Александр Плотников - Коридор

Андрею было странно слышать, как этот проживший жизнь старик, с таким спокойствием рассказывает про многочисленные смерти тех, с кем еще совсем недавно он делил радости и горести жизни и которые в разной степени что-то для него значили.

Теперь, по прошествии стольких лет, от истлевших останков некоторых из них не осталось и следа. Так что единственное, что еще напоминало об их существовании, был этот немногословный рассказ да его яркие воспоминания, в которых они по-прежнему были молоды и полны сильного, неистребимого желания жить.

— К сожалению, мне пора, — вырвал его из воспоминаний Карл. — Нам обоим нужен небольшой перерыв. Сегодня вечером, в семь, я буду ждать тебя в ресторане «Астория». Ты сможешь прийти?

— Да, конечно, — отрешенно ответил Андрей.

— Хорошо, тогда до вечера, — он было уже совсем повернулся, чтобы уйти, но в последний момент еще о чем-то вспомнил. — Да, чуть не забыл. Скажи, сколько я должен за неудобства? — в его руке появилась маленькая книжица в кожаном переплете.

— Что вы имеете в виду? Перемещение во времени без моего согласия?

— И это тоже. Но по большей части меня интересует ущерб за машину и за все прочее, что я здесь натворил.

— А вы про это??? Нет, ничего. Машина мне уже давно надоела, — совершенно искренне произнес он.

После всего услышанного ему и в голову не могла прийти мысль заводить разговор о деньгах, которые как-то незаметно ушли на задний план его жизни.

— А что касается всего остального, то, я думаю, что было бы неплохо, если бы вы разобрались финансово с потерпевшей стороной в той аварии. А то они повадились ко мне ходить, как на работу и…

— Понял. Я разберусь с этим.

— Тогда я вам дам их координаты.

— Не надо, я все и так помню. Ты уверен, что тебе не нужны деньги? — еще раз переспросил Карл, как никто другой знавший истинное положение его финансовых дел.

— Нет, абсолютно.

— Хорошо, мы с тобой об этом еще поговорим. Сейчас я бы хотел тебя кое о чем попросить. Дело в том, — начал он издалека, — что в этом городе живет один человек, который мне очень дорог и который очень помог, когда я был здесь. Уже на протяжении многих лет я оказываю ей финансовую помощь. Ее …

— Ее зовут Арина, она беременна, и ей нужна чья-то поддержка, — закончил за него Андрей.

— Как беременна?

— Ну, вам лучше знать, у вас же двое детей.

— Но-о, — эта новость явно застала его врасплох. — А как она вообще?

— Честно говоря, не в курсе. Хотел, вот, завтра с ней встретиться. Но думаю, все будет в порядке.

Теперь тайм-аут срочно понадобился Карлу. Одна-единственная новость поразила его ничуть не меньше, чем то пламя переживаний, которое он разжег в душе Андрея своим неожиданным появлением.

— Ну, я, пожалуй, пойду.

— Вас проводить?

— Нет, не надо. Я сам.

Уже у самых дверей он еще раз вернулся и положил на стол какой-то предмет.

— Это моя жена просила передать. Она сказала, что это было когда-то подарено и принадлежит именно тебе.

Когда Карл убрал руку, Андрей тут же узнал старинный серебряный крест с выгравированной надписью на тыльной стороне — «Братья немецкого дома».

— Хильда ваша жена?

— Да, мы с ней уже полвека вместе, и она обо всем знает.

— Как знает??? И что она вот так вот во все взяла и поверила?

— Сперва нет. Но после полетов в космос у нее закончились все аргументы.

— А как она сейчас? Она ведь еще жива? — с какой-то «последней» надеждой в голосе спросил Андрей.

— Да, у нее все хорошо. Она даже хотела поехать со мной, но потом передумала.

— Почему?

— Не знаю. Наверное, не хотела, чтобы ты видел ее такой, какой она стала.

Андрей на секунду попытался представить Хильду, которой сейчас должно было быть далеко за семьдесят, но не смог. В его памяти она по-прежнему оставалась такой же молодой и желанной, какой он помнил ее, в уже далеком сорок третьему году. И он даже на миг себе не мог представить, что она, пышущая жизненной энергией, может быть такой, как Карл, доживающей свои последние дни дряхлеющей старушкой.

— Ну, тогда я пошел. До вечера.

— А, хорошо…

Подойдя к окну, Андрей устремил свой взор ввысь, где туманные очертания облаков сливались с лавиной сыплющих с неба осадков. Погода была такой же, как и накануне. Все тот же шквалистый ветер, с легкостью раскачивающий на крышах ощетинившиеся «иглы» антенн. Тот же застилающий все вокруг мокрый снег. Та же непогода и слякоть. Только сейчас в этой промозглой серости что-то изменилось. Появилось какое-то непривычное и беспокойное ощущение этого нового, пока еще незнакомого ему мира, в котором он был лишь маленькой частицей из миллиарда таких же, покорно и беспрекословно уходивших в бездну небытия.

Всех, кроме него, которому было дано еще и ПОЗНАТЬ.

Оберлейтенант — воинское звание в Вермахте, соответствующее званию старшего лейтенанта в Советской Армии.

Штаффель — эскадрилья. 

 Оберст — звание в Люфтваффе, соответствующее званию полковника.

Мессершмидт 109 F — Bf-109 (F2 и F4)— истребители, выпускаемые Германией на начальном этапе второй мировой войны, неплохо себя зарекомендовали на разных театрах боевых действий. Заслуженно считались одними из лучших машин в своем классе. Всего самолетов модификации (F) было построено свыше 2000 ед. 

 ВПП — взлетно—посадочная полоса.

 СИС — английская секретная, разведывательная служба.

 Б-17 (Летающая крепость) — один из самых знаменитых и прославленных стратегических бомбардировщиков ВВС США, прошедший всю войну на разных ТВД. По совокупности характеристик был одним из лучших С.Б. в мире до появления Б-24 и Б-29.

 Веллингтон — бомбардировщик английских ВВС.

 НСДAП — Национал-социалистическая рабочая партия Германии

 Ганз Горбигер — философ, один из теоретиков нацизма, оказавший заметное влияние на формирование философских взглядов Гитлера. Основатель «Ледовой Космогонии» — своеобразного трактата о происхождении и развитии Вселенной. Издатель журнала «Ключ к мировым событиям».

Харикейн — истребитель королевских ВВС Великобритании, принимавший основное участие в «Битве за Англию». К середине второй мировой войны он безнадежно устарел. Всему виной была сложность в пилотировании, неэффективное вооружение, а также слабые на тот момент скоростные характеристики.