Александр Афанасьев - Меч Господа нашего-1 [СИ]

— Грифон два семь на связи. Грифон два семь на связи, прошу Футболиста, немедленно.

— Грифон два семь, прошу идентификацию.

— Точка восхождения — назвал пожилой кодовое слово.

— Грифон два семь принято, ожидайте.

Обшарпанное желто-черное такси остановилось у тротуара, и Халид ловко скользнул на заднее сидение.

— Грифон два семь, я Футболист, слушаю вас — раздался голос старшего дежурного офицера в Лэнгли, отвечавшего за этот участок.

Пикап — тронулся вслед за такси.

Футболист, я Грифон два семь, нахожусь в Пешаваре. Ведем подозреваемого в одиночку, не хотелось бы рисковать. Нужна помощь. У нас есть что-нибудь?

— Грифон два семь, минутку… да, у нас есть картинка из этого района. Вопрос — вам нужна помощь?

— Футболист, отрицательно. Цель — вперед нас, в такси. Я отмечу ее лазером, как поняли?

— Грифон два-семь, вас понял, жду пометки…

Пожилой взял большую, толстую ручку в корпусе из дорогого дерева, нацепил черные очки со специальными стеклами, которые выглядели как обычные и валялись на бардачке между сидениями. Опустил стекло, выставил ручку, нажал на колпачок — он искренне надеялся, что всего этого никто не заметит.

— Футболист, цель пометил. Видите цель?

— Грифон два семь минуточку… да, цель взята.

— Футболист, в такси следует подозреваемый, код канареечный[5]. Враждебности не проявляет.

— Грифон два семь принято. Цель ведем.

— Футболист, окей, мы отстанем немного. Возможно, клиент будет нервничать. Можно наладить передачу данных?

— Грифон два семь, продиктуйте свой сотовый.

— Футболист, записывайте.

Через несколько секунд — на экране сотового телефона с большим экраном и функцией навигатора — появилась карта Пешавара с нанесенной на ней красной, пульсирующей точкой. Точка двигалась, данные о ней поставлял спутник. Современные технологии позволяли творить чудеса.

— Сворачивай налево. Пусть оторвется…

— У этого парня был мешок — сказал молодой, поворачивая на соседнюю, относительно свободную улицу — когда он входил в здание, мешка не было.

— Мешок? Большой?

— Да. Приличный.

Такси, поплутав по запруженным городским улицам в надежде сбросить хвост — направилось строго на запад, в направлении Хаятабада. Это был пригород Пешавара — но пригород приличный, с виллами, там жили состоятельные люди. Совсем не то, что деревня Шейхан, другой пригород Пешавара, рассадник экстремизма, где один парень, их коллега, сильно облажался[6].

— Он сворачивает. Свернул. Остановился…

— Мне что делать?

— Давай вперед. Медленно.

Пожилой — обернулся, достал с заднего сидения Калашников, снял с предохранителя и поставил себе между ног, прижав коленями.

— Он стоит. Стоит… Стой!

Пожилой снова достал из бардачка Thyraya, прощелкал номер…

— Грифон два семь на связи. Прошу Футболиста, немедленно.

— Грифон два семь, прошу идентификацию.

— Точка восхождения.

— Грифон два семь принято, ожидайте.

В темноте, приглушенная высокими заборами, но вполне отчетливо — треснул выстрел.

— Ах, черт!

— Сэр!

Пожилой отбросил телефон на бардачок, толкнул дверь, выпрыгивая из машины с автоматом.

— Сэр!

Телефон недовольно замигал красным глазком вызова. Молодой схватил телефон.

— … вы? Грифон два семь, отвечайте немедленно, черт вас дери!

— Сэр, это Грифон два семь, у нас чрезвычайная ситуация! Мы слышали выстрел!

— Грифон два семь, где старший агент? Где старший агент?!

— Сэр, мистер Мишо пошел посмотреть, что происходит!

— Не называй ничьих имен по связи, идиот! Что вы там слышали?!

Раздались еще несколько выстрелов из дробовика, один за другим, потом — длинная очередь из Калашникова — и снова дробовик. Вот черт…

Молодой — бросил надрывающуюся трубку, выскочил из машины. Сунулся на заднее сидение, обзавелся автоматом. Не закрыв машину, побежал в ту сторону, куда ушел старший агент группы, агент Мишо.

Темнело, впереди слышались крики. Сжимая автомат, он забежал в переулок, навстречу ему кто-то шарахнулся. Он вскинул автомат, едва успел сдержать палец на спуске — гражданский! Напуган перестрелкой…

На улице — снова забухало ружье, видно ничего не было — ограды высотой с два человеческих роста. У угла — он остановился, прижался к стене.

Три — два — один!

В нескольких метрах от него стоял человек и перезаряжал дробовик, похожий на автомат Калашникова. Страшная вещь, в последнее время широко распространившаяся — дробовик двенадцатого калибра по схеме АК[7].

Молодой — не дожидаясь, пока ублюдок с дробовиком перезарядит его и снова начнет палить — выстрелил дважды в спину, пошел дальше. Движение на улице остановилось, немногочисленные водители с криками бросались из машин, оставленных прямо посреди дороги, искали убежища.

Мишо лежал чуть дальше, автомат валялся рядом. Вместо головы — жуткое месиво, расплывается лужа крови.

Мертв…

Молодой подобрал автомат, забросил его за спину, побежал дальше.

Ага! А вот и такси! Они собирались выехать — и не посмотрели, что из-за стрельбы остановилось движение. Вот и врезались в брошенную прямо посреди дороги машину. И знатно врезались, так, что дальше ехать уже не могли. Двери нараспашку с обеих сторон машины, мигает поворотник.

— Хана хан хай[8]?! — заорал молодой одно из тех немногих выражений на языке урду, которое он знал.

Испуганный водитель, прячущийся за своей машиной — указал вперед.

Быстро! Молодой побежал со всех ног, на кратких одиннадцати недельных курсах оперативников их учили, что если где-то пробежал человек, тем более человек с оружием — след остается. Повернутые в ту сторону головы, дорожный инцидент, обсуждающие и показывающие в ту сторону рукой люди. Надо только уметь читать эти признаки и не слишком отставать.

Где-то уже выли полицейские машины, но он бежал вперед, с двумя автоматами, одним в руке и одним за спиной. Улиц поворачивала, он проскочил поворот, не задумываясь, что его могут поджидать — и едва не напоролся на пулю. Бандит поджидал его, спрятавшись за стволом дерева, выстрелил дважды из пистолета — но остановить американца, прошедшего специальную подготовку не сумел. Кувыркнувшись, он выстрелил несколько раз из автомата с положения лежа — и бандит вывалился из-за дерева, растянулся на тротуаре. Молодой вскочил — заборы вилл здесь шли сплошной стеной, и Халиду некуда было свернуть. Он трусил впереди, сгибаясь под тяжестью мешка.