Олег Макаровский - Мир фантастики 2014. На войне как на войне
Как известно, избирательное применение закона – хуже беззакония. Не говоря уж о том, что мало останется от «большой» военной литературы без Твардовского – а у него ведь есть не только отдельная фантастическая поэма «Теркин на том свете»: в первом, главном «Теркине» тоже присутствует глава «Смерть и воин». Причем старуха с косой там отнюдь не порождена сознанием тяжелораненого солдата: она, как сказали бы материалисты, существует вне и независимо от него. И в некоторых военных песнях Высоцкого открывается «фантастическое измерение». И в чонкинском цикле Войновича, который фантастикой как бы не считается – но, собственно, почему? И кинодилогия «Мы из будущего» легитимно вписалась в жанр. И… И…
Кстати, если говорить о степени фантастических допущений, которые имеют место в «Повести о настоящем человеке», – то среднестатистическим фантастам до такого и в прыжке не дотянуться…
Впрочем, призна́ем: писать фантастику о Войне (той самой, которая «по умолчанию»), конечно, трудно. Особенно сейчас, нам, этой Войны не видевшим. Но ведь это вообще – трудно, в рамках любого литературного направления, жанра или метода.
Лично меня не всегда впечатляют частые ссылки на «реальность событий», будто бы поведанных автору старшими родичами (даже если в этом не сомневаться… а ведь иногда приходится!); более того, я такие методы порой считаю не совсем достойными: это как бы «выклянчивание дополнительных бонусов», которые в любом случае будут получены не поколением фронтовиков, но нынешними писателями. Плюс, конечно, коробит элементарное незнание. Как «техническое», так и психологическое: сплошь и рядом персонажи «нажимают на курок», сбивают «мессеры» чуть ли не из рогатки (или вообще при помощи крестного знамения), используют в 1941-м (а хоть бы и в 1945-м!) приемы «русского ниндзюцу» (а хоть бы и немецкого!) или предаются длинным философским рассуждениям во время подъема в атаку.
Но это еще цветочки. Некоторые литераторы подчеркнуто избегают затрагивать острые, болезненные, нестандартные темы – зато другие погружаются в них даже слишком охотно, со злорадством и некрофильским смакованием подробностей. Бывает и наоборот: в особую ярость приводит бодряческая тональность (чувствуется, что для длинного ряда современных фантастов ВОЙНА, даже необязательно Великая Отечественная, – это крутое, классное, интересное мероприятие вроде сафари-тура, на которое авторы готовы хоть каждые выходные ездить, чтобы расслабиться и отдохнуть). А многие из наших современников торопятся использовать ВОЙНУ, опять-таки уже не обязательно Великую Отечественную, как рупор своих сегодняшних политических чувств, прикрыться ее авторитетом в злободневных целях, превращать ее участников в выразителей собственных симпатий или антипатий.
Да, все это так. Да, если кто-то скажет, что для фантастов эти грехи менее характерны, чем для… (а, собственно, для кого? Реалистов? Но это течение без «социалистической» приставки уже не считается единственно правильным!), – то он либо лжет, либо заблуждается.
Но, во всяком случае, на страницах этого сборника вы подобных текстов не увидите. А вот хорошую фантастику – гарантируем. И надеемся, что при взгляде на линию фронта сквозь амбразуру фантастики можно увидеть такие детали, которые через бруствер реализма остаются незамеченными…
Григорий Панченко