Александр Афанасьев - Ответный удар
Капитан решил, что да, надо валить. Он дал очередь в сторону зеленки, встал и пошел в сторону дороги. И даже не упал, хотя голова шла кругом…
— Пять один, здесь Лидер, доложите обстановку. Вы не выполнили приказ и ставите под угрозу свои жизни и технику…
— Лидер, в зеленке активное сопротивление, множественные огневые точки, огонь автоматов и РПГ. Мы нашли площадку, подберем своих и уйдем отсюда…
— Ракета слева! Ракета! — закричал пулеметчик
Возможности для маневра почти не было — но ракета прошла выше.
— Сукины дети…
— Вижу дружественные войска! Ковбои на дороги! Ковбои на дороге!
— Лидер, видим дружественные войска. Идет за ними.
— Сэр, у нас утечка в гидравлике.
— Сделай что-то с этим…
— Площадка!
Под огнем с зеленки — вертолет приземлился справа от дороги, не выключая двигатели. Пулеметчик — открыл огонь из Минигана, хотя на земле это делать было строжайше запрещено.
— Ганнеры, вопрос — кто видит дружественные войска.
— Сэр, они на подходе. Один внутри. Двое внутри…
— Сообщи, когда все будут на борту. Мы должны взлететь…
— Еще один! Еще один!
— Господи…
Автоматные пули — чиркнули по блистеру
— Вот ублюдки…
— Сэр, надо выбираться отсюда. Они нас тут похоронят…
Вместо ответа — командир достал из кобуры на груди автомат МР7 и переключил его на режим огня очередями. Пилоты спасательных вертолетов — недавно получили эти автоматы вместо ранее использовавшихся пистолетов, совсем не годных в современном бою.
— Ганнер слева…
— Сэр, десять человек на борту.
— Ракета на час!
Снова заработал Миниган и автоматы. Ракета пролетела перед самым вертолетом, пилоты видели серый след от сгоревшего пороха перед самым носом. Парой ярдов правее и было бы прямое попадание в кабину…
— Надо взлетать! Надо взлетать, господи!
Первый пилот и так понимал — пристрелялись. Следующая ракета — попадет прямо в них, ракетчики — подошли уже вплотную к обрезу зеленки.
— Взлетаем. Педро пять — два взлетает.
Вертолет трясло, педали ощутимо потяжелели по сравнению с нормальным их ходом — но вертолет оторвался от земли, поднимая тучу пыли и грязи роторами.
Их последний рубеж обороны — они залегли в канаве у дороги, вдвоем. Основная группа — уже уходила к вертолету, каждый нес раненых…
— Черт… Они не отступают…
Боевики — судя по всему, уже заняли их линию обороны, их форт Аламо. Остается надеяться только на то, что все это было не зря.
— Давай…
Вместо ответа ЦРУшник — он был как заговоренный — потянул на себя пулемет,
— Давай, иди первым. Ты хреново выглядишь. Я прикрою.
— Вообще, это я должен тебя спасать.
— Черт возьми, иди!
Спасатель отпустил пулемет. Затем — выдернул из-за пояса два магазина от АК — все что у него осталось после прорыва.
— Тридцать секунд. Потом иди.
— Давай!
ЦРУшник — открыл огонь, капитан — побежал к вертолету. Огонь из зеленки вели, но он ослаб — все таки, они здорово проредили их ряды. Уцелевшие — не высовывались…
Лоадмастер, он же пулеметчик — руководил погрузкой. Когда подбежал капитан, он схватил его, проорал в самое ухо.
— Мы перегружены! Надо взлетать!
— Что?
— Надо взлетать!
— Ракета на час!
— Там еще один!
— Что?!
— Черт возьми, ракетчик.
Оглохший лоадмастер решил, что с него достаточно — он запихнул капитана в вертолет и забрался сам как раз тогда, когда он начал подниматься в воздух. В десантном отсеке — раненые были побросаны на пол, все держались, за что удавалось держаться. Никто ни о чем не думал, кроме того как выбраться нахрен отсюда…
Он посмотрел в раскрытый люк, увидел, как обернулся этот самый ЦРУшник, как он побежал к вертолету и на ходу со всего размаха упал. Вспомнил, что у него есть — автомат, три, кажется, магазина к нему, пистолет и к нему что-то есть. И, оттолкнув руку лоадмастера, он бросил себя вперед и выпал из вертолета.
— Один на земле!
— Что?!
— Один на земле! Сэр, мы не всех подобрали!
— Пятьдесят второй, что там у вас…
— Сэр, один ковбой на земле, он ранен! Ранен и под обстрелом!
Никто не заметил, как командир группы — проверил свой автомат. Поняли только тогда, когда он вывалился из с трудом набирающего высоту вертолета с высоты в семнадцать футов…
— Два на земле!
— Черт, он пошел за ним! Капитан пошел за ним!
— Какого х…?! Какого, б…, х…?!
— Кэп пошел за гражданским! Он спрыгнул!
— Сукин сын!
— Огонь на подавление! Прикрываем его!
— Чертов сукин сын! Он что, совсем придурок?!
— Прикрываем его! Огонь по зеленке!
— Посадочная зона справа! Справа!
— РПГ на три!
Еще одна ракета.
— Они идут! Идут!
— Корзина повреждена, сэр!
Первый пилот — был перфекционистом в своем деле. И просто не хотел — улетать, оставив двоих своих, это было бы поражением. И потому — он направил вертолет на посадку…
Все было как в гребаном учении. Или в кино — Черный ястреб сбит — два, мать его так. Только он был не Шугарт и не Гордон. А всего лишь ублюдок, пытающийся удержаться в седле.
Ударился о землю он — он, и шестьдесят фунтов снаряжения — так, что сначала он подумал, будто сломал что-то. Но размышлять над тем, так это или нет — времени не было — он побежал через поле к изрешеченному в хлам багдадскому такси, неизвестно как тут оказавшемуся — потому что это было единственное укрытие на дороге. Тот ублюдок из ЦРУ — был жив и пытался ползти, по нему никто не стрелял — огонь вели по вертолету, в шесть или семь стволов.
На ходу, он вскинул свой автомат, поймал на красную точку мелькающие вспышки — били из АК-47 — дал длинную очередь. Вспышки погасли. Перенес огонь на второго, израсходовав весь магазин — это на учениях стреляют одиночными и двойками, а тут по невидимому в зеленке противнику надо выпустить полмагазина, чтобы забыть о нем хоть на время. Сменил магазин — после чего, вертолет зашел другим бортом и врезал по зеленке из Минигана, на котором еще был боезапас. Пока муслики перегруппировывались и собирали силы — он вскочил и большими скачками понесся к лежавшему в поле раненому.