Олег Рыбаченко - В теле тирана

Вот например капрал Билл видит как словно салазки с горки скатываются стервятники. Как хищные рыбы из проруби выныривают многочисленные немецкие бомбардировщики. Уже возрастной англичанин бросает в страхе трубку. Такого жуткого зрелища он никогда не видел. Сирены воют с большим опозданием, уже после разрыва бомб. Взрывная волна подбрасывает британских солдат, летят в разные стороны оторванные руки и ноги. Вот одна из железных касок раскалилась и попала офицеру в морду. А тот как завизжит:

— Черчилль капут!

Зенитки англичан начали стрелять не сразу, а лишь когда посыпались разом тысячи бомб. Противник все правильно рассчитал: ни одна бомба не должна пропасть даром. Так что круши врага и бей. Все секторы заранее обозначены на карте. Причем обнаглевшие англичане, даже как следует, не замаскировались. Многие их зенитные орудия стоят как на ладони и их сметают в первую же очередь.

Вот ствол 85-миллиметровой длинной в тридцать два фута зенитки подбросило и согнуло в воздухе словно баранок. После чего она грохнулась, придавив пятерых англичан. Вот брюхо одному из негров распороло и вывались кишки.

А бомбы сыпались, и все пылало, громыхнул склад с горючим, стали рваться, разбрасываясь чуть ли не по всему остову снаряды, затем долбанул еще один склад. В довершение по всему надсадно выли установленные в обтекателях Ю-87 сирены, вызывая дикий ужас у негров и арабов из числа колониальных войск. Но похоже и белые пугаются не меньше.

Вот, например два британских фрегата столкнулись, а крейсер элементарно подсел на дно.

Английский танк «Кромвель» с коротким дулом, но зато с приличной скоростью и достаточно мощным лобовым бронирование в панике разогнался и таранил свой собственный склад, даже еще по пути раздавил десяток своих же обезумевших солдат. Хаос нарастал. Вот еще и английский авианосец стал проседать, а мощный дредноут открыл огонь… побережью где копошились собственные солдаты.

И в этой преисподней два человека оставались совершенно невозмутимыми. Один из них индеец, размеренно раскуривал трубку, а другим была женщина, явно арабского происхождения, но военной форме. Вдвоем они не обращая, внимания на проносящуюся в смерть. Вернее целую орду всадников аннигиляции, резались в не совсем обычную карточную игру. Это была игра пятидесяти двумя картами со джокерами, да еще по правилам придуманным самим краснокожим.

Женщина-арабка заявила:

— Шума однако много! И что так панику устраивать.

Один из солдат со спиной иссеченной осколками чуть не налетел на индейца, но то его небрежно отбросил словно котенка. Капельки крови попали на лицо краснокожего и они, улыбаясь, слизнул. После чего заметил:

— Создавать шум удел слабых бледнолицых. Мы же апачи считаем так — нет врага хорошо, появился противник — еще лучше!

Смуглая женщина заметила:

— Это типичная слабость тех, кто исповедует Христову веру. Любят поговорить о жертве, но не приносят в жертву себя.

Индеец быстро кивнул:

— Порядок строится на фундаменте где цемент вера, а песок воля! Вера — золотое сердце, а воля — железный кулак! Только у бледнолицых нет ни того не другого.

Несколько пылающих британских солдат бросилась в воду, чтобы смыть с себя пламя. А по морской пене поползли кровавые круги. Арабка презрительно фыркнула:

— И эти мужчины заставляют нас носить паранджу!

Краснокожий хитро щурясь, заметил:

— Видимо их пугает, твой грозный взгляд!

Арабка заявила:

— Мягкость женщины подобна вязкости брони, только куда более смертоносна и универсальна в защите!

Немцы предпочли сразу всадить всеми силами, тактика боксера, который, рассчитывая на неготовность противника, сразу же бросается всеми силами на врага. Когда десятки вражеских самолетов горят на аэродромах не в силах взлететь. Когда внутри «Ланкастеров» рвутся их же собственные бомбы, разрушая все вокруг и вся. Жесткая, но эффективная тактика. Вот и симфония преисподней достигла пика своей силы, а затем начала спадать.

Но этим конечно же дело не кончилось, в ход вступили десантная дивизия. Пока англичане никакие их можно брать тепленькими. Благо уже изготовлены в нужных количествах планеры десантирования. Пожалуй, на сегодня лучшие в мире.

Вот они и летят, не как коршуны — медленнее, но достаточно быстро, да еще в сопровождении музыки Вагнера — любимого шедевра Гитлера. Стальлук помнил фильм «Апокалипсис», где американцы именно эту музыку использовали, атакуя вьетнамцев. Как их это пугало. Так и тут Вагнер, и грохочущие мотивы, через усилители. Десантники намазали себе лица фосфором, и размалевались, они выглядят жутко словно демоны их преисподней. Такие жуткие, особенно на фоне дымящего зарева, многочисленных пожаров. У них даже пулеметы имеются, тоже закамуфлированные в виде пастей драконов. Далее уже лупят певучие немецкие и трофейные пистолет-пулеметы. И выкошенные, рваные шеренги падают к сапогам победителей. А многие просто предпочитают сдаться, несмотря на то, что англичан намного больше, чем немцев.

Индеец и арабка, спрятались в небольшую тщательно замаскированную нору. Краснокожий отметил:

— Хорошо мы их пропахали!

Черноволосая женщина удивилась:

— Ты говоришь мы? Может, имеешь ввиду нас?

Индеец отрицательно мотнул головой:

— Нет! Бледнолицые бьют англичан и это хороший признак! А будет время, то придет и наш праздник! Когда индейцы освободят свой континент!

Арабка презрительно фыркнула:

— А на власть над миром, вы случайно не претендуете?

Индеец лаково усмехнулся:

— Кто хочет получить слишком много — обычно остается с ни чем! Так что большая ложка — рот дерет!

Фюрер, конечно же не видел, что вытворяют его соколы и ястребы, но в принципе догадывался, что немецкая военная машина отработает все четко. Вообще германские военные наступательные операции с вплоть до курской дуги выполнялись на высоком профессиональном уровне. Некоторые их даже называют эталонными. Даже странно, что подобная машинка забуксовала.

По прибытии в Берлин Стальлук еще умудрился посетить летную часть, там он добавил в программу, еще несколько только, что воскресших в памяти приемов воздушного боя. И не удержавшись, сел за штурвал Ме-109 «F». Кабина была для невысокого, и сухощавого фюрера достаточно просторной. Панель управления самолета куда проще, чем в современных машинах. Жаль, что не пришлось ему летать, на советских Яках, так что не с чем сравнивать. Лобовое стекло этой модели выпуклое, что улучшало аэродинамику, а сама форма. Ну что же обычный моноплан, пока не стреловидный.