"Фантастика 2026-191". Компиляция. Книги 1-41 - Александр Фрост
– Прелестное создание! – восхитился Ариэль. – Его следует немедленно принять в ваш охотничий клуб. Ведь в бизнесе как раз принято сосать кровь конкурентов!
Привыкший к подколкам своего начальника службы безопасности, Аваланд не отреагировал и продолжил.
– Обескровленная туша остается мелким падальщикам. Тому, который вместе с мясом сожрал и семечко, крупно не повезло – оно завязывается внутри и прорастает сквозь тело. Зверёк подыхает, новое растение сперва питается гниющим мясом, а потом пускает корни в землю. Наблюдая охоту Кровососа, Фарни заметил, что некоторые звери погибают не сразу, а отбежав на несколько десятков метров или даже на километр с лишним. Так новое растение и распространяется…
Но природа мудра, и у каждого излишне резвого вида есть свой враг. У нашего кактуса это маленький скромный жучок, который с удовольствием пожирает его корневую систему. Обнаружила столь коварное насекомое, разумеется, Эдна, и теперь оно по праву будет названо в её честь… Ари, я понимаю, что наука тебе всухую не идёт, зайди в мою каюту, открой бар, налей себе, а заодно и нам. Из тёмно-красной бутылки на третьей полке. Там виньяк, разлитый в день моего возвращения. Тогда я решил открыть его, как только найду записки Фарни и Эдны.
Почти пятидесятилетний напиток оказался более чем достоин повода для дегустации, и обычно безразличный к чудесам науки Ариэль заметно воодушевился.
– Когда мальчик или девочка дорастают отцу до пояса, его подносят к растению и колют иголкой на отростке. Если ребёнок на руках инициированных взрослых, Кровосос воспринимает его как… не могу даже слово подобрать…
– Ручную зверушку двуногого соплеменника?
Две выпитых рюмки явно обострили интеллект потомка альрамеев и майдигов.
– Пожалуй, да… У большинства инициация проходит нормально, и они получают иммунитет к яду кактуса, но и только: никаких других способностей они не приобретают. Но некоторые заболевают, причём своеобразно: их умственное развитие практически прекращается. Мальчишка, которого мы привезли, очевидно, оказался именно из таких. Тогда их заставляют идти к растению без взрослых и уколоться вторично, после чего дети восстанавливают умственное развитие и обретают способность говорить друг с другом без слов. Но одного укола тут недостаточно.
– Нужно ещё пожевать листик, который в меня впихнули туземцы? – уточнил Войко.
– Совершенно верно! Или попить чаёк, что лично мне нравится куда больше. В прошлый раз я взял с собой несколько ростков, однако они начали хиреть и погибли все, кроме одного. Со злости плюнул прямо в последний горшок, и кустик ожил! Ну а шаманы, как видно из записей моих друзей, просто мочатся на их корни.
Обмен мыслями – великий дар, и потому на языке племени Кровосос зовётся Старшим Зелёным Братом, а чайный кустик, который с тех пор носит мою фамилию, – Младшим. Возможно, некоторые получают и другие способности, о которых мы пока не знаем. А ещё племя ест мясо убитых Старшим Братом животных и применяет его иголки как оружие, стреляя ими из духовых трубок.
– И что решили шаманы, когда я получил иголку и выжил?
– Что Старший Зелёный Брат простил уколотого и счёл его достойным прочесть надпись небесных друзей племени, которую те оставили на камне. Думаю, что судьба сохранила вас для больших дел: мы единственные люди вне Радуги, которые могут общаться друг с другом без слов.
– Замечательно! Беру с собой несколько кустов и хожу в гальюн исключительно с их горшками! О! Вы сейчас вспомнили, что они ещё и воздух освежают?
– Капитан Гверо – мои поздравления! – Аваланд глядел на капитана словно на особо редкого зверя Радуги, которого удалось взять живым и теперь можно не торопясь изучать. – Вы явно делаете успехи. Побочный эффект – новое восприятие вкуса чая. В прошлый раз божественный напиток показался вам отвратительным, как и всем, кроме меня. Поглядите на майора Ираклиса – он, разок попробовав, до сих пор кривится!
Воислав посмотрел на человека, настоящее имя которого он теперь знал, услышав мысли его хозяина и честно уведомив его о том. Майорская физиономия казалась кислее недозрелого лимона.
– В рот больше не возьму эту гадость! – подтвердил Ари. – Но по части добычи и передачи информации перспективы у вас фантастические. Понятно, что свою страну ты не предашь, но почему бы не подзаработать, действуя против её врагов, если они одновременно окажутся врагами суара Армана? Которому может понадобиться абсолютно надёжный канал с кем-то из лидеров Народного Союза, нынешних или будущих? И никакой конкуренции в ближайшие полвека!.. Так! Кажется, меня снизу зовут… Вы позволите, босс?
– Эаль, там твой друг пришёл! – Старший артиллерист «Бортича» ткнул в раздвоенное дерево кривым указательным пальцем с толстым серебряным перстнем в виде черепа с зелёными камнями в глазах.
Сбежавший с палубы Ираклис развернулся к гостю. Почти двухметровый скорпион целенаправленно выдвигался к выпивавшим в тени корпуса «Эдны» офицерам, вытянув переднюю пару зазубренных клешней. Старший механик усмехнулся, предвкушая занимательное зрелище.
– Угощайся, брат…
Альрамей не спеша подошёл к пустому железному бочонку и пинком опрокинул на бок. Жирная крысо-гусеница, узрев свободу, кинулась было наутёк, но правая клешня вцепилась ей в бок, ядовитый хвост дёрнулся сверху и… не ударил. Зачем тратить драгоценную отраву, когда добыча уже попалась и не вырвется? В ход пошли малые клешни, и мелкие кусочки заживо пожираемого визжащего зверька отправились в рот.
– Прямо аристократ! – умилился пушкарь. – Смотрел я какой-то фильм про старые времена, так там у князей и бояр перед каждой тарелкой по пять вилок и ножей. И ведь помнили, что чем есть!
– Мой брат – воин благородных кровей! – гордо пояснил Ари. – Отсюда и светские манеры.
Венды переглянулись. Непонятно, шутит альрамей или говорит серьёзно, но ведь они вчера сами видели: столкнувшись с выползшим из речки членистоногим страшилищем, Венизалис, вместо того чтобы пристрелить его, изрёк: «Мир тебе, брат!» – и показал руку с татуировкой в виде эмблемы своей любимой роты. И скорпион не напал, а деликатно взял кинутый ему кусок вяленого мяса и ушёл. А сегодня явился за угощением снова.
– То ли дело те уроды! – После гибели вендских учёных стармех рвался перебить всех аборигенов планеты, но, к его великому сожалению, Аваланд строжайше запрещал и думать о таком. – Мозги и печёнку вырезали!
– И сердце, – дополнил Ираклис. – С их точки зрения, они тем самым оказали убитым особый