Никки Келли - Лайла

Гэбриел сидел, расправив спину и подняв голову, и я не видела его лица. Но прежде чем заговорить, он вновь нагнулся ко мне.

– Когда ты в последний раз… умерла?

Затаив дыхание, пристально глядя на меня, Гэбриел ждал ответа.

– Шесть лет назад.

Он подался вперед, крепче сжал мои запястья.

– Значит, ты совсем не помнишь меня наяву, – задумчиво произнес он.

– Я забыла тебя, но ты всегда был в моей памяти. Кем ты был для меня?

Я всей кожей ощущала тепло, исходящее от Гэбриела.

– В те времена, в давние времена мы были… близкими друзьями, – ответил он с улыбкой.

– Если мы были друзьями, почему ты до сих пор жив? Ты тоже вампир? – сама не знаю, зачем задала этот вопрос, ведь прекрасно знала, что он совсем другой.

– Нет. Я ангел, – выдохнул он и замер в ожидании моей реакции.

Я молчала. Ведь ангелы – миф. Разве нет? Хотя несколько лет назад я и вампиров считала вымыслом. Скажем так, раньше встречаться с ангелами мне не доводилось. Очень осторожно я задала следующий вопрос:

– Если ты ангел, то почему не в Раю?

– Ты права: только Падшие ангелы обитают на земле, – начал объяснять Гэбриел. – Если ангел решает спуститься, другими словами, пасть, то он теряет связь с нашим миром, утрачивает присущие ему Дары. А значит, становится смертным. Поэтому так редко ангелы выбирают участь Падших.

– Но если пасть – значит утратить бессмертие, то… Не понимаю. Ты ведь остался таким, как я вижу тебя в своих снах, ты не изменился.

– Потому что я не пал. У меня особые обстоятельства.

– А вампиры? Джона? Они имеют какое-то отношение к твоим особым обстоятельствам? – не унималась я.

– И да и нет. Я давно на Земле и за это время успел освободить несколько Обращенных вампиров. Изначально все они были людьми, затем их против воли сделали иными. Если у меня появляется шанс даровать им спасение, я стараюсь не упустить его. – Гэбриел помолчал, обдумывая, что сказать дальше. – С Джоной все сложнее. В момент нашей встречи он вел себя так, что я понял: его можно изменить. Я предложил ему свободу и теперь помогаю, как и другим, отыскать в глубине естества частицу человеческого.

– Вы давно вместе?

– Не слишком. На его исцеление требуется немало времени, а в игре участвуют и другие персонажи, что сильно усложняет работу. Джона благодарен мне за помощь и потому верен. Если он захочет покинуть меня и окажется к этому готов, я его отпущу.

Гэбриел, наверное, понял, что у меня еще много вопросов, поэтому поспешно сменил тему.

– Как рука? – заботливо поинтересовался он, разворачивая полотенце и поднося к глазам мою кисть. Увидев, что порезы затянулись, он поднял на меня полный недоверия взгляд. – Не может быть! Ты же смертная… была смертной, – выговорил он.

– Но так получается, сама не знаю как. Я хочу спросить: если мы были хорошими друзьями, почему ты ушел, почему покинул меня?

Гэбриел вздрогнул. С моих губ сорвался вопрос, которого он очень боялся. Пока он подбирал слова, в сад вошел Джона.

– Привет, Чесси! Ты уже на ногах! – воскликнул он несколько удивленно.

Судя по выражению лица Гэбриела, он был недоволен, что вампир пробовал мою кровь. Однако кивнул головой и поздоровался с ним.

– Да, мне гораздо лучше, – ответила я. – А ты как?

– В порядке. – Джона казался совсем не таким наглым, как при нашей первой встрече.

Я встала, и они оба шагнули ко мне.

– Я тебе помогу, – сказал Джона и подхватил меня на руки, как пушинку. – Тебе нужно беречь силы.

Я оказалась в крепких, надежных объятиях.

– Джона, опусти ее. Она поправляется и может ходить сама. – В голосе Гэбриела не осталось и следа той мягкости, с которой он обращался ко мне.

Явно расстроившись, Джона поставил меня на землю.

– Франческа, ты можешь принять теплую ванну и переодеться, – предложил Гэбриел. – Брук подберет тебе что-нибудь из своего гардероба: у вас наверняка один и тот же размер.

У меня оставалась еще масса вопросов, поэтому я бросила на Гэбриела сердитый взгляд.

– Мы продолжим, когда ты будешь готова. А пока я должен поговорить с Джоной. Он восстанавливал силы, и мы долго не виделись, – сообщил он, кивнув.

«Восстанавливал силы» – значит «пил кровь»? Удрученная этой мыслью, я побрела в комнату, в которой спала, и включила горячую воду в прилегающей к ней ванной.

На бортике широкой и глубокой ванны кто-то заботливо оставил морскую соль, и я не удержалась – добавила ее в воду. Цепочку с шеи я предусмотрительно сняла и положила на столик.

Раздевшись, я пальцем ноги осторожно попробовала воду и чуть не подпрыгнула – в таком кипятке и свариться недолго. Глубоко вдохнув, я предприняла вторую отчаянную попытку и на этот раз медленно погрузилась в ванну. Сняла резинку с перемазанных кровью волос, и длинные пряди свободно поплыли по поверхности.

Я с головой опустилась под воду и не выныривала, пока дыхание не закончилось. Яростно намыливаясь, я словно пыталась смыть с себя все переживания последних дней. Поднявшись, вслепую нащупала белое хлопковое полотенце – ванная наполнилась паром, из-за которого почти ничего не было видно.

Мне невыносимо хотелось вернуться к Гэбриелу. Меня тянуло к нему с необъяснимой силой, а из множества вопросов, которые я собиралась задать, по-настоящему интересовал ответ лишь на один: любит ли он меня. Смешное желание, если разобраться. Такие, как он, не любят таких, как я. Он исключительный, а я – обычная. Но я знаю его лицо, его запах, помню, как он смотрел на меня раньше, в другой жизни. Стоило мен прикрыть глаза, как в памяти всплывала его улыбка. Как же он красив…

Я вытерлась насухо и завернулась в огромное пушистое полотенце. Войдя в комнату, я увидела, что здесь кто-то похлопотал: через зеркало на туалетном столике был перекинут топ из плотного шелка в лиловых и красных розах на тоненьких бретельках. Рядом на плечиках висел вязаный кардиган на случай, если я вдруг замерзну. На стуле обнаружились узкие черные джинсы и сапоги на шпильках. Я нашла даже косметичку, расческу и несколько заколок. Улыбнулась. Обо мне так давно никто не заботился.

Я принялась примерять вещи. Они оказались тесноваты: несмотря на худобу, моя фигура все же напоминала песочные часы. Но в целом Гэбриел был прав: мы с Брук – хозяйкой одежды – носили похожий размер. Сапоги выглядели сногсшибательно, но такой высокий каблук меня, признаться, пугал, поэтому я предпочла надеть свои разношенные туфли. Приподняв волосы, я закрепила их заколками и оставила свободно спадать по спине, а несколько прядей выпустила, чтобы они обрамляли лицо. С косметикой было несколько сложнее – краситься я не привыкла, но, решив не обижать заботливую хозяйку, мазнула румянами по скулам и воспользовалась тушью для ресниц.