Андрей Завадский - Реванш

   Даже если бы Россия, как государство, исчезла, осталась бы огромная территория, и остался бы народ, которым нужно править. И потому десятки, сотни искушенных аналитиков изучали все доступные особенности личностей наиболее заметных представителей элиты врага, военной, культурной, политической, выбирая тех, кто здесь и сейчас, начнись война прямо сегодня, стал бы исполнять приказы победителя. Это была непростая задача - выбрать тех людей, за кем пошел бы их народ, но кто сам при этом оказался бы послушным и покорным чужой воле.

   Состав правительства "новой России", того, которое должно было стать ширмой для прикрытия любых дел победителей, постоянно менялся - старые люди уходили, вместо них появлялись новые, и кто-то из них непременно был, пусть и потенциально, сам еще не зная об этом, готов сотрудничать с врагом. Порой - искренне веря, что делает это исключительно из лучших побуждений, на благо собственного народа. Разубеждать в их этом, конечно же, никто и не думал.

   План "Иерихон", невероятно "живой", менявшийся буквально каждый день, оставался, однако, эффективным, и теперь в его действенности разом убедился весь мир. Но если мир уже поверил, что все закончилось, уже почти приняв вновь установившийся порядок вещей, то безвестные "архитекторы" блистательной победы лишь готовились к тяжелым трудовым будням. И сейчас Натан Бейл, как заправский лектор, излагал дальнейший замысел, целью которого было достижение его страной абсолютной власти в этом мире.

  -- Второй этап - создание сил безопасности, русской полиции, которая под нашим контролем будет бороться с террористами и экстремистами, с теми, кто еще сомневается в нашей победе. Пусть русские убивают друг друга, если им этого так хочется, но американские солдаты больше не должны гибнуть. В прочем, наши войска останутся в России, разумеется, имея статус миротворцев или еще кого-то подобного - за русскими нужно хорошенько присматривать.

  -- Кстати, Натан, вы предложили президенту кандидатуру на роль командующего этими миротворческими силами? - как будто только сейчас вспомнил Сайерс.

  -- Командующий Десятой легкой пехотной дивизией, генерал Камински. Он и его бойцы проявили себя с лучшей стороны в этой кампании... и понесли, пожалуй, наибольшие потери. В южнорусских степях был почти полностью уничтожен целый батальон, всего за несколько минут оборвались жизни полутысячи американских парней, ни один из которых не дрогнул. Поэтому генерал не испытывает жалости ни к одному русскому, и, если будет нужно, станет действовать с предельной жесткостью, не оставляя шансов своим противникам. И они должны это сознавать уже сейчас.

  -- А почему не генерал Стивенс? Ведь весь этот план принадлежит именно ему, и это было бы справедливо.

   Они лениво потягивали коктейли, подставляя лица легкому ветерку - под потолком мерно вращалась крыльчатка вентилятора, разгоняя горячий влажный воздух. Несколько человек, забывших про свои дела, собравшихся вместе, чтобы провести время за приятной неторопливой беседой - беседой, после которой запросто может перестать существовать мир, привычный многим поколениям людей всех цветов кожи, национальностей и любой веры. А новым миром, миром, выкованным в огне войны, вырвавшемся из пламени, словно мифический Феникс, будут править, все время держась за спинами "демократически выбранных президентов", именно эти люди, что расслабленно пили ледяной лимонад, развалившись в легких плетеных креслах.

  -- Наше главное правило - оставаться в тени, - ответил сам Эндрю Стивенс. - И я не желаю нарушать его, для этого нет по-настоящему веских причин. А Мэтью Камински - отличный парень, настоящий патриот, опытный командир, храбрый, рассудительный, уважаемый своими солдатами.

  -- Он, кажется, поляк? - уточнил Рональд Говард. Менеджер "Юнайтед Петролеум" уже понимал, что судьба русской нефти - того заветного приза, ради которого на алтарь победы легли сотни американских солдат - станет его судьбой, а, значит, придется поближе познакомиться и с тем, кто ее, нефть, сейчас охраняет от любителей легкой добычи.

  -- Он американец во втором поколении. Его семья бежала из Польши перед Второй мировой войной, дед, получивший американское гражданство, воевал в Корее, отец успел побывать во Вьетнаме, был даже награжден, сражаясь за новую родину, но кровь есть кровь. Мытью Камински - больший патриот Америки, чем иной потомственный американец, но славянские корни у него остались. Так что, надеюсь, генералу Камински удастся лучше других разобраться в загадочной русской душе, ведь он сам сродни этим русским.

  -- В генерале Камински сомнений нет, - помотал головой Алекс Сайерс. - А вот насколько надежно это русское правительство?

  -- Пока в Москве находятся наши солдаты - оно абсолютно надежно, - довольно оскалился Эндрю Стивенс. - Если русские дернутся, парни из Десятой пехотной и десантники из Восемьдесят второй раскатают по кирпичику их чертов Кремль и возьмут все ублюдков за задницы. Но мы вечно не сможем держать русских под прицелом.

  -- Нужно сделать так, чтобы русские были заинтересованы в сотрудничестве с нами, хотя бы только русское "правительство", - предложил Рональд Говард. - Они должны понять, что сами по себе никому не нужны, что их попросту сожрут те же китайцы или еще кто-нибудь, стоит только нам "забыть" о России. Если новая русская "элита" осознает свою никчемность, они собственными руками будут душить тех своих соотечественников, кто посчитает наше присутствие на их земле оккупацией.

  -- Повяжем их кровью, - понимающе кивнул Эндрю Стивенс, вовсе не тот туповатый, но исполнительный солдафон, каким он мог казаться, но человек, искушенный в политике.

  -- Этого мало, - возразил Натан Бейл. - Каждый русский, а не только те, кого мы приведем к власти, должен понимать, что без нас они все пропадут. Нужно завязать их экономику на взаимодействие с нами, а для нас экономика России - это, прежде всего, русская нефть и газ.

  -- Сейчас на девяносто процентов энергетический комплекс России направлен на Европу, отчасти - на Китай, а нам это не нужно, - произнес оказавшийся в своей стихии Говард. - Хорошо, если арабская нефть так и будет дальше течь потоком в баки американских авто, но если что-то пойдет не так, нужен запасной вариант. Существует уже несколько проектов транспортных систем, которые позволят направить русскую нефть через Атлантику. Мы создадим тот самый "запасной аэродром", ради которого все и началось, а заодно дадим работу самим русским. Пусть валят лес, тянут трубы, создают новую инфраструктуру, ну а мы оплатим их труд. И если русским будет, на что поесть и выпить, вряд ли они захотят бунтовать - обычному человеку чужды все эти разговоры о политике и патриотизме, ну а тех, кто все же будет против, задавят сами русские.