Atomic Heart. Миссия ХРАЗ - Харальд Хорф
Сколько он пролежал, погруженный в пожирающие тело страдания, Порфирий не знал. Вгрызающаяся в нервы боль была бесконечной, но сил не осталось даже на стон, и инженер лишь надсадно сипел. Последние остатки жизни медленно вытекали из покалеченного тела вместе с кровью. Что-то мутное зашевелилось в поле утратившего резкость зрения, и Порфирий попытался сфокусировать взгляд на приближающемся объекте. По нервам ударила последняя вспышка ненависти, инженер собрался в кулак и нащупал в кармане пистолет Сеченова с единственным оставшимся патроном. Поднять руку для выстрела было до невозможности тяжело, и Порфирий захрипел от напряжения, направляя пистолет в склонившуюся над ним кибернетическую балерину-близняшку.
— Спокойно, товарищ! Свои! — Увешанная оружием крепкая рослая мужская фигура в униформе спецагента «Предприятия 3826» возникла откуда-то сбоку и ловким движением отобрала пистолет. — Не шуми, привлечёшь внимание противника!
— Берегись... — забулькал кровью Порфирий. — Это... ХРАЗ...
— ХРАЗ в балерине чёрного цвета, — возразил крепыш, — а это старший лейтенант Нечаева, радиопозывной «Блесна», отряд «Аргентум». Она не меняла цвет покрытия.
Зрение наконец-то сфокусировалось, и Порфирий понял, что видит стальную близняшку-балерину. Это одна из телохранительниц академика Сеченова, теперь он её узнал. А вот рядом с ней...
— Предатель... — прохрипел инженер, пытаясь вцепиться в горло агенту П-3, но сил хватило лишь на то, чтобы шевельнуть окровавленной культей. — Ты...
— Я не предатель, — сумрачно опроверг обвинение П-3, осторожно укладывая культю Порфирия ему на грудь. — Я наивный доверчивый идиот с претензией на собственную мудрость. Надеюсь, это всё же лучше, чем предатель.
— Зачем... — Порфирий бессильно уронил голову в стальные ладони кибернетической балерины, предусмотрительно подставленные заранее.
— Да не знал я! — Агент П-3 мрачно скривился. — Думал, что умнее всех, сейчас быстро решу, кто тут хороший, а кто плохой! ХРАЗ мне голову задурил профессионально... ещё Лимбо это ублюдское... когда я всё понял, уже поздно было... — Нечаев решительно тряхнул головой: — Но ничего! Скоро я всё исправлю! Убью этого урода на хрен! Мы зажали его в угол, далеко не уйдёт. Размажу по полу вместе с любой жестянкой, в какую бы он ни влез!
— Ты так... — Порфирий слабо шевельнул окровавленными губами, — его не убьёшь...
— Это ещё почему? — насторожился Нечаев.
— ХРАЗ и его Массив — единое целое... — с трудом выдохнул инженер. — Пока сохраняется... хоть один кубический грамм агрессивного Массива... ХРАЗ будет в нём... жив...
— В смысле?! — Нечаев зло поморщился. — Ты хочешь сказать, что мне придётся выискивать все эти его чёрные сопли?! Хреново... как узнать, где он успел распространить свой нейрополимер?
— Не знаю... — Порфирий закрыл глаза. — Обыскать весь мир... Но есть способ лучше... — Рука инженера дернулась в сторону набедренного кармана: — Там... капсула...
— Эта? — Агент П-3 извлёк капсулу с «Кураре».
— Это... изделие «Кураре»... — прохрипел инженер. — Знаешь?..
— Первый раз слышу. — Нечаев недоумённо разглядывал полученный предмет.
— При контакте... с носителем ХРАЗа... — Порфирий с трудом поднял ставшие чугунными веки, — «Кураре» отделит сознание Захарова от Агрессивного Массива... Просто разбей капсулу на башке робота... это... изобретение Сеченова... он жив...
— Мы уже в курсе! — успокоил инженера Нечаев. — С ним всё будет хорошо, можешь не сомневаться! Я возьму эту штуку?
— Забирай... — разрешил Порфирий. — Я уже... отвоевался... только учти... перед применением «Кураре» ХРАЗ... должен быть обездвижен... у тебя будет всего несколько секунд... не прошляпь...
— Не уйдёт! — зло заявил Нечаев, взвешивая «Кураре» в руке. — Будь спокоен!
— Я.. спокоен... теперь... — Порфирий устало выдохнул, впервые за долгое время ощущая удовлетворение собственными деяниями, и тихо закончил: — Моё дело сделано... я дошёл.
Глаза инженера закрылись навсегда, и тактильные датчики кибернетической балерины сообщили об остановке сердца израненного человека.
— Он умер, — негромко произнесла Блесна.
— Жаль! — П-3 с досадой поморщился. — Мужик, видать, был что надо! В одиночку с ХРАЗом схватился без всяких имплантов.
Нечаев поднялся и посмотрел на капсулу с «Кураре»:
— Это всё меняет. Теперь мы раздавим этого гада! За дело!
— За дело! — Стальная балерина осторожно уложила голову покойного на пол и лёгким движением встала на ноги. — ХРАЗ наверняка будет отступать с боями через всю «Волну», до центрального пункта управления, это самое крайнее помещение в комплексе.
— Зато оттуда он никуда не денется! — мстительно заявил П-3, пряча «Кураре» в карман.
Загнать ХРАЗа в угол оказалось задачей не из простых даже сейчас, когда деваться ему с самого нижнего подуровня «Волны» было уже некуда. ХРАЗ часто атаковал исподтишка, стремясь нанести удар в спину, и сразу же пытался скрыться, избегая близкого контакта. Дважды Нечаеву удавалось добраться до чёрной балерины и нанести ей серьёзный урон, но всякий раз ХРАЗ бросал в бой роботов и успевал спастись бегством. Ситуация усугублялась тем, что протоколы безопасности запрещали Блесне атаковать саму себя и одна близняшка не могла принимать участие в бою против другой. С одной стороны, это позволяло Блесне сосредоточиться на уничтожении роботов Властелина, с другой — охота на ХРАЗа затягивалась всё сильней.
— Он хочет измотать тебя боем. — Блесна после очередной схватки осматривала Нечаева на предмет скрытых повреждений. — Ты в норме. У тебя очень высокий уровень компенсации полученного урона. Даже выше, чем у меня. Но для регенерации тебе нужны нейрополимерные спецпрепараты. Моё тело оснащено внутренними системами саморемонта. Я восстанавливаюсь быстрее тебя. Но только если системы саморемонта не выведены из строя. А у тебя каждая мышца имеет механизм самовосстановления!
— Дмитрий Сергеевич постарался. — П-3 поднёс к усикам Нейроперчатки капсулу со стимулятором восстановления, и плетёные на манер косичек Блесны усики стремительно поглотили её содержимое. — Жаль, я не прислушался к его словам там, в кабинете «Челомея», когда ХРАЗ запудрил мне мозги. Теперь мне стыдно. Я ведь всегда доверял Сеченову, и всё было хорошо. Даже не знаю, что на меня нашло тогда... Тяжело разбираться в дебрях интриг прожжённых манипуляторов.
— На это и был расчёт ХРАЗа, — возразила Блесна. — Он посеял в тебе зёрна сомнения и взрастил их. Вряд ли ты мог сделать что-либо. Ты ведь доверял ХРАЗу в тот момент и считал его другом Сеченова. Сеченов сам так полагал!
— Угу, — криво усмехнулся Нечаев, перезаряжая оружие. — Я ничего не мог сделать. Особенно — подумать! Надо было просто башкой поварить как следует, вместо того чтобы за пару секунд решить, что ты самый умный и лучше всех знаешь, что и как надо делать! Вон, в электронной симуляции Лебедева, после которой ты нашла меня в Лимбо, у меня хватило мозгов подумать! Там я сделал правильный выбор и выдрал ХРАЗа из перчатки на хрен! Почему я принимаю правильные решения только в симуляции?! Обидно, блин! Аж пироги вспомнились, хорошо, что не помню, какие именно!