Между войной и миром - Владислав WISE

И Семён Игнатьевич покачал головой.

Мол, не помню. Да и что помнить, если ты в стане врага, и не знаешь, что они хотят от тебя. Лучше прикидываться, играть роль Ивана не помнящего родства.

… — Андрей Семёнович. А как и зачем вы приехали в Пекин, вы тоже не помните?..

«Какой Андрей Семёнович? Я же Семён Игнатьевич. Стоп! Раз Гнатюк называет меня Андреем Семеновичем, значит, так надо. Похоже, он из наших, но тоже играет роль».

Отрицательное покачивание головой.

…- Вы что молчите? Говорить разучились?

— Говорить… Нет… Говорить могу…

Не без труда открыл рот Семён Игнатьевич.

— Вот только где я? Кто я? Что со мной?

Гнатюк тут же на китайском начал что-то объяснять стоящему рядом с ним пожилому китайцу с взглядом очень умного человека. Китаец что-то сказал Гнатюку. И тот вновь перешел на русский язык, обращаясь к Семёну Игнатьевичу.

— Вы Андрей Семёнович Кошкин (Семен Игнатьевич при упоминании его фамилии вздрогнул), сотрудник Газпрома, корпорации в Российской Федерации. Приехали в Пекин в служебную командировку. Когда вы гуляли по городу, вам стало плохо. Вы упали и потеряли сознание. Вас пришлось поместить в этот бокс, в надежде, что рано или поздно вы придёте в себя. Без сознания вы пролежали более семи месяцев. Надеюсь, теперь вы вспомнили?

Отрицательное покачивание головой в ответ.

После этого жеста Семёна Игнатьевича Гнатюк и профессор Вэньмин вновь оживлённо заговорили друг с другом на китайском языке. Гнатюк объяснял.

— Ведёт себя пациент странно. Говорит, что ничего не помнит, даже как его зовут.

— Вы уверены, что это Кошкин Андрей Семёнович, а не другой человек, который поменялся с Кошкиным сознанием?

— Не могу сказать. Я никогда не встречался с Андреем Семёновичем Кошкиным.

— Так. С этим будем разбираться. Пригласим к нему кого-то из знавших лично Кошкина Андрея Семёновича. Пока же переведём его из бокса в нормальную жилую комнату, где обеспечим за ним уход. Ефим Петрович, за вами контроль над ним. Попробуйте выяснить у него вот что — если он не Андрей Кошкин, то кто он, и из какого времени.

— Сделаем. Мне самому это интересно.

Гнатюк вновь обратился на русском к Семёну Игнатьевичу.

— Сейчас вас проведут в другое помещение, где вам будет удобнее. Там вас покормят. Вы сможете принять душ. Прошу пройти со мной.

Семён Игнатьевич повиновался, но шёл лишь благодаря тому, что его поддерживали с двух сторон два крепких парня в белых халатах.

— Подберите комплекс по восстановлению его физического состояния, — обратился Вэньмин к профессору Линю.

А Семен Игнатьевич, следуя за Гнатюком, понял главное. Он в безопасности, пока он ничего не помнит.