестнадцатое. Вполне могли фрицы из Варшавы или Кракова по свистку с самого верха спецтехнику перекинуть. Железка, как я понимаю, до Барановичей работает, а там уже своим ходом.

– Могли и из Кенига перебросить…

– Да не важно, откуда они прикатили! – отрезал командир. – А вот то, что они в наших краях новички, может нам нехило помочь. Давайте прикинем, когда они нарисовались. Сейчас у нас четырнадцать тридцать семь, – добавил он, посмотрев на часы.

– Старый сказал, что час назад закончил передачу. А машину я увидел примерно в четырнадцать десять. Может, на пару минут позже – я не фиксировал.

– Плохо, что не фиксировал. – Командир достал из планшета карту. – Считаем, что они летели, как на пожар, и за час делали тридцать километров. От момента начала передачи до появления гостей прошло около часа. Отнимаем время на реакцию… И получается, что они были от нас не дальше чем в десяти километрах!

– Но это именно от нас, так? До лагеря они бы добрались еще хрен знает когда, верно? – уточнил я.

– Правильно мыслишь. Сань, в тот раз они через сколько объявились?

– Больше двух часов с начала передачи прошло, почти три, – ответил Люк. – Но там все не так «горячо» было. И кодла сразу приличная приехала.

– Получается, что они сразу никого взять не рассчитывали, – принялся размышлять вслух командир. – Но петельку затянуть у них бы получилось – это точно. Если они на «точку» где-нибудь в ближайших окрестностях сядут, время реакции раза в два сократится. Так. – Он склонился над картой. – Вот шоссе, по которому они курсировали до, будем считать, Чечевичей, поскольку до Могилева далековато. «Плечо» в сто километров – это явный перебор. И им просто фантастически повезло, что в момент передачи они были поблизости. Скажем, тут! – Палец его уперся в поселок с надписью «Каплановка». – Как раз десять камэ выходит. Но повезло и нам – «погулять» очень своевременно вышли. Опять же, мы о них знаем, а они о нас – нет. От этого плясать и будем.

– А если затаиться? Массив здесь огромный, искать будут до морковкина заговенья, – предложил я.

– Ошибаешься, Тоха! Он огромный только с виду. Ну и что, что полтыщи квадратных километров? Зато с базой все нормально. Пригонят в Кличев дивизию и за неделю нас найдут.

– А сейчас не пригонят?

– Доказухи нет. Один выход, тем более из глухого места ничего, по большому счету, не значит. Они тоже не дураки и понимают, что уже через два часа радиста можно и не поймать. А вот повторные сеансы уже на «стационар» тянут. Эти, – Саша махнул рукой в сторону предполагаемого местонахождения группы пеленгации, – потому и примчались, что новенькие и от европейских расстояний не отвыкли еще. Тем более что взвод – это вам не полк и не дивизия, пару-тройку дней на одном месте его подержать – не проблема.

– О, смотрите! – отвлек нас от спора Люк. – Они в деревеньку завернули!

До околицы Дубников было всего-то метров триста, и машины немцев мы с командиром не заметили только потому, что сидели к деревне спиной.

– Замечательно! – совершенно неожиданно Фермер широко улыбнулся и даже довольно потер ладони. – То, что доктор прописал!

– Сань, не глумись! – взмолился я в ответ, не очень понимая, чему так обрадовался командир. – А если они лес «чесать» начнут? И нас найдут?

– Ага, в пятнадцать рыл, Тоха, они могут отсосать у дохлой черепахи за четыре сольдо, а не нас найти! Чует мое сердце – дальше околицы эти гансы даже не сунутся.

– Саш, слушай, а что в деревне? В смысле, населения?

– Старики да бабы. Всего с десяток человек заметили, – не отрываясь от разглядывания карты, ответил Фермер. – Шура, как думаешь, где они еще блокпосты разместят?

– Доцентом быть не надо – вот тут, в Пересопне, где брод. И в Рудне, – ответил Люк, подкатившись поближе и бросив быстрый взгляд на «пятисотметровку». – Хотя в последнем я не уверен. И берег другой, и слишком часто получается. Может, просто «секрет» посадят с телефоном. А вот здесь операционную базу сделают. – Шура-Три показал на три деревни, изображенные километрах в пяти к северо-западу от нашего лагеря. – Видишь, дорога на Городец идет? И мост через Пересопню есть… Я бы, по крайней мере, именно там и разместился.

– Совпадает… совпадает… – согласился командир с нашим разведчиком, которому довелось в молодости вдоволь поохотиться на караваны из Пакистана. – Э, Тоха, глянь, как там наши немцы?

Я приложился к биноклю:

– Пост у амбара на противоположной от нас стороне. Сейчас как раз солдат по лестнице на верхний ярус лезет. С винтовкой. Еще один «секрет» в нашу сторону движется. О, вот! На околице залегли, как ты и предсказывал. Остальные у машин на главной улице.

– А там другой и нет, – хмыкнул Фермер. – Пеленгатор работает?

– Да, – тут я ответил уже с задержкой – пришлось долго вглядываться, чтобы понять, двигается ли рамка антенны.

– «Ублюдок»?

– Отсюда не видно – он за третьим от дороги домом встал.

– Ну, это сейчас не важно… За что люблю немцев – так это за порядок и уставщину! Значит, слушайте, что мы с ними сделаем…

«Истомин – Андрею».

Из захваченных документов и в работе с пленными удалось выяснить структуру спецслужб Германии. С осени 1939 года создан объединяющий орган, известный как Главное управление имперской безопасности (Reichssicherheitshauptamt, сокр. RSHA).