Димыч - Последний князь удела

  Снабжение отправленных в Сибирь войск продовольствием из европейских уездов выглядело диковато. Хлебушек похоже получался в Тобольске золотым.

  -Неужели там ржи нигде не собрать?- задал я закономерный вопрос.

  - Татары там малопашенные, крестьянскому делу неучёные, хлебного ясаку не могут давать,- вздохнул Борис Фёдорович.- Черносошных свели туда семей сто, да також годной землицы мало, да и каким обычаем ржицу да овёс растить им неведомо. В приказ Казанский челобитная от соликамского посадского жителя пришла. Пишет он, может, де, указать короткий путь от Соликамска на Туру реку. Послан наказ государя в Соль Камскую про сие доподлинно разведать, и если истинно сие, то быть указу о новой дороге. Тогда в сибирской землице с хлебом и солью облегченье наступит.-

  Даже с коротким путём такое плечо снабжения привлекательным не выглядело. К тому же в Сибири злаки прекрасно росли, сомнений в этом у меня не существовало. Поэтому я предложил свой вариант:

  - Стоило бы сведенцев не на целине, в пустых землях, устраивать, а селить меж старых коренных жителей. Тогда русские крестьяне бы узнали от татар когда сеять, когда жать, а сибирские местные селяне увидели бы пользу от иных пашенных обычаев. А через пару лет можно и по разным деревенькам развести, да всех новых поселенцев сперва к старожилам селить. Так лет за десять глядишь, и свой хлеб в Сибири образуется, ничего лишнего возить не придётся.-

  - Доведу до государя Фёдора Иоанновича, дельно задумано. Хоть и запрещено ныне православным вперемешку с иноверцами селиться, но устроить сие можно,- поразмыслив, согласился Годунов.- Токмо бы татары не взбунтовались от такого соседства принуждённого.-

  -От ясака освобождайте на тот срок, что сведенцев учат, сами зазывать начнут, - ухмыльнулся я опасением правителя.

  Будучи помимо прочего Казанским наместником, Борис Фёдорович отвечал за все сибирские дела, поскольку новые земли за Уральским хребтом управлялись одноимённым с наместничеством приказом. Его способность помнить и учитывать огромное количество информации уже давно меня поражала. Администратора равного ему по способностям мне до сих пор видеть не приходилось.

  Следующим утром после молебна осматривали привезённые дары и образцы новых товаров. Фаянс Годунов осмотрел с полным равнодушием, бросив:

  -Сё глина, на Москве то не ценится.-

  А вот прозрачные стеклянные стаканы с орнаментом, да чеканные серебряные подстаканники к ним вполне его порадовали.

  -Такое царю подарить пригоже, хучь серебра-то на узорочье достаканное по более пустить следовало,- приговаривал он, крутя не отличающуюся, в общем-то, особым изяществом вещь.

  Особый интерес вызвали новые пищали. Из присланных в Углич ружей отобрали самые надёжно сделанные, мелкие недоработки устранили перед поездкой, и за качество продукции я не беспокоился. Для получения экспертного мнения боярин вызвал мастеров государевой оружейной палаты, те долго крутили ружье и проводили пробные стрельбы.

  -Железо на стволе твёрдо, мягкое надо бы ставить. Замок осечек много даёт, жагровый повернее. Да жало спереду лишнее, одна морока от него,- выдал заключение старший из оружейников, не забыв сказать и о хорошем.- Ствол выглажен начисто, прям дивно видеть, заварка на ём на фряжский манер. Пищаль лёгкая, дитёнок справится. Можно такие на ремень вешать, да в завесные рушницы для детей боярских определить.-

  -Во что ценишь сии пищали? - поинтересовался Годунов.

  -Устюжские мастера по рублю и пятнадцать алтын отпускать их в казну могут,- незамедлительно последовал мой ответ.

  Прибыль на оружии была не велика, около двадцати процентов, пытаться разбогатеть на оборонном заказе, на мой взгляд, не имело особого смысла.

  -Дорого,- покачал головой правитель.- Тульские кузнецы по рублю и пяти алтын в казну пищали отдают. Цена-то твоя с замком аль только на рушницу?

  -Целиком, за всё,-

  -А ежели чудное жало убрать?-

  -Ну, наверно, алтына на два дешевле,- слетело у меня с языка первое пришедшее на ум.

  -Вот без жала, да из мягкого железа пусть сработают на Устюжне. За то уплачено будет по сорок пять алтын,- подвёл черту под торгом боярин.

  -Штык надо оставить, очень полезная вещь, а цена будет указанная, - попробовал я отстоять нововведение.- Врага им колоть в ближнем бою весьма сподручно.-

  -Бердышом-то вблизи ловчее выйдет,- улыбнулся Годунов. - Ежели издали колоть то уж лучше списа на немецкий манер. Жало же сие - безделица сущая, потешка ребяческая.-

  -От него пользы больше чем от воинской секиры будет. Тогда её можно отставить, облегченье служивым в походе выйдет,- моё убеждение основывалось в основном на послезнании, конкретных доводов не хватало.

  -Обсекаться в поле, дрова рубить да гуляй-города ставить стрельцов сим полувертелом что ль заставлять? - проявил признаки недовольства боярин.- В уделе можешь баловаться, а в казну поставляй указные, како яз велел.-

  Собираясь уходить со двора, царёв шурин сообщил:

  -Дары завтрева государю представлю, а сам к нему после явишься, яз упрежу. -

  - С патриархом Иовом об унии уже советовались? - брякнул я вопрос в спину правителю.

  -Об какой-такой унии?? - Годунов чуть ли не подскочил в воздухе.- С кем соединяться-то?-

  -Так Сулемша Пушкин докладывал,- мне такая острая реакция была не ясна.- В данцигском посольстве находясь, слышал он вроде о переходе владык литовских под папу Римского.-

  -Не слышал о таком докладе,- сквозь зубы прошипел боярин.- Со мной сбирайся.-

  Патриарха в его палаты притащили чуть ли не с богослужения в Покровском соборе. Узнав причину волнений, глава русской церкви послал служек к своим приказным искать необходимое сообщение. Спустя час сказка, записанная со слов Пушкина, нашлась. Нерадивый подьячий положил её не в ту стопку. Видя устройство дел в московских органах управления, я этому совершенно не удивился.

  Приказ, по сути, представлял собой большую избу, в главном помещении которого сидело на лавках с двадцать дьяков и подьячих. Документы писали они на своих коленях, исписанные листы держали рядом на лавках. Постоянного рабочего места ни у кого кроме глав приказа не было, рассаживание служащих происходило или по старой традиции или с руганью и дракой. Поэтому страшная волокита и постоянная путаница казались вполне нормальным делом. Удивляло скорее то, что дела всё же рассматривались и страна каким-то образом управлялась. Объяснял я это себе тем, что мелкие государственной администрации не оторвались ещё от народа и понимали, что взятки взятками, но и работу делать нужно. Учитывая то, что младшим приказным жалованья не платили вовсе никакого, и 'кормиться дьякам от дел' являлось официальной установкой, уровень мздоимства казался вполне приемлемым, особенно зная реалии будущего.