Павел Кучер - Прививка совести
Полковник жестко договаривает — С целью подрыва террором существующего строя. Что само по себе — преступление. Не говоря о вашем посягательстве на функции законной власти. Мальчики и девочки, кхе… с горящими глазами и старыми пистолетами… много вас таких было. Крапивина начитались? С феодалами справились и на ядерную державу руку подняли? Золотых монет они наштамповали… А компьютеры у нас покупать будете. И остальной хай-тек тоже. Очнитесь! Экспертиза изучила образцы вашей техники… Вика тихо уточняет — Взятые с трупов. Естественно! Полковник раздражен, видимо рука начинает болеть, да и время идет. Вы же живыми не сдаетесь. Очень интересно и очень примитивно, сплошные суррогаты. Свой процессор «Пентиум» вам не сделать никогда. Значит, тягаться с нашим миром — кишка тонка. Скоро сами поймете. Ноутбук у вас какой фирмы? Никогда не видел… с коллоидным экраном. Японский? Советский!
Бред! Вика машет рукой. Смотрите сами. А эксперты правы. Обошлись без процессора, в аппаратном смысле… Всё собрано на оптике. Она технологичней… У нас, на Земле-2, «Обезьяньего закона 1967 года» о запрете разработки в СССР электронной аппаратуры, превосходящей зарубежные аналоги, не было. Кто же вам виноват? Наш типа суррогат — программная модель компьютеров первопопаданцев столетней давности. ИБМ совместимая, но без подвижных деталей. Между прочим, в сопоставимых ценах, стоит 100 долларов. В гражданском исполнении — меньше пятидесяти. Хорош суррогат? Трехмерный накопитель информации — кубик на 8 террабайт — динамическая модель системы. Мы развиваемся сами и независимо. Поймите это!
Тогда какого лешего вам, таким независимым, здесь надо? Много чего! Нужны люди… В популяции Хомо Сапиенс всего 1–2% генетически не способных врать. Тут им плохо. Вам они не нужны, даже опасны. Мы их ищем и делаем предложение, от которого трудно отказаться. В технологическом мире такой поиск проще. И численность населения Земли-1… больше на порядок… Нам нужно наглядное пособие, для показа чуждых моральных норм. Молодежь должна знать такие вещи лично… Нам нужен противник, настоящий, отвратительный и многократно более сильный. Заведомо преступный политический режим, жаждущий нас уничтожить. Социум первопопаданцев, на Земле-2, сформировался именно в условиях страшного внешнего давления. Сейчас достойных противников у нас не осталось. Это расслабляет… Попробуйте понять! Нас не интересует современный политический строй любой страны мира. Мы работаем с отдельными людьми. Тех кто нужен — приглашаем, кто не нужен — не беспокоим, кто мешает — обходим, кто злобно вредит — убиваем. Устраивать революции, освобождать из рабства тех, кто сам мечтает стать рабовладельцам — бессмысленно. Обвинять нас в антигосударственной деятельности потому, что большинство служащих вашего государства преступники — ложь и глупость. Моральные нормы выше писаных законов. Не верите? Это ваши проблемы! Как мы решаем свои проблемы — скоро узнаете. Вы удовлетворены ответом? Предлагаю закругляться.
Владимир стучит указательным пальцем по циферблату коммуникатора. Роберт Андреевич, вам пора! В самом деле, час пролетел. Полковник с трудом отрывает взгляд от ноутбука. Вика дарит ему холодную и ослепительную голливудскую улыбку — Не мечтайте! Там тоже заряд взрывчатки. Снова двое стоят против друг друга. Григорий Иванович, Виктор! Вы идете со мною? У вас что, стокгольмский синдром? Просто мы вам не верим. Сами же объяснили, про уровень секретности. В ФСБ у нас нет шансов. Позволяю себе нагло подмигнуть… А эти ребята, действительно, не умеют врать. Я бы, на вашем месте, уже бежал отсюда сломя голову. Вика тоже встает, закрывает ноутбук. Протокольным голосом объявляет — Именем Союза Советских Социалистических Республик отсрочено приговоренному к смерти предателю Родины, Емельянову Роберту Андреевичу, дается пять минут, что бы потребовать… ОМОН там у вас или спецназ… отсюда убраться… В противном случае будут жертвы. Время пошло. Полковник было раскрывает рот, затем, раздраженно делает поворот кругом и исчезает в сумерках дверного проема. Пять минут, пять минут… это мало или много?
Вы оба, немедленно в подвал! Виктор, подхваченный твердой рукой, буквально силком запихивается в люк. Скорее, Григорий Иванович, прошу вас! Когда я дам отмашку — плотно закрывайте крышку. Стою на ступеньке лестницы, макушкой удерживая люк приоткрытым. Стол сдвинут в угол. Окна распахнуты. Вика что-то сделала с проволочным шаром. Он превратился парную рамочную антенну. Плавно ведет сторону и вниз, словно отслеживая движение полковника по склону оврага. Почему не к калитке? Она его чувствует или слышит? Владимир лихорадочно переключает диапазоны коммуникатора… Вика цедит сквозь зубы… Дошел… там люди… много. Крутит антенной по сторонам. Там, и там, и там… Далеко, идут сюда… К нам. Взмах руки, с уже зажатым в ней пистолетом. Вика ничком падает на пол, накрывая голову руками. И что? Владимир прыжком назад становится ногами на крышку… Моя голова! Люк захлопнулся. Сверху на него навалилось что-то мягкое. Виктор вполголоса матерится в противоположном углу подвала. Как я понял, у него была приготовлена SMS-ка, отправить её не успел. Снова пропала сеть. Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! Взрывы гремят длинной серией, очень громкие, даже под землей. Даже ожидаемые. Будто звучит странный, завораживающий ритм. Как там они это называют, «Бубен смерти»? Похоже! Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах! Тихо… В ушах звон… С потолка сыплется мусор. Слышен шорох открываемого люка. Вылезайте! Уже можно…
Да-а-а-с… Стекла из окон вылетели… Словно после бури, в комнате кружится сорванная листва. Дверь вырвало из косяка и отбросило к дивану. Посуда в буфете, кажется, уцелела. Скатерть со стола словно смахнула невидимая рука. Под ногами хрустят осколки. У Владимира рассечен лоб… У Вики на голове форменное воронье гнездо, как будто час стояла на ветру. Шипя от боли, она раздирает спутанные пряди гребнем. Что это было? Григорий Иванович, все вопросы потом, уходим! Быстро! Во дворе — локальный апокалипсис. В том месте, где висела гирлянда, чисто выметенная площадка. Трава плотно прибита к земле и отсвечивает марсианским красным оттенком. Мелкой красной пудрой припорошено крыльцо, крыша, весь дом, сломанные ветки деревьев. Счетчик замер, света тоже нет… Сорванные со столба провода валяются на земле. Алычу брать будете? В такое время и вспоминать про такую ерунду? А впрочем… Пока Владимир с Викой расчехляют вездеход, пока отряхивают тент от непонятной красной пыли, мы с Виктором, в четыре руки, ставим в кузов сумки и ведра. А ведь я хотел завтра машину нанимать… Вика крутится на каблуках посреди поляны с марсианской травой. Водит по сторонам своим подобием магнитной антенны для «Охоты на лис». Вправо, влево, кругом… Выше, ниже… Володя! Людей близко нет! У вас готово? Садимся!