Георгий Савицкий - Гнев Новороссии

– Будет сделано.

– Давайте следующего, – старший лейтенант Новиков отворачивается от операционного стола и меняет перчатки.

Очередной пострадавший был еще тяжелее предыдущего. Операционные медсестры ограничили стерильными простынями и обработали хирургическое поле, подключили пациента к комбинированному модулю обеспечения жизнедеятельности, сменили флакон с физиологическим раствором в «капельнице».

– Каков предварительный диагноз?

– Сочетанное торакоабдоминальное осколочное ранение.

Старший лейтенант Новиков прикинул шансы:

– Эй, я тут один не справлюсь, капитан Асмолов – Федя, поможешь?

– Конечно, Змей, тут работы просто до хрена!

Сложнейшая и ювелирная работа в четыре руки отнимала все силы: физические, интеллектуальные, нервные. И не факт, что прооперированный пациент выживет – слишком уж призрачная надежда. Но русские хирурги и их донецкие коллеги боролись даже за эту призрачную надежду.

Утро встретило военврачей гарью, серыми клубами дыма. Мост через Кальмиус, связывающий районы Донецка, был разрушен. Развороченные «высотки» почернели от копоти. Машины «Скорой помощи» и обычные микроавтобусы развозили убитых и раненых по больницам. Городской морг в той самой ОЦКБ имени Калинина был переполнен.

Зверство украинских военных потрясло всех. Даже расстрел «КамАЗа», перевозившего раненых после боя 26 мая 2014 в аэропорту Донецка, не шел ни в какое сравнение.

Тогда идущий под флагом медицинской помощи грузовик был расстрелян из ручного гранатомета. Тех, кто выжил, добили из автоматов боевики «Правого сектора». Никто из находившихся в «КамАЗе» не выжил. В расстрелянном «КамАЗе» погибло тридцать пять раненых ополченцев ДНР[12].

Срочно прибывшие из Мариуполя спасатели МЧС России со спецтехникой помогали донецким пожарным вытаскивать из-под завалов чудом уцелевших.

Чуть поодаль, за оцеплением, над неразорвавшейся бомбой «колдовали» взрывотехники МЧС.

Константин Новиков широко зевнул. Пальцы были словно деревянные, в глаза будто битого стекла насыпали, спину ломило. Хирургическая одноразовая роба забрызгана кровью.

Рядом стоял командир Добровольческого медотряда.

– У вас так что – постоянно?

– Почти. Но такое – впервые.

– Пиздец…

– Не то слово…

Для русских военврачей зарезервировали номера в элитном отеле «Донбасс-Палас». Но измученные бессонной ночью офицеры медицинской службы вряд ли смогли по достоинству оценить роскошное убранство отеля и топ-модельную внешность девушек у стойки администратора.

Константин Новиков принял душ и уснул, даже еще не коснувшись щекой атласной подушки из мягчайшего пуха.

Выспавшись и плотно подкрепившись в ресторане, русские военврачи отправились в ИНВХ. Сегодня, ближе к вечеру, они отправлялись на передовую – в Славянск.

Предстоял выезд на передовую, и старший лейтенант Новиков озаботился проверкой личного оружия. Автоматический пистолет Стечкина был разобран и тщательно вычищен. Теперь настала очередь заняться пистолетом-пулеметом «Кедр». Оружие это было не менее эффективным, чем АПС, а по огневой мощи даже превосходило знаменитый автоматический пистолет.

Старший лейтенант Новиков аккуратно разобрал и разложил детали пистолета-пулемета на чистом куске камуфлированной ткани. Почистил и смазал оружие. Разборка-сборка занимала немного времени, сам пистолет-пулемет был сработан максимально просто и надежно. Ударно-спусковой механизм был выполнен единым модулем, да и вообще деталей было совсем немного: затвор, возвратный механизм, предохранитель-переводчик огня и крышка ствольной коробки. Сам ствол крепился жестко к ствольной коробке.

Оттянув затвор на левой стороне, Константин Новиков проверил отсутствие патрона в патроннике. Потом выполнил холостой спуск, вставил двадцатизарядный магазин и щелкнул предохранителем.

Штатно пистолет-пулемет «Кедр» комплектуется глушителем звука выстрела и лазерным целеуказателем. Но Костя предпочел установить маленький, но мощный тактический фонарь.

Повозившись, он зацепил ремень пистолета-пулемета за заднюю антабку и надел его через плечо. В таком положении «Кедр» не стеснял движений и всегда был готов к бою.

Единственное, что не нравилось старшему лейтенанту Новикову, – это длинные прямые магазины на тридцать патронов. Они хоть и помещались в стандартные карманы «разгрузки», рассчитанные на «рожки» к автомату Калашникова, но постоянно норовили оттуда выпасть. А сматывать их по два, как делали с теми же магазинами к «калашу», было неудобно. За эти самые прямые магазины Костя обозвал свое оружие «Шмайссером». Но шутки – шутками, а надо было как-то выкручиваться. Сердобольная Ирочка перешила Косте карманы разгрузочной системы, и теперь стало более удобно. К тому же старший лейтенант приспособил на правое бедро патронташ из кордуры защитного цвета еще на три прямых подсумка. Стало совсем хорошо.

Остальные офицеры и медперсонал занимались тем же – проверяли личное оружие и подгоняли снаряжение.

Русский медбат разместился неподалеку от Центральной городской больницы Славянска имени Ленина. Городок были небольшим, укрытым зеленью – это облегчило маскировку палаток, медицинских модулей и бронированных грузовиков «Тайфун-У».

Славянск, несмотря на артобстрелы и атаки украинской армии и боевиков «Правого сектора», имел мужество жить почти обычной жизнью. Даже автобусы и троллейбусы ходили по своим маршрутам. Работали магазины, правда, не все. Прохожих на улицах немного, но ведут люди себя совершенно спокойно. Раньше, до эвакуации, и вовсе гуляли с детьми.

Городской совет Славянска, бывшее управление Службы безопасности Украины, городская милиция превращены в настоящие крепости. Баррикады из бетонных блоков и арок, мешков с песком и автомобильных покрышек, перевитых колючей проволокой, окружали властные здания и перегораживали близлежащие улицы. Сейчас почти каждый дом был превращен в крепость, каждый квартал стал укрепрайоном.

Приготовив «Кедр» к бою, Константин Новиков проверил, удобно ли размещено снаряжение в карманах и подсумках разгрузочной системы бронежилета. Пора было идти на задание.

За окном ощутимо бабахнуло, но старший лейтенант медицинской службы только чертыхнулся вполголоса. Русский медперсонал и местные жители уже привыкли к ежедневным артобстрелам. Для Славянска это было уже вполне рядовое событие. После того как над горой Карачун сбили «Ми-8» с «обер-палачом» – генерал-майором Нацгвардии Украины Сергеем Кульчицким, украинские военные стали садить из тяжелых 120-миллиметровых минометов почем зря.