Испытание - Клод Опусов Старший
Иов помолился о друзьях, и Господь вернул ему вдвое против прежнего. Пришли к нему братья и сёстры и все, кто знал его прежде, ели и пили у него в доме, утешали его, и каждый дал ему по ягнёнку и по куску золота без клейма. Скот я сверил с табличкой первого вечера: четырнадцать тысяч овец, шесть тысяч верблюдов, тысяча пар волов, тысяча ослиц — вдвое, ровно. Сыновей у него родилось семь и дочерей три — столько же, сколько было. В Фемане, сказал старик, считают и мёртвых.
Дочерей Иов назвал так: первую — День, вторую — Кассия, третью — Рог Амалфеи. Что значат имена, старик сказал сам. День — как день после ночи. Кассия — как та, что едет в его тюках: плащ старика пах ею, и Иоанан, проспавший под ним полвечера, пах кассией до утра. Рогом Амалфеи на островах западного моря зовут рог козы, выкормившей тамошнего громовержца: в нём не кончается ничего. Громовержец островов — Адад; острова западного моря — его удел. Прекраснее дочерей Иова под небом не было, и отец дал им наследство среди братьев. У нас дочерям дают долю, когда нет сыновей, — так решили у реки, перед переходом, о дочерях Салпаада; у Иова были и сыновья.
После удара Иов прожил сто семьдесят лет, а всего — двести сорок восемь, и видел сыновей своих сыновей до четвёртого рода. Умер он стариком, насытившись днями.
Дальше в коже стоит, что он снова встанет с теми, кого воздвигнет Господь. Рядом кладу таблички дома Фарры: Инанну вернули из Великого Низа пищей жизни и водой жизни. Встанет ли Иов, не знаю. Потом стоит: это — из книги на арамейском наречии. Так в самой коже, старик не прибавлял; какая книга стоит за этой, он не знает. Звеньев у этой вести больше, чем я насчитал в зачине.
Жил Иов, говорит книга, в Авситидской земле, на рубежах Идумеи и Аравии; прежде имя ему было Иовав. Жену он взял аравитянку, и она родила ему сына, Еннона. Отец его — Зара, из сынов Исава, мать — Восорра, и так он пятый от Авраама. У Энки Восорра — город, и Иовав там «из Восорры»; у едомлян Восорра — мать. Пятый от Авраама — это, как я уже писал, при сыновьях Иакова, а когда Энки говорил свои слова в Городе Солнца, Иовава уже звали Иовом: потому там и сказано об имени — «о человеке, который его носил». Счёт тесен; кладу оба.
Царей, что царствовали в Едоме, книга называет так. Первый — Валак, сын Веора, город его — Деннава; в нашем списке он Балак, и при нём князья родов, устав спорить, впервые поставили над собой одного. За ним — Иовав, тот, кого зовут Иовом. За Иовавом — Асом, правитель из земли феманитян; наш, сказал старик. Царство после удара, выходит, было у Асома; вернули ли Иову венец, книга не говорит. За Асомом — Адад, сын Варада, что разбил Мадиам на равнине Моава; город его — Геффаим. Имя ему дали по Ададу, Господину Бурь: люди, сказано в нашем списке, охотно называют сыновей именами тех, кого боятся. У едомлян царей четверо, в нашем списке за Ададом их ещё четверо. Кладу оба.
Последняя строка книги — о друзьях, что пришли к Иову: Елифаз из сынов Исава, царь феманитян; Валдад, владыка савхеев; Софар, царь минеев. Имя первенца Исава ходит в его роду: в старых родах имена повторяются. О Противнике в конце книги нет ни слова; старик, чтобы проверить, отмотал кожу назад.
Ночью я перенёс на глину последний воск, до трёх царей, и под ними приписал одну строку от себя: Иов не солгал.
Утром караван уходил от Енрогеля. Снег на дороге стаял, верблюды шли тяжело, полумесяцы на их шеях били о вьюки. Старик шёл у последнего верблюда пешком; книга была у него под плащом. Я вышел к нему на дорогу. Что ты написал последним? — спросил он. Что Иов не солгал, ответил я. Он кивнул и больше не спрашивал. До поворота — тридцать моих вдохов — я бежал рядом с последним верблюдом: так я выходил когда-то к каравану царицы, так мальчишкой бежал за последней колесницей Адраазара. За поворотом дорога уходит на юг, к Едому. Книга ушла по ней; глина осталась у нас.
Здесь кончаются слова Ахимааса, сына Садока, — о книге едомлян, которую старик из Фемана принёс ко двору царя, об Иове, царе Едома, которого испытали. Табличек — одиннадцать, не считая зачина. Записал я в Иерусалиме: вечером — на воске, у ворот двора Дома, семь вечеров; ночью — на глине, в покое третьего яруса, у ларя, где от связки до Ковчега одна стена, — в год две тысячи восемьсот девяносто шестой Счёта Ниппура. Эта малая связка лежит рядом с главной, не в ней. Наперсник на Азарии, сыне моём; связка у меня. На краю — два, оба ровные.