"Фантастика 2026-191". Компиляция. Книги 1-41 - Александр Фрост

Впрочем, уже через минуту язва была забыта. Увидев составленный штатным художником портрет предполагаемого убийцы, капитан сперва его уронил, затем поднял. Всмотрелся ещё раз, сам себе не веря – и опрометью кинулся вон из кабинета, опрокинув стул.

Домой он в тот день так и не попал. Ночью на конспиративной квартире Светлоградовского управления госбезопасности прошло необычное совещание. Полковник – начальник следственного отдела МГБ со своим верным капитаном Соколом принимал полковника – начальника отдела организованной преступности светлоградовского УВД с язвенным капитаном Ивчевым.

Операция, которую обсуждали товарищи офицеры, требовала строжайшей конспирации даже от собственных сослуживцев. Уж больно надёжное прикрытие имел человек, опознанный по портрету, – скромный директор дома отдыха при министерстве торговли Рухим Ханракис.

Заведение, которым он руководил, на самом деле было борделем. И не какой-нибудь подпольной квартирой с девочками – таких милиция вскрывала по несколько штук в месяц. Притон Ханракиса посещали большие люди из правящей Народно-Революционной партии и обоих её вассалов – Демократической и Крестьянской партий, сотрудники министерств, светила литературы и кино, особо почётные иностранные гости. Высокие покровители в лице замминистра внутренних дел и начальника управления охраны госбезопасности (а над ними, возможно, кто-то, о ком и подумать страшно) делали обитель продажной любви неуязвимой. Пользуясь столь надёжной крышей, товарищ директор безнаказанно скупал краденое, спекулировал антиквариатом, и только Отец, Мать и сын их Экзепр могли знать, какие дела он ещё проворачивал. Да и то без подробностей.

Отдел оргпреступности давно точил зуб на гнездо элитных развратников, однако сделать ничего не мог. Гэбэшники из следственного управления, наоборот, могли – в экстренных случаях они имели право действовать по собственному усмотрению, без санкций и согласований, но повод отсутствовал. Торговлей наркотиками и крупными финансовыми махинациями хитрый Рухимчик не занимался, а содержание притона и незаконная торговля – дело исключительно милиции.

Теперь долгожданный повод появился – громкое убийство видного политического эмигранта, который неожиданно оказался обладателем паспорта преследовавшего его государства, да ещё и баловался контрабандой бриллиантов (все три пункта – зона ответственности госбезопасности)! И главный подозреваемый – вылитый Ханракис. Составившая словесный портрет портье опознала его и по фотографии, а горничная, столкнувшаяся с убийцей в коридоре, подтвердила её показания.

– Кто официально проводит операцию? – нервно спросил полковник-гэбист. – Вы или мы?

– Вы, конечно! – без колебаний ответил милицейский начальник. – С нас за такое шкуры снимут и перед кабинетом министра ковриками выстелят. Легенда железная: следствие проходит параллельно, мы обмениваемся информацией, вы решили провести операцию и привлекли нас.

– Согласен, – возразить на столь железную логику было нечем. – Тогда с вас группа захвата в максимальном количестве и вся информация по притону. Берём клиента по обвинению в убийстве, пока он отбрехивается, проводим обыск, а дальше – по результатам.

В то, что Ханракиса удастся привлечь за убийство, разумеется, никто не верил. И милиционеры, и гэбэшники понимали: свидетельницы либо ошибаются, либо введены в заблуждение. Даже имей Рухим причину прикончить Пхунмилаво, он никогда не стал бы резать его собственноручно. С его-то связями и деньгами, да исполнителя не нанять? Зато появлялся повод, наконец, вломиться на проспект Маршала Кордича, 378 (нашли где шлюх селить, поганцы!) и покончить с притоном.

Однако настоящего убийцу тоже искать надо, и Сокол решил уточнить у Ивчева ситуацию с первым подозреваемым.

– Я прочёл протокол допроса Нишича. Вы действительно полагаете, что он непричастен?

Милиционер задумался.

– Предъявить ему нечего, ни одной зацепки. Но, по-моему, что-то знает.

– Вот и мне так кажется…

Вслед за Ивчевым Сокол тоже обратил внимание на странный прокол убийцы, не повесившего на дверь табличку «Не беспокоить». Милицейский капитан счёл, что в условиях стресса и профессионалы ошибаются, зато у гэбэшного несоответствие из головы не выходило. И обдумывал он его долго и со вкусом.

Если ошибка не была ошибкой, а имела смысл, то лишь один: чтобы милиция смогла максимально точно установить время преступления. Для чего? Только для того, чтобы обеспечить алиби человеку, встреча с которым была упомянута в еженедельнике убитого. И этот человек оказался другом президента Ндумо и ненавидел Пхунмилаво – чего, кстати, ничуть не скрывал. Может, убийцу стоит поискать в его окружении?

Сокол уже предложил начальнику установить прослушку в квартире редактора «Рассвета», и сотрудники займутся этим, пока сам капитан познакомится с журналистом поближе…

– Есть идея: позвонить Нишичу и пригласить его на завтра в нашу компанию, – обратился он к милиционерам. – Насколько мне известно, он не раз участвовал в оперативных мероприятиях и никогда не писал лишнего…

Полковник, чуть подумав, кивнул, и его подчинённый снял телефонную трубку.

– Товарищ Нишич? Приветствую! Следователь Друмо Ивчев беспокоит. Знаете… услуга за услугу. Я насчёт «арраката»… Подъезжайте завтра к десяти в управление. Нет, сказать не могу, но обещаю: не пожалеете!

Операцию приурочили к завершению короткой ночи – ежедневному затмению, когда Экзепр закрывает диски солнц в небе спутников. Среди их обитателей это традиционное время обеда и дневного сна – значит, гости под покровом темноты могут прибыть особенно примечательные. Ну а чтобы ненароком не напороться на собственное руководство, двое топтунов устроились в пивной напротив и тщательно отслеживали номера всех въезжавших на территорию объекта машин. Благо фонари у ворот их, хоть и на несколько мгновений, но освещали.

Столица Народного Союза и республики Вендия город Светлоградово

Внешне трёхэтажное гнездо продажной любви из серого бетона в стиле техно[301] демонстрировало суровый революционный минимализм. Располагалось здание в глубине обширного парка с высокими раскидистыми дубами и платанами. Разглядеть из соседних домов, что происходит внутри, было невозможно, а нескромные взгляды с улицы пресекал глухой забор с колючей проволокой поверху. Внутрь пускали только через массивные ворота и проходную, в которой постоянно дежурили двое крепких охранников. От мелких воришек и хулиганов этих мер безопасности вполне хватало, людей посолиднее удерживала репутация заведения, но ничто не могло помешать работникам спецслужб, когда те взялись за дело всерьёз.

Тихая одинокая старушка, дремавшая у эфирного приёмника в однокомнатной квартире на проспекте Кордича, 377, никогда не думала, что станет свидетелем почти настоящей войны. Виной всему оказался один из трёх любимых котиков, неожиданно выскочивший на балкон и начавший жалобно орать. Бабуля бросилась вслед за пушистым сокровищем и стала единственной светлоградовкой, которая наблюдала штурм стоящего напротив дома отдыха с самого начала.

Зрелище получилось впечатляющее. Сперва из-за угла вынырнул броневик с грозно торчащим из