Василий Панфилов - Улан 4 (СИ)

Пусть с кровью*** — тыкать мне в нос идиллической мусульманской Казанью не стоит. В данном случае русские и татары сотни лет жили вместе, притираясь и приспосабливаясь, а вначале проблемы были, да ещё какие, не один век… Плюс ко всему, Казань всё‑таки в центре России и потенциальные экстремисты не могли особо выёживаться. А вот Кавказ издавна 'радовал' проблемами и в основном эти проблемы приходили из‑за рубежа — прямо или косвенно. Та же Турция, стремясь ослабить Россию, закрывала и закрывает глаза на откровенных религиозных экстремистов — или даже прямо спонсирует, были уже скандалы, и не раз. А вот если бы Турция была христианской (к примеру), то уверен — религиозных проблем в регионе был бы НАМНОГО меньше, если вообще были бы… Точнее говоря — меньше было проблем с мусульманами Кавказа — были бы проблемы с тамошними христианами… Во многих случаях религия (раса, мировоззрение) — это всего лишь дополнительная возможность усилить себя и ослабить соседа. Вообще, такие распри обычно подогреваются искусственно и чаще всего — извне.

Несколько дней у Наполеона ушло на возведение артиллерийских позиций — жечь порох впустую, ради 'тревожащего' обстрела скуповатый корсиканец не хотел. И как только дело было сделано, обстрел начался.

— Мастер, — довольно сказал Рюгену наблюдающий за ходом обстрела Покора. Тот угукнул, не отрываясь от подзорной трубы — зрелище было интересным. В частности, Бонапарт не только достаточно грамотно выстроил орудия, но и сам обстрел вёлся по несколько непривычным правилам. Так, орудия не просто стреляли в одну точку, но стреляли одновременно, а этого в восемнадцатом веке можно было добиться, только при идеальной, практически недостижимого уровня, работы самих артиллеристов, плюс идеально откалиброванные ядра, орудия, порох и т. д.

Собственно говоря, метод не такой уж новый и то, что при ударе двух ядер практически в одну точку, ударное воздействие усиливается в разы*, было известно давно. Даже венедская пехота знала, что если для разрушения какого‑то укрепления нужно сделать полсотни разрозненных выстрелов из мушкета, то их можно заменить дружным залпом из десятка стволов. В артиллерии этот принцип действовал ещё более сильно, но вот применять… Применять его в более — менее массовом порядке могли только русские и венеды — у остальных государств металлургия была похуже и качество обработки орудий пониже. Но 'массово', это не значит, что все залпы были идеально синхронными — хорошо ещё, если четверть — это был показатель нешуточного мастерства артиллерийского офицера и выучки орудийной обслуги. Батареи же под командованием Наполеона приближались к половине — до него такой класс работы показывал только сам Покора, причём не в нынешнем возрасте корсиканца, постарше… Правда, орудия тогда тоже были качеством пониже.

Оценили работу будущего зятя Михеля Покоры и другие офицеры, так что разговоры об излишнем покровительстве фельдмаршала будущему родственнику начали стихать.

Через три дня обстрел принёс заметные результаты — несколько фортов, вынесенных за пределы Эдирне, были уничтожены, остальные форты турки были вынуждены оставить, поскольку единая система укреплений была разрушена. Начали подбираться и к стенам самого города, обстреливали внутренние районы.

— Бах! Гулко ухнула здоровенная осадная мортира и тут же забахали её товарки. С воздушного шара, корректирующего огонь, почти тут же сбросили записку.

— Есть попадание! — Вслух прочитал молодой подпоручик для собравшихся старших офицеров во главе с императором, — накрыли одну из казарм.

— Молодцы! — Похвалил Владимир артиллеристов, — грамотно работают.

Мортиры против крепости вообще достаточно удачное решение и единственный недостаток — сложность корректировки. Ну а когда у тебя есть артиллеристы уровня Покоры и Наполеона, да и в целом артиллерия превосходит даже русскую, ранее считавшуюся непревзойдённой, да воздушный шар для корректировки огня…

Обстрел вёлся уже почти две недели и потери осаждённых были достаточно велики. Померанский регулярно изображал начало штурма и османы не сходили со стен. Так что и потери под ядрами были у них солидные. Попытки же контрбатарейной борьбы были откровенно жалкими — слава османских артиллеристов осталась далеко в прошлом и малейшие намёки на сопротивление были погашены в первую же неделю.

Ждали вылазок турецких войск из крепости, но к огромному разочарованию Рюгена, так и не дождались. Видимо, командование сообразило, что для венедов их вылазка станет настоящим подарком судьбы.

Зато войскам Империи, ушедшим вперёд, пришлось покрутиться: султан не стал концентрировать все войска исключительно на защиту Стамбула и послал вспомогательные войска задержать венедов. Толку от них было немного, но накрученные муллами и дервишами, да ещё и под воздействием наркотиков**, некоторые отряды сражались не щадя собственных животов — в том числе и буквально. Нередки были случаи, когда обдолбанный фанатик размахивал саблей, хотя у самого кишки лезли из распоротого брюха. Так что потери у христиан были…

Примерно через неделю осады у Владимира 'отпросился' Ярослав.

— Отец, я тут всё равно особо не нужен, а вот местность перед Стамбулом я помогу зачистить.

— Без тебя обойдутся, — жёстко сказал отец.

— Не обойдутся, — спокойно, очень по взрослому, ответил король Хорватии и эрцгерцог Австрии, мне НАДО, понимаешь?

— Поясни.

— Я могу пойти и без спроса, как самостоятельный властитель, но НУЖНО, чтобы я сейчас там воевал, как один из членов Померанского Дома. Сказать мне… да и тебе, никто ничего не скажет, но если я там буду воевать — сейчас, моё положение в Хорватии, да и на Балканах вообще, станет заметно прочнее. Да и Дому полезно.

— Мда, здесь ты прав, сын — все теперешние события войдут в Историю, в песни и сказания… Ладно. Но я надеюсь, тебе понятно, что ты должен там ПРИСУТСТВОВАТЬ, а НЕ ВОЕВАТЬ? Клинок наголо — только в крайнем случае, когда выхода другого нет. Ясно?

Ярослав прерывисто, с каким‑то поскуливанием, вздохнул — он был тем ещё 'адреналинщиком', но сказал очень грустно:

— Ясно… Я и сам понимаю, что в прямом поединке мне соперники вряд ли найдутся, но в бою, да ещё и с обкурившимися фанатиками, такого не будет. А рисковать собой я ещё могу… но не так глупо. Но если будет возможность поединков, разрешаешь?!

— Разрешаю, — весело засмеялся император, — если без огнестрельного оружия противники, то хоть с тремя сразу.