Александр Афанасьев - Время героев (Часть 3)
Я не ответил на незаданный вопрос. На него – не стоило отвечать.
– Как вы думаете, что там? – Мисли показал рукой на запад.
– Бразилия, полагаю… – осторожно ответил я
– Не угадали. Там большая куча дерьма. Там – наша погибель…
Интересная точка зрения…
– Господин Мисли, осмелюсь напомнить, что решение на вторжение принимала ваша администрация…
– Решение на вторжение принимал один человек – отрезал Мисли – придурок, за которым мы сейчас расхлебываем. Собственно говоря, из-за этого конфликта я и принял решение не баллотироваться на перевыборах. Я никогда не признаю этого публично, но все происходило именно так, господин Воронцов, и никак иначе. Один человек. И одно решение. Я хочу.
Я хочу…
Как же вы его ненавидите, господин вице-президент Североамериканских Соединенных Штатов. Я кое-чего не понимал до этого момента – а сейчас понял. Вы его просто ненавидите, и ненавидите настолько, что убить готовы. Семья Меллонов взяла вас на буксир и тащила – как менеджера, как управленца, как организатора. А вы их – тихо ненавидели. Когда Меллону – младшему потребовался кто-то, кто делал бы за него работу в Белом Доме – сам он ее выполнять был не способен – на должность вице-президента взяли вас. Вы ее и выполняли все восемь лет – так как могли. Но вы его ненавидите, господин вице-президент, тогда ненавидели – а сейчас еще больше ненавидите. Вы ненавидите его потому, что сделали себя сами, пробились наверх своим трудом, терпением и упорством – а этот бывший алкоголик просто получил все от рождения, потому что родился в правильной семье. Вы создали из ничего, их списанных армейских машин миллиардный бизнес – а Меллон – младший в это же время умудрился разорить нефтяную компанию, которой он управлял – хотя при таких ценах на нефть это уметь надо. Пока вы работали – Меллон младший пил и участвовал в сборищах каких-то подозрительных сект. Но когда начались президентские выборы – на первую роль взяли его, а не вас, потому что он Меллон – а вы – нет. И в истории будет он – пусть как один из самых худших президентов Североамериканских соединенных штатов за всю их историю, такой плохой, что к концу второго срока люди были готовы его убить – но в истории будет он. А не вы. И вот за это – вы его убить готовы.
И ведь ничего не кончилось. Меллон – младший сидит на ранчо и думает, что все кончилось, его брат раздумывает, как перепрыгнуть из кресла губернатора Флориды на Пенсильвания – Авеню, а вы здесь. Вы работаете, и не просто так.
Ничего не кончилось…
– Скажите, господин Воронцов, почему в вашей стране такого не происходит?
– Какого – такого, сэр?
– Такого? Один человек принимает неправильное решение – и все в дерьме. На долгие – долгие годы.
– Полагаю потому, что в моей стране человек, который произносит "я хочу", долгими годами готовится вступить на Престол и слова "я хочу" произносит с должным знанием и с полным осознанием своей ответственности перед Россией и перед Богом. Но неправильные решения все же принимались – не раз и не два, не стоит считать монархию идеальной формой правления. Просто четырехлетняя чехарда малообразованных деятелей с нездоровыми амбициями на высшем государственном посту – намного хуже.
Мисли кивнул, соглашаясь.
– Я пригласил вас, господин Воронцов сюда, на эту платформу – я понял, что вице-президент счел вступительный обмен мнениями исчерпанным и перешел к основному – для того, чтобы найти себе нового друга. Это очень важно – иметь хороших друзей.
– Полагаю… со мной вы уже подружились, сэр.
– Речь не про вас, извините. Речь – про вашего Императора, Николая Третьего, господин Воронцов.
О как!
– Сэр, я не имею права говорить от имени Его Величества.
– В мафии, господин Воронцов… в итальянской мафии, с которой вы тоже имеете честь быть в знакомстве – нельзя просто так прийти в дом и пожать человеку руку. Нужно, чтобы тебя привел в этот дом кто-то, кому доверяет хозяин дома, и представил тебя. Без этого – тебя даже не пустят на порог. Вы близко знакомы с Императором Николаем Третьим, дружите с ним. Я хочу, чтобы вы представили меня ему.
– Полагаю, сэр, вам известно, что я нахожусь в опале, при дворе.
– Ай, бросьте! – Мисли раздраженно махнул рукой – вы не понимаете, о чем я вас прошу, господин Воронцов. И не понимаете, что это может дать вам. Вы прибыли сюда для того, чтобы тайно представлять интересы Российской Империи. Вы не разведчик, ваша задача заключается не в том, чтобы залезть в какое-нибудь здание в Бурбанке[27] и украсть чертежи нового истребителя-бомбардировщика. Вы не дипломатический работник, которые дает взятки лоббистам, чтобы провалить какой-то невыгодный для его страны закон. Вы работаете на более высоком уровне, на котором до сих пор работали только британцы. Вы заводите связи и знакомства, пока это у вас не совсем удается – но все впереди. Вы предлагаете решения проблем, стоящих перед страной – ваш опыт управления Персией и специалиста по борьбе с повстанческим и террористическим движением позволяет вам давать весьма ценные рекомендации и существенно помогать нам. Вы единственный на моей памяти человек, который являлся установленным русским разведчиком – и, тем не менее, по приезду был принят в СРС, причем на высшем уровне. У вас хорошие связи уже сейчас – и что самое удивительное, и при республиканцах и при демократах вы будете вхожи. А вы мне говорите, что в опале. Подумайте, что вам это даст. Если мы наладим мост сотрудничества и взаимопонимания между Североамериканскими соединенными штатами и Российской Империей – мы оба станем просто неприкасаемыми. Понимаете, неприкасаемыми. Что бы мы не натворили – уклонились от налогов, прошлись голыми по Пенсильвания-авеню, пришибли какого-нибудь режиссера на церемонии вручения Оскаров – нам ничего не смогут сделать. Перед нами просто извинятся, вот и все. Теперь – понимаете, о чем я?
Верно говорили в первом году – надо поменять президента и вице-президента местами. Может быть – тогда эта страна не находилась бы в такой глубокой…, в какой она находится теперь.
Но кое-что надо прояснить.
– Сэр, полагаю, что эта неприкосновенность… более чем иллюзорна. Британцы, например, не будут ее соблюдать. Скорее наоборот.
Это был намек. Намек, который Мисли мгновенно понял.
– Вон вы про что…
– Про это самое, сэр. Весьма неприятно жить под прицелом.
– Согласен. Но варианты есть. Например – как насчет личной охраны из спецподразделения министерства обороны?
Я внезапно понял, что те парни, которые встречали нас наверху – они не из Секретной службы. Скорее всего морские пехотинцы. Да, они получают жалование и от нефтяной компании – но кто-то их прикомандировал к вице-президенту Североамериканских соединенных штатов. И я даже знал – кто.