Анатолий Дроздов - Витязи в шкурах

Все было, как и вчера, и Мумит устало пошел к пещере. Иголочка в левом виске не унималась. «Мы здесь слишком долго, — понял он, — целых семь дней. Надо уходить. Завтра же. С рассветом».

Решение было принято, и Мумит успокоился. И уже улыбкой встретил двух волков, сидевших у входа в расщелину. При виде его, они встали, будто бы ждали.

— Хотели в пещеру заходить, — сердито сказал стоявший на посту Ахмад. — Я прогнал.

— Пусть идут, — разрешил Мумит, — они ручные, не кусаются.

Звери, словно поняв, затрусили за Мумитом. В пещере их появление встретили смехом.

— Командир волков на службу взял! — оскалился Юсеф. — Какие воины, а? Оружия только нет. Может дать?

— Куда они его повесят? Между ног? — заулыбался Алу.

— Свой ремень с кобурой отдашь! — смеялся Азад. — Тебе все равно не на чем его застегивать — одни кости…

Мумит смеялся вместе со всеми. Он был рад этому приступу веселья. Неделя в пещере в постоянной настороженности выматывает больше, чем беганье по горам. Пусть…

Волки, ничуть не обращая внимания на веселящихся людей, затрусили вдоль стены и улеглись в дальнем углу. Уложили головы на лапы.

— Сначала один пришел — на разведку, — не унимался Юсеф. — Затем женщину свою привел.

— Какая женщина? — возразил остроглазый Азад. — Оба мужики!

— Значит, у него женщина такая, — улыбнулся Алу. — Давно по горам ходят. Совсем как мы…

Захохотали все.

— Зачем они пришли, командир? — тихо спросил Юсеф, когда смех утих. — Может, буря завтра? Прячутся?

— Жилье занимают, — спокойно отозвался Мумит. — Освобождается — на рассвете уходим.

Моджахеды замолчали и переглянулись. Затем, не сговариваясь, встали и разошлись по местам. Завтра предстоит долго и далеко идти. Надо хорошо отдохнуть. Мумит улыбнулся про себя — понимают с полуслова…

Владелец столичного ресторана «Кавказский стол» с любопытством разглядывал посетителя — за него попросили уважаемые люди. Гостю на вид было лет тридцать — тридцать пять, среднего роста, худощавый. На выдубленном солнцем смуглом лице ярко выделялись глаза: серо-стальные, как клинок дедовского кинжала. Незнакомец спокойно позволил себя рассмотреть, и в его ответном взгляде владелец уловил насмешку. Обиделся.

— Что нужно? — спросил грубо, нарушая обычай.

— Хочу работать официантом.

Незнакомец говорил тихо и почти без акцента, но слова произносил твердо, как приказ.

— У меня полно официантов!

— Но я буду работать бесплатно.

Владелец «Кавказского стола» смотрел с любопытством. Гость по-своему понял его взгляд.

— Чаевые тоже буду отдавать вам. До копейки. Каждый день

Владелец указал на кресло напротив. Гость сел.

— Как зовут?

— Валид, но можно Валерой, — гость достал из кармана документы и положил на стол. — Паспорт в порядке, регистрация есть.

— Меня тоже все зовут Захаром, — буркнул владелец, листая документ. — А на самом деле я Заза.

Валера вежливо улыбнулся.

— Зачем тебе бесплатно работать? — спросил Заза, возвращая паспорт. — Только не ври.

— Хочу открыть ресторан в Баку. Решил изучить дело. Друзья сказали, что ваш «Кавказский стол» — лучший в Москве. Хорошие повара у меня есть, а с официантами — беда. Буду сам учить.

— Хорошо, что не соврал, — удовлетворенно кивнул Заза. — Договорились. Только помни: каждый день…

Через месяц он вызвал метрдотеля.

— Дело освоил мгновенно, — доложил тот. — Даже удивительно: других месяцами учить надо. А этот… Ни разу не перепутал рыбный нож с десертным.

— Джигит ножи не путает, — хмыкнул Заза.

— Есть еще вилки, ложечки… Работает без лишних слов и очень любит порядок. Когда на кухне потек кран, починил его сам, хотя никто не просил. Починил печь для выпечки. Он инженер по образованию, я узнал.

— Значит, все хорошо?

Метрдотель замялся.

— Говори! — приказал Заза.

— Люди его боятся.

— Угрожает?

— Нет. Но глаз у него нехороший. Тяжелый. Не всем клиентам нравится… Думаю, лучше использовать на выездных банкетах. Наши их не любят. Сами знаете: чаевых может быть никаких, а вот в морду получить — запросто. Там заказчик у себя дома. А этот сам просится…

— Пусть работает на выездных, — согласился Заза. — И передай ему: не надо больше заходить ко мне каждый день…

По возвращению из-за границы Мумит самолеты больше не сбивал — русские сделали выводы из потери двух штурмовиков. Но их транспортные вертолеты ползали вокруг гор, словно сытые коровы, и группа Мумита за год сожгла четыре машины, под завязку набитые русскими солдатами. Группа уничтожила также три дорожных конвоя, причем один шел в сопровождении бронетранспортеров. Их и взорвали мощными фугасами, а затем запертую между двух горящих бронированных машин колонну расстреляли из гранатометов и автоматов. Раненых не добивали — русские огрызались отчаянно, а у Мумита было всего четверо моджахедов. Пришлось уйти. Но шуму все равно было много, и люди Мумита много смеялись, когда вечером по телевизору услышали, что на колонну напала спустившаяся с гор многочисленная банда.

Он всегда тщательно планировал операцию, не жалея времени и денег на разведку. Старательно инструктировал моджахедов, не ленясь дотошно отрепетировать с ними на месте, что и как нужно делать. Поэтому за два года не потерял ни одного человека. Всегда щедро платил, даже за ночлег. По этой причине желающих служить под его началом были сотни, но в группу он не брал никого — ходил только с теми, с кем вернулся из-за границы. Зато в каждом селе у него были глаза и уши, а также руки, готовые на время взять автомат или гранатомет. При нужде он мог за день набрать отряд в сотню моджахедов, но нужды такой не случалось. «Шабашников», как называли его моджахеды временных бойцов, Мумит привлекал ровно столько, сколько требовалось.

Операции он проводил только против русских, своих, перешедших на службу к федералам, не трогал. Хасан требовал этого, но Мумит стоял на своем. В маленькой горной стране с ее вековыми традициями кровной мести и прихотливо переплетенными родственными узами, напасть на земляков означало сделать себя волком, окруженным флажками — рано или поздно выбредешь под выстрел. Многие их тех, кто стал убивать «предателей», и выбрели — горцы, получив от русских военную форму и оружие, первым делом занялись поиском кровников. Охотники знали свою страну и народ, обидчиков находили быстро и стреляли метко.

Мумита не искали. О нем даже почти не знали. По стране бродили смутные слухи о каком-то неуловимом герое-мстителе, которых всегда побеждает кафиров, но русские относились к этим слухам как к легендам. Толстые русские генералы не могли поверить, что какой-то горец с горсткой бойцов может наносить столь чувствительные удары регулярной армии, поэтому считали слухи пропагандой врага. Мумиту это было на руку. Его даже не искали за сбитые самолеты: брат, когда к нему пришли, старательно повторил легенду о гибели Карима. Мумита долго не было в стране, никто его не видел, поэтому русские поверили. Как-то Мумит по своему старому паспорту проехал через всю республику, его документы проверили, наверное, раз десять. И никто не заинтересовался.