Николай Андреев - Гром победы раздавайся!

Также присутствовали руководители военных заводов, на которых производились патроны и винтовки.

— Итак, господа, похоже, даже для германских солдат не секрет, что в этом году наша армия намеревается добиться значительных успехов на Восточном фронте. Я надеюсь, противника в этом разубеждать не придется. — Собравшиеся дружно улыбнулись. — Пора бы припомнить пятнадцатый год Центральным державам, Луцкую операцию, Мазурские болота, химические снаряды и газовые атаки. Но для этого нам нужны гигантские усилия на военных заводах, в производстве оружия и огнеприпасов.

Кирилл поднялся со своего места и подошел к повешенной на стене карте Восточного фронта. Кулак правой руки сжался, да так, что ногти впились в ладонь.

— Франция держит фронт в разы длиннее, нежели наш, но патронов и снарядов там намного больше, чем имеется в нашем распоряжении.

— К сожалению, в этом вина недостаточной организованности тыловых служб, промышленность работает на полную мощность, — заметил кто-то из оружейников.

— Да, я согласен, что доставка вооружения на фронт заметно хромает. Много что могло быть лучше, однако не стоит мечтать, стоит действовать, господа. Взгляните на эти гигантские просторы. — Кирилл кивком указал на карту. — Они требуют чего-то невероятного. Однако я не предлагаю невероятное. Я предлагаю действенное.

— Что именно, ваше высочество, что? — кажется, это был представитель Сестрорецкого завода, нетерпеливый, словно молодой участник Боевой организации.

— Оружейные заводы должны в как можно более короткие сроки начать переходить на производство карабинов конструкции господ Токарева и Дегтярева. Сестрорецкому же заводу, надеюсь, удастся взяться за производство автоматов Федорова в количестве трех тысяч штук до середины апреля этого года и максимально возможного количества.

— Боюсь, ваше высочество, сделать это будет трудно. В такие короткие сроки — это довольно-таки проблематично. Смею предположить, что вряд ли более тысячи штук будет произведено за такое время. Завод напрягает все свои силы для выполнения государственных заказов. К тому же вам известно, ваше высочество, что существует проблема в производстве патронов к автомату господина Федорова. Мы можем полагаться только на патроны к японской «Арисаке», шести с половиной миллиметровые патроны в империи пока что не производят. Мы работаем над этой проблемой, но… — Представитель Сестрорецкого завода развел руками. — Я не могу ничего обещать, ваше высочество, но мы попытаемся выполнить вашу просьбу. Может быть, удастся, как в прошлом году, сделать рывок вперед. Только вот… проблема с настроениями в стране. Мы боимся, что могут начаться крупные забастовки и на Сестрорецке.

— Министерство внутренних дел и Служба имперской безопасности позаботятся об этом. В остальном же вам будет оказана посильная помощь. И еще, господа. Армия нуждается в массовом создании самолетов, а именно аэропланов «Илья Муромец». Что скажете, господин Сикорский, этого возможно добиться? Примерно за месяц можно произвести некоторое количество ваших самолетов? Примерно три или четыре десятка штук.

— В общем-то, теоретически это возможно. Но практически за один месяц? Это потребует напряжения сил. К тому же аэроплан — это не винтовка, это намного большее. Здесь потребуются пилоты, керосин, вооружение, бомбы.

— Между прочим, господин Сикорский, возможно ли использовать корабли как взлетные площадки для «Ильи Муромца»?

— То есть? — Сикорский напрягся. — Взлетать прямо с палубы? Это возможно только на больших кораблях, да и то вряд ли возможно будет перевезти большое количество «Муромцев» на одном корабле. Иначе могут возникнуть проблемы с сохранностью. Однако это неплохая идея. Да…

— В таком случае мы сможем облегчить доставку «Ильи» к необходимому месту, даже отдаленному от наших позиций, и не потребуется дополнительных баков с горючим. Таким образом, больше бомб можно будет взять на борт.

— Да, да, именно. — Сикорский взглянул на карту еще раз. — Кажется, я понимаю, о чем вы. Рискованно. Но может получиться. Очень даже может.

— Прекрасно. Итак, господа оружейники, подведем итоги: нам нужно за этот месяц энное, максимальное, количество автоматов системы Федорова, как можно большее количество винтовок, патронов к ним. Плюс до конца июня — начала июля — необходимо будет совершить переход на производство штуцеров. Все средства, которые мы сможем выделить, будут у вас в руках.

Потом еще долго обсуждали затраты на такое производство, условия поставок и многое-многое другое…

В конце концов, остались только Сикорский и Кошко.

— Аркадий Францевич, как обстоят дела сыскные? — улыбнулся Кирилл.

— Сложно, ваше высочество, сложно. Уровень преступности после событий в Петрограде и Москве заметно повысился. Справляться все труднее. Однако я надеюсь на выправление ситуации. Зимой всегда тяжелее: крестьяне маются от безделья, проблемы с продовольствием подогревают рабочих и бедноту… К лету станет проще. Однако, ваше высочество, надеюсь, вы не станете ругать старого сыскаря: народ просто устал от войны. Мало кто уже понимает, зачем она, зачем тысячи людей гибнут на фронте, а не работают, не занимаются мирными делами. Я не хочу призывать вас прекратить эту войну, это было бы сродни кощунству. Однако дайте понять народу, за что ему стоит продолжать напрягать все силы, докажите, что под вашим руководством армия может и будет одерживать победы. А иначе… Страна просто на пределе своих сил…

— Я вас понял, Аркадий Францевич. — Да, Кошко говорил верно. Нюх не подводил начальника имперского сыска. — Надеюсь, вы сможете справиться с тем, что творится в преступном мире. С этого дня я жду от вас телеграмм. Если что-то понадобится, немедленно уведомьте меня. И, пожалуйста, сообщайте обо всех дельных, сметливых, талантливых людях, которым, по вашему мнению, следует давать дорогу наверх. Империи нужны кадры. Кадры нынче решают все, Аркадий Францевич!

— Благодарю. — Кошко откланялся. — Должен признать, не ожидал, совершенно не ожидал! Что ж, не премину воспользоваться вашей просьбой.

А потом остался только Сикорский. Он долго смотрел на карту.

— Думаете разбомбить Константинополь «Муромцами», ваше высочество? — В глазах Сикорского плясали бесята.

— Именно. Они-то долетят до Босфора, скажем, из Севастополя. А вот обратно — это проблема. Однако я думаю, что лучше вешать не дополнительные баки с горючим, а бомбы. Это накладывает свои проблемы на полномасштабное использование авиации в этом деле. Я уверен, что самолеты — одно из тех средств, с помощью которых мы одержим победу в этой войне. И, чего греха таить, может быть, даже в этом году.