Виктория Гетто - Исход

– Тоннель?!

– Он самый, камрады. Он самый. Так что думайте.

– Самый простой вариант – дождаться, пока кто-нибудь из воюющих захватит местность, где находится выход из тоннеля. И тогда идти. Тем более, в военной суматохе легче затеряться. Либо помочь любой из сторон сделать это.

– И как ты себе это представляешь?

– Перенести туда с десяток миномётов и устроить артналёт. Ну и пусть ребята потом режут друг друга. Одновременно запустить ДРГ в тылы противнику, чтобы пошумели. А дальше уже их проблемы.

– И кому помогать?

– Тут надо подумать, посмотреть, поспрашивать…

– Поспрашивать? Вот! Самое главное! Шрифт совершенно незнакомый. А язык кто знает? Их наречие? – Старый Крыс был в своём амплуа.

– Взять пленного. Пусть нас учит. В конце концов, не боги горшки обжигают. Тем более, раз там воюют, – ухмыльнулся я.

– Среди нас спецов по этим делам раз-два и обчёлся.

– Не проблема. Сколько надо будет, столько и найду. Тем более что ребята надёжные и проверенные в деле. Крови не боятся. Но воевать им уже обрыдло. И перспектив никаких. Если возьмём их с собой, то без проблем. Сколько народа надо?

Серый облегчённо вздохнул:

– Чем больше, тем лучше. В идеале – нам бы пару-тройку миллионов…

Я с трудом вернул отвисшую челюсть на место:

– Ты что?! Нас же за жабры сразу возьмут! Как такую кучу народа в тайне уволочь неизвестно куда?! Да только первые разговоры пойдут, как на нас сразу выйдут спецы! И поверь, могила нам лучшим выходом покажется!

– Правильно. Так что мечты оставим, а подумаем о реале. Если переведём хотя бы тысячу надёжных людей, то там… – Сергей показал опять на глобус, – нам будет легче.

– Ты говоришь, там золота навалом?

Серый развёл руки в стороны:

– Больше чем достаточно. У них медь вместо него. А золото – бросовый металл.

– А канал сбыта здесь?

Сергей замялся:

– Он разовый был. Я взял сколько мог. И всё. Если появлюсь опять, просто пристукнут. Всем интересно на новый прииск сесть.

– Думаю, эта проблема решаема, – снова подал я голос. – Там, где я работаю… – тоже махнул рукой в стену, – лишних вопросов не задают. Пару-тройку тонн сбагрим без проблем. И будет и чем ребятам заплатить, и закупить необходимое. Но сначала неплохо бы сходить на ту сторону, посмотреть своими глазами.

– Это верно! – дружно поддержали меня все.

Сергей улыбнулся:

– Без проблем. Планируйте выход на завтра. Во второй половине дня.

– Идёт…

Я вернулся в нашу палатку настолько взбудораженный новостью, что мои домашние сразу обратили на это внимание.

– Что случилось? – подлетела первой жена.

Я махнул рукой:

– Кофе мне в этом доме дадут? За ним и расскажу.

Судя по всему, мой вид внушил родным нешуточное опасение, что случилось что-то плохое, поэтому спустя пять минут передо мной дымилась любимая кружка ароматного напитка и даже с лимоном. Сделав глоток, я улыбнулся:

– Чего разволновались? Всё нормально. Даже, можно сказать, отлично! Доча, завтра идёшь со мной на прогулку.

Ирина вскинула удивлённые глаза:

– Куда это?

– Сходим на охоту.

– Возьми лучше мелкого…

Брат был младше её, поэтому дочка позволяла себе так его называть.

– Да нет, Ир, лучше уж ты. По крайней мере, стрелять умеешь, в отличие от него.

– Я тоже в армии служил!

– Да? – ехидно улыбнулся я. – И сколько раз ты стрелял за службу? Три патрона на присягу?

Сын покраснел – крыть было нечем. А его сестра каждый месяц сдавала на службе зачёты по стрельбе. Ирина вздохнула:

– Тащиться с мужиками невесть куда… Пап, лучше я здесь останусь. Скажи, я не смогла…

– Вам сегодня котлеты понравились?

– Да! – Ответ был единодушным.

– Это лось. Вот за ним и пойдём.

Ирина сразу засуетилась:

– А с чем пойдём-то? У меня ничего нет…

– Дадут. Не переживай. Хорошая вещь, поверь.

Сын вскинул на меня задумчивый взгляд. Похоже, он уже догадался, что я предложу его сестре в качестве охотничьего ружья…

Вскоре мы улеглись и спали очень крепко. До самого завтрака. Разбудил нас звук ударов по подвешенной к ветке металлической плашке. А когда по лагерю снова поплыл звон сбора, мы всей семьёй двинулись в столовую. День обещал быть отличным – чистое небо, яркое, не по-северному тёплое солнышко. Я задумчиво отхлёбывал из чашки чай, заедая его бутербродом с холодным жареным мясом и планируя наш поход. Нас идёт, как я понял, все восемь человек плюс моя дочура. Может, больше. А дальше, как говорится, всё зависит от нас. Насколько идём, как будут себя чувствовать все остальные. За себя я не боялся – регулярные на протяжении уже трёх лет «командировки» помогли мне восстановить неплохую физическую форму и навыки. Да и там я не терял времени зря, каждую свободную минуту по возможности тренируясь.

После обеда нас снова собрали в командирской палатке Серого. Он удивлённо взглянул на возвышавшуюся рядом со мной фигуру дочери, одетую в городской камуфляж:

– А…

– Ира работает в полиции. Так что всё в порядке.

Сергей согласно кивнул. Остальные, которых, как я и думал, оказалось восемь человек, промолчали.

– Тогда пошли экипироваться…

Мы зашли на вторую половину, отгороженную занавеской, и я чуть слышно присвистнул, когда Серый откинул деревянный щит, покрывавший пол, и моему взгляду предстала выкопанная в песчаном грунте яма. Он шагнул на лестницу, ведущую вниз, махнул рукой:

– Все за мной.

Дочка со всё возрастающим удивлением взглянула на него, но благоразумно промолчала. Зато не преминула меня подколоть, когда мы спустились вниз метров на шесть и оказались на дне:

– Не знала, что в Карелии лоси под землёй живут.

Я усмехнулся:

– Ты очень многого не знаешь. Но узнаешь. Поверь.

Вспыхнули светодиодные лампочки на потолке, и я с любопытством осмотрелся: вырубленный в граните узкий проход, ведущий куда-то внутрь, по верху тянется гирлянда светильников. Пройдя друг за другом метров пять, мы оказались в довольно большой внутренней камере, на стенах которой висела одежда всех размеров, преимущественно военного образца. Под ней стояли берцы, все одного типа, летние, с мощным голенищем, способным фиксировать голеностоп от вывиха. Возле одной из стен сооружена самодельная пирамида, в которой стояло знакомое, привезённое мной и ещё кем-то из наших оружие.

– Разбираем, – последовала негромкая команда Сергея, и мы все двинулись вооружаться.

Я выбрал себе облюбованный АКМС, а остолбеневшей дочери протянул СВД:

– Держи. Там лоси безрогие, зато на двух ногах.

Подобрал себе подсумок, сунул в него рожки, отошёл в сторону, к цинку с патронами, принялся привычно их снаряжать. Пара минут – и четыре штуки готовы. Два – в стандартный брезентовый подсумок, один – в карман камуфляжа, один – в автомат. Передёрнул затвор, поставил его сразу на предохранитель. Клипсы использовать не стал. Идём на смотрины, шуметь – смерти подобно. Ирина смотрела на меня широко раскрытыми глазами, потом встряхнулась, принялась набивать патронами две запасные обоймы. Щелчок – и дочь удовлетворённо отставила оружие в сторону, стала натягивать выбранные ботинки.