"Фантастика 2026-191". Компиляция. Книги 1-41 - Александр Фрост
— Времена меняются, Кот. Сам знаешь, как нынче с металлом, — тяжело вздохнул Фил. — Поколение мельчает. Им подавай простенькое, мелодичное, а не нормальный металл.
— И ты туда же, — вздохнул Кот и пригубил пива. После он глянул на цену, где парнишка с ломаным голосом верещал что-то про пенку на молоке.
— Каждый выживает как может, Кот. Если я уберу всех фриков и рокенрольщиков, у меня от силы групп пять на фестиваль останется, — вздохнул старый знакомый. — А публику кто собирать будет? Билеты, аренда и оборудование?
— Бизнес есть бизнес, — тяжело вздохнул Кот. — Когда хоть кто-то нормальный будет?
— Скоро. Следующие будете Адская кузня. После нее должны быть ребята с Эдвардс Металл, — произнес Фил. — Не слышал их, но говорят играют по классике. Причем хорошо играют.
Толстый кот тяжело вздохнул и кивнул.
— Если и сегодня ничего путевого не увижу — точно надерусь в сопли, — произнес он.
В это время, за сценой Лев стоял перед Прохором и растерянно поглядывал то на выход на сцену, то на кузнеца.
— Ты главное не дрейфь. Делай как репетировали, — произнес он.
— Я то чё, на? — усмехнулся Прохор. — Ты сам давай не трясись.
— Я и не трясусь!
— Ты на пальцы свои посмотри!
Парень поднял руку и глянул на пальцы, что мелко подрагивали от волнения.
— Да, блин… Может выпить чего-нибудь?
— Нахрен, на! — сморщился кузнец. — Триумф через алкоголь смазывается. А мы сегодня всех порвем!
Лев неуверенно кивнул, а затем глянул в сторону, откуда к ним приближался Эдик.
— Ба! Кого я вижу! Лев, ты ли это? — спросил он и подошел к ним поближе. — А вы чего? Что случилось?
Тут парень осмотрел Льва и Прохора, что стояли в рабочей одежде, поверх которой надели фартуки.
— Вы с завода сбежали или только смена закончилась?
— Отвали, — буркнул Лев.
— Нет, дело, конечно, твое, но… Ты зачем батю притащил сюда? — глянул Эдик на Прохора. Он протянул руку и ткнул в плотный фартук на нем. — А это вам зачем? Защита, когда вас на сцене закидывать помидорами будут?
Прохор резко вскинул руку, схватил парня за палец и заломил его так, что Эдик прогнул руку, а затем и сам упал на колени.
— Ай-йай! Боль-больно-больно!
— Ты ведь знаешь, что его батя мертв, — спокойно произнес Прохор.
— Пусти, кретин! Я охрану позову! Больно же…
Прохор отпустил парня, а потом с размаху засадил ему по щеке пощечину.
ШЛЕП!
Эдик откатился назад, тут же схватился за щеку и встал. Секунду, он приходил в себя, после чего снова упал на пятую точку.
— Еще слово, я тебе этот палец оторву и засуну в…
— Никаких драк! — тут же выскочил в коридор мужчина с надписью «администрация». — Быстро разошлись!
— Да, какая драка, на? — удивленно произнес Прохор.
Лев, что стоял рядом, прикусил губу, тяжело вздохнул и глянул на кузнеца.
— Адская кузница! На сцену! — высунулся из двери мужчина.
— Пошли, — кивнул Прохор Льву.
Парень прошел с ним, кинув взгляд на Эдика, что принялся жаловаться на его учителя.
— Прохор, — нагнал его лев и сунул в руки очки сварщика с линзами зеленоватого оттенка. — Для образа.
Парочка прошла мимо предыдущих парней и вышла на сцену, под прожекторы и гул, что стоял в зале.
— Не сцы. Злись, ненавидь, но не сцы, на! — произнес Прохор и подтолкнул парня.
Тот кивнул, подошел к гитаре и закинул лямку себе на шею. Тут же поправил ремень и глянул на кузнеца.
Тот уселся за барабаны, опустил очки со лба на глаза и кивнул.
— Адская кузница! — произнес в микрофон парнишка. — Сингл «Шкуры».
Он глянул на Прохора. Тот молча ударил педалькой несколько раз подряд.
«Раз-два, раз-два-три!» — отсчитал про себя парень.
— Поехали, на!
Тут он и ударил по струнам.
Без вступления. Без мелодий и баса. С ходу жесткие рифы, разгоны, пальцы заскользили по ладам в уже заученной до белого каления мелодии. Барабаны били ровно, стабильно выдавая ритм, но тут гитара резко стихла. Замерли барабаны и Лев всей мощью своего голоса, выдавая трешовое рычание выдал в микрофон:
— Продажные шкуры!
— НА! — взревел за барабаном Прохор.
В одно мгновение левая нога Льва уходит назад, правая вперед. Корпус наклонить и врезать по струнам так, словно рев гитары мог причинить боль.
Прохор в этот же миг выдал сумасшедшую комбинацию и начал молотить педалями и палочками так, что казалось где-то рядом долбит крупнокалиберный пулемет.
Рев гитары, сумасшедший барабан и зал замерший в шоке от безумия происходящего на сцене.
Снова резкая остановка.
— ШКУРЫ! — взревел утробным тросовым голосом Лев, выпрямившись на секунду.
— НА! — подхватил кузнец.
Нога назад, корпус вперед и снова срыв, и снова безумная гитара и потерявший берега барабан. Раз за разом. Снова и снова. Гитарный риф с очередной очередью из крупнокалиберного барабана.
В какой-то момент гитара начала ускоряться, рвать темп, но тут же барабан замедлился. Педали начали работать ровно, выдавая четкий ритм. Раз-два. Раз два. При этом блины и звенящий звук никуда не исчез.
Образовался ровный и понятный ритм.
— ШКУРЫ!
— НА!
Не сбавляя темпа и выстраивая четкую мелодию продолжала парочка на сцене.
— ШКУРЫ!
— НА!
В зале, что смотрел на это безумие, по началу творилось полное непонимание как относиться к такому дуэту. Однако, в какой-то момент, в углу толстый мужик с пышными усами взревел вместе с Прохором, поймав его ритм.
— НА!
Его рука с козой взметнулась вверх.
— ШКУРЫ!
— НА!
Раз за разом, словно гипноз.
— ШКУРЫ!
— НА!
Спустя минуту, «На!» уже ревело пол зала. Спустя еще одну, это был весь зал.
— ШКУРЫ!
— НА!
Лев и прохор улыбались. За ними повторяли, вскидывали козы. Зал ревел, надрывалась гитара из последних сил. На некоторых частотах начал захлебываться комбик с усилком. Светооператор, выкупив тему, начал долбить страбоскопом, полностью выключая свет на моменте, когда весь зал истошно вопил «Шкуры! НА!».
Однако, так долго продолжаться не могло.
Лев начал еще сильнее ускорять