Космодесантник в 1941-м - Иван Владимирович Лагунин
— Готово! — сказал он и показал на ладони два сплющенных окровавленных кусочка металла.
Сгрудившиеся вокруг остальные — потрясенно молчали. Кажется, тот факт, что две пули, которые убили бы на месте любого из них, для меня не представляли вообще никакой угрозы, потряс их куда больше, чем полтора десятка трупов, которые я оставил вчера на дороге.
После завтрака, я взял в руки немецкое ружье. Четыре таких с парой коробок патронов, мы захватили вчера с собой. Оно представляло собой деревянное ложе с прикладом, с наложенным сверху стволом и затворной частью. Длиной чуть более метра, весило оно около пяти килограммов. Под стволом было установлено крепление для ножа, а с казенной части находился скошенный вправо рычаг. Для чего он — я уже понял. Видел, как при помощи него немецкие солдаты перезаряжали свои ружья. Внизу, под защитным кольцом был спуск, а в середине находилась отщелкиваемая планка с делениями. Интересно, для чего она?
Видя мое замешательство, ко мне подсел Семен.
— Смотри, это прицел. Вот тут планка, а тут мушка, ее вот так двигаешь…
Семен явно был не новичок в военном деле, но немецкое ружье тоже видел впервые. Совместными усилиями мы вскоре разобрались, как оно заряжается. Патроны вызвали мое искренне восхищение. Семен коротко объяснил их устройство. Похоже, в этом мире все оружие работало на основе пороха.
Я присмотрел за Глебом, который накормил пленных немцев и заодно поподробнее расспросил белобрысого урода об устройстве ружья. Как выяснилось, оно называлось «Карабинер Маузер 98». Гауптманн — довольно высокий офицерский чин. Командир роты. Ох, и не прост был этот Адольф фон Зеерман, ох и не прост. И сволочь редкостная. Но у меня было слишком много дел, чтобы всерьез заниматься его допросом. Разберемся, когда доберемся до села.
А пока мне нужно было отлучиться.
Собрав всех, я сказал:
— Люди добрые, требуется мне вернуться.
Лида непроизвольно охнула, прикрыв рот ладошкой. Старик же непонимающе нахмурился.
— Куда ж ты… Думал я, что с нами пойдешь! Если супостат до нашего Беловодья дойдет, чтожа мы делать-то будем?..
— Не беспокойтесь, я вернусь, но… — врать не хотелось, а говорить правду, про оставленный скаф — тоже. Что знают двое, знают все. А скаф сейчас был самым ценным моим активом. Когда дело дойдет до контакта с местными властями, такое подтверждение моим словам будет жизненно необходимо. Самозаращивающийся комбез и вибронож — игрушки. — В общем, нужно мне.
Крестьяне переглянулись, потом Евграф пожал плечами.
— Коли надо, иди Ратибор Велеславыч. А мы тебя подождем…
— Нет, идите в село. Я догоню. Я могу… задержаться
Ремонт скафа мог занять неопределенное время.
Они снова переглянулись, старик перекрестился, а у Лиды вновь глаза были на мокром месте. Кажется, они подумали, что мы прощаемся навсегда.
Я улыбнулся.
— Ну что вы… Не вешать нос! Я вас догоню. Куда идти, я знаю. Семен Афанасьевич — ты за главного.
Крестьяне тоже скупо улыбнулись.
— Ты ток возвращайся, дядька Ратибор! — воскликнул Глеб. — Как мы без тебя село-то обороним⁈
Мысленно я вздохнул. Судя по рассказам крестьян, тут такое затевается, что не поможет деревне ни один космодесантник Руссийского Царства, ни целый взвод. Война стремительно накатывала на эту землю.
Слово в ответ моим мыслям, небо снова расколол грохот канонады.
Но предать веру этих людей в себя, я не мог.
— Вернусь, Глеб. Обязательно вернусь.
В одного мой путь к месту вчерашней бойни занял втрое меньше времени. Канонада не смолкала. Душный воздух наполнил запах гари. К дороге я крался, держа карабин наготове. Тренироваться в стрельбе не рискнул, дабы не привлекать внимание. Так что, освоенные благодаря Семену, в теории, навыки придется проверять на практике уже в бою.
Сожженная машина все еще слегка курилась вонючим дымом. Рядом никого не было видно… но это только сейчас. На дороге появилось много следов. Видимо, утром здесь прошла большая колонна колесной техники.
Обуреваемый недобрыми предчувствиями, я бросился к укрытому валежником скафу…
Фух.
На месте!
И не просто на месте, но и активирован!
Дотронувшись до сенсорной клавиши на левой руке, я вызвал голографический интерфейс и едва удержал вздох разочарования. Энергозапас батарей составлял жалкие 3 %! Выработка реактора составляла 4 % от нормы!
— Барт? Ты меня слышишь?
Но бортовой компьютер молчал. Видимо, был отключен, как второстепенная система. В углу интерфейса кровавой кляксой горел значок аварийного режима.
Помоги мне, Сварог!
Я присел рядом, раздумывая, что же делать. Хватит ли энергии, чтобы достать из пространственных карманов оружие и полноценный спаскомплект? И что все-таки со скафом? Почему реактор еле работает? Может ли быть проблема в том, что это был все-таки другой мир? Он ведь не обязательно должен по всем параметрам совпадать с моим. Структура пространства-времени и подпространства здесь могла быть совсем иной! Если это так, то это очень плохо…
Тяжело вздохнув, я поднялся и вдруг…
Что это?
В нескольких метрах от скафа, за густым кустом, что-то торчало. Я бросился к будто бы висящему над землей предмету, отодвинул кусты…
Ох…
В полуметре над землей, ни на что, кажется, не опираясь, прямо из воздуха торчала труба из темного тусклого металла. Я застыл, как громом пораженным.
Да это же…
Это верхняя часть поручня на кабине «Бизора»!
Значит, я здесь не один!..
Я сел, пытаясь унять враз застучавшее сердце. На всякий случай потрогал поручень. Провел рукой по его слегка шершавой поверхности, ощупал висевший в воздухе срез. Он был как будто бы немного мягкий.
Нет, кусок поручня еще ни о чем не говорит. Сам роб, или его часть находилась на другом уровне реальности. Локальный катаклизм забросил его туда, где живые быстро прощаются с жизнью. Но вот сам роб… Ах, если бы я только мог его достать!
Впрочем… Мог! Теоретически мог!
В складском пространственном кармане скафа, среди другого боезапаса, должен быть находиться комплект Д-мин. Подрыв такой мины запросто мог нарушить сложившийся баланс энергий и выпихнуть «Бизора» в реальный мир.
Все вновь упиралось в скаф и его реактор.
Ох… Сварог, помоги мне!
Я снова внимательно осмотрел броню. На внешних подвязках на ней было не столь уж и много. На плече был установлен зенитный лазер. Мало того, что абсолютно бесполезный с таким зарядом реактора, так еще и несъемный. На