Владимир Поселягин - Беглецы

— Разведку выслали?

— Я уже приказал Костину, товарищ полковник, — кивнул капитан.

— Что же вы такого натворили, что за вами столько народу гоняется?

Капитан прочистил горло, и ответил вместо старшины:

— Видимо на них наскочила одна из цепей прочесывания, вот и погнали пограничников к нам.

— Что же они в нас так вцепились?! — возмущенно поинтересовался я.

— Так мы знаем, товарищ полковник. Взяли одного из преследователей. Литовцем кстати оказался, допросили, советский он разумеет. Оказалось кто-то из наших побил кортеж генерал-инспектора германской армии. Вот приказ и пришел достать наших парней любой ценой, — ответил старшина.

— Ясно. Капитан дайте карту, — расстелив на траве карту, поинтересовался у Лобанова, — посты выставили?

— Так точно.

— У них сейчас обед должен быть, товарищ полковник, так что шанс уйти есть, — снова подал голос старшина.

Мельком глянув на часы, я спросил у старшины:

— А что они в одиннадцать часов обедают?

— Так время двенадцать часов семнадцать минут, — удивленно ответил Нефедов.

— У меня одиннадцать. Капитан?

— Так же, — ответил он, мельком глянув на свои часы.

У остальных присутствующих часов не было.

— Ах ты ж! Трофей, товарищ полковник, — виновато пробормотал старшина убирая снятые с руки часы в нагрудный карман.

— Бывает. Так старшина, а почему вас оставили здесь?

— Извините, товарищ полковник, но…

— Да понял я… Давай задам вопрос по другому. В сферу вашего наблюдения попадает вот эта поляна, на которой находятся дивизионные склады. Я прав?

— Да… то есть, так точно! Это один из объектов который мы осматриваем при патрулировании. Но там нет никаких складов, сгорели они. Мы докладывали вышестоящему командованию, но приказ они не отменили.

— Докладывали? — сразу же уцепился я за слегка смутившее меня слово.

— У вас есть связь? — включился в разговор Лобанов.

— Есть, — уверенно кивнул старшина.

— Где?!

— Там, — махнул Нефедов рукой, — через две роты пробиться и будет связь.

— Понятно, — выдохнул я.

— В схроне рация, теперь уже не скоро до нее доберемся, — расстроенно добавил старшина

В это время к Лобанову подскочил один из его людей, старший сержант Капустин, и что-то зашептал на ухо.

— Товарищ полковник. Противник в полукилометре от нас, — вскочив, известил капитан.

— Уходим. Старшина, рассчитайте кротчайший путь к складам.

— Есть, — козырнул Нефодов, и с Лобановым уселись у карты, не обращая внимания на подготовку к движению.

Через пять минут место нашей стоянки опустело.

— Тут, товарищ полковник, идет тропа контрабандистов, мы хотели за этим склоном встретить и хорошенько проредить преследователей, — говорил на ходу старшина, указав рукой на незаметный за кустарником косогор, действительно удобный для засады.

— Понятно. Хорошее место. Старшина, скажите, почему вы повели нас к складам такой дорогой? Зачем лезть в эти болота? — шлепнув по шее, убивая очередную летающую дрянь, поинтересовался я.

— Напрямую не получиться. Там дорогу взвод немцев перекрыл, мы сами чуть на них не нарвались, хорошо еще, что незамеченными уйти сумели. А болотами, и уйти можно, и обойти засады. Нет, конечно, могут посты поставить, даже скорее всего замаскированные, но то что они будут сильно сомневаюсь. Не воспринимают немцы нас всерьез, товарищ полковник.

— Ясно. Вот что старшина. Доведешь до места и уходите как можно быстрее. А при очередном сеансе связи сообщи что вернулся 'Объект-восемь' передашь, на словах: ухожу через Брест на двадцать-одиннадцать, был в восемнадцать-пятьдесят один, имел контакт'. Кто нужно поймет. Ясно?

— Так точно, товарищ полковник. Сделаем… А вот и болото.

Все охранение на себя взяли бойцы Нефедова, люди Лобанова впряглись в переноску раненых, так что мы даже смогли взвинтить скорость движения. Болото, почему-то называемое старшиной Гнилым, было не очень большим. Километр, не больше, но топкое. Что есть, то есть. Тропка, по которой нас вели пограничники, вилась по болоту как пьяная. Из-за чего путь удлинился если не втрое, то вдвое точно.

— Еще немного, подтянись! — в очередной раз кричал зам Лобанова, лейтенант Костин, указывая на высокие сосны на близком берегу.

Люди, напрягаясь, с трудом двигались в этом торфяном месиве, стараясь выйти на сухую землю. Помогая Але идти, обернулся и посмотрел на берег, от которого мы шли.

— Ни кого?

— Чисто, — кивнул Лобанов.

— Может обед у них?

— Похоже. Галкин говорил, что запах учуял. Горохового супа с мясом.

— О как? Нюхач какой. Ладно, устраиваемся на берегу, отдыхаем полчаса и двигаемся дальше.

— Не мало, товарищ полковник?

— Много, капитан, очень много. Карту ты видел? Тут все дорогами переплетено, на грузовиках перекинуть солдат труда не составит… Че ж они в нас так вцепились-то, а?!

После получасового отдыха мы продолжили путь.

Выбежавший из густого березняка, мимо которого мы только что прошли, самый молодой из пограничников, подбежал к нам и обратился ко мне, запалено дыша:

— Товарищ полковник, немцы!

— Где? Сколько?

— Рядом, в ста метрах, цепью идут. Параллельно нам.

— Могут нас засечь?

— Могут. Пока нас березняк скрывает, потом кустарник. Дальше обязательно увидят.

Через минуту, пока мы стояли и обдумывали свое положение прибежал еще один боец. С другой стороны тоже немцы.

— Сколько до складов? — поинтересовался я у Нефедова.

Сам я ничем помочь не мог, так как подходил с другой стороны, и эту сторону от Аномалии не знал.

— С полкилометра осталось, товарищ полковник.

— Ясно.

Задумавшись, я осмотрел Нефедова и его бойцов.

— Старшина отойдем поговорить надо… Значит так, приказывать тебе старшина я не могу. Но попросить… Увести их надо, очень надо понимаешь?

К чести Нефедова, долго он не раздумывал.

— Сделаем, товарищ полковник. Мы тут каждую тропку знаем. Будьте уверены, уведем.

— Еще нужно майора подальше увезти и бросить. С собой нам его нельзя забирать, а жизнь за спасение наших раненых обещал. Так что вы отведите его куда-нибудь, оглушите, пусть лежит, найдут, или сам потом выползет. Хорошо?

— Сделаем, товарищ полковник.

Пожав ему руку. Я попросил Алю снять нас на мой мобильник. Бойцы вряд ли поняли, что она делала, но смотрели с любопытством.