Звезданутый Технарь. Том 3 - Гизум Герко

— Мое «корыто» только что спасло нам шкуры от имперских пушек, — проворчал я, с любовью погладив облезлую панель управления.

Я нажал на кнопку общей диагностики, и на экране поползли длинные списки повреждений, которые выглядели как меню в очень дорогом ресторане, где за каждое блюдо нужно платить годами жизни. Реактор требовал профилактики, маневровые дюзы оказались забиты гарью, а в третьем секторе обшивки обнаружилась микротрещина, которую стоило заделать до того, как из нас высосет весь воздух. Но главное — мы освободились. Никаких адмиралов, никаких майоров с их уставами и, что самое приятное, никакой острой лапши на обед в имперской столовой.

— Куда мы попали, Мири? — я откинулся на спинку кресла, чувствуя, как адреналин медленно выветривается из крови, оставляя после себя дикую усталость.

— Сектор «Тихий омут», Роджер. Мы в самом центре ничего, — искин вывела карту. — До ближайшей звезды, где мы сможем подзарядиться, три дня пути на маршевых двигателях. И я настоятельно рекомендую ими воспользоваться, потому что варп-ядро сейчас напоминает кусок расплавленного сыра.

— Три дня тишины и покоя? — я закрыл глаза и впервые за долгое время искренне улыбнулся. — Звучит как лучший отпуск в моей жизни.

— Не обольщайся, Капитан Изолента, — фыркнула Мири. — У нас заканчивается кофе, а фильтры очистки воды начали издавать звуки, подозрительно похожие на предсмертные хрипы. Так что хватай свой гаечный ключ и иди работать. Приключения только начинаются.

Я вздохнул, понимая, что она права. В космосе никогда не бывает просто.

— Кира? — я обернулся к углу рубки.

Она сидела неподвижно, прислонившись затылком к холодному металлу переборки, и ее фиолетовые глаза медленно возвращали себе привычную глубину после вспышки перехода. Ключ на ее запястье больше не пульсировал яростным светом, а лишь тихо мерцал, словно уголек в затухающем костре, напоминая о том, какую мощь мы только что обуздали. Девушка медленно выдохнула, и я увидел, как ее плечи, напряженные до предела, наконец-то опустились, возвращая ей облик простого человека, а не живого детонатора древних технологий.

— Я в порядке, Роджер, — тихо отозвалась она, и ее голос прозвучал удивительно спокойно. — Корабль… он кричал, но теперь затих.

Я устало откинулся в кресле, чувствуя, как пот заливает глаза, и стер его грязным рукавом комбинезона, оставив на лице очередную полосу мазута. Наше положение было, мягко говоря, сомнительным, мы дрейфовали в пустоте между системами, где до ближайшей обитаемой планеты оставалось не менее трех прыжков и бесконечность проблем. «Странник» выглядел как жертва нападения стада взбесившихся рельсотронов, но он летел, и это звучало как главное достижение текущего дня.

— Мири, проверь системы, — скомандовал я, пытаясь привести мысли в порядок. — Мне нужно знать, сколько у нас осталось ресурсов, прежде чем мы окончательно превратимся в не очень дорогой космический мусор.

— Энергопакеты на сорока процентах, варп-двигатель ты еще не починил, а система жизнеобеспечения намекает, что ей не нравится твой рацион. Но у меня для тебя есть сюрприз похуже несвежей лапши.

— Опять? — я застонал.

— У тебя входящий вызов по открытому имперскому каналу, Роджер. И, судя по сигнатуре, это не приглашение на чай.

Экран навигационной консоли внезапно ожил, прорезая полумрак рубки холодным, стерильным светом, от которого у меня сразу заныли зубы. На мониторе появилось лицо майора Эльзы Штерн, и, боги космоса, она выглядела так, будто только что лично проглотила лимон размером с небольшую луну. Она находилась в рубке связи какого-то имперского линкора, судя по безупречным серым стенам и рядам офицеров на заднем плане, которые старались даже не дышать в сторону своей начальницы. Штерн не кричала, не топала ногами и не брызгала слюной — ее ярость оставалась тихой, концентрированной и опасной, как утечка радиации в спасательной капсуле.

— Форк, — произнесла она так тихо, что я невольно подался вперед, чтобы расслышать.

— Майор! Как поживают хомяки? — я попытался изобразить свою фирменную ухмылку, но получилось, скорее всего, жалкое подобие гримасы боли.

— Ты, дефективный элемент, лейтенант, — ее голос прозвучал, словно хруст льда под тяжелым вездеходом. — Ты нарушил тринадцать статей военного кодекса, совершил саботаж, похитил оборудование Империи и… ты запер меня в капсуле с детскими мультфильмами.

Я невольно хмыкнул, вспомнив, как лихо мы упаковали эту ледяную леди, но ее взгляд быстро заставил меня стереть улыбку с лица. Эльза не шутила, она методично заносила каждое мое слово в свой внутренний список грехов, за которые мне придется отвечать перед всем трибуналом галактики разом. В ее глазах не осталось и капли того страха, который я видел в шлюзе — теперь она находилась на своей территории, окруженная тысячами стволов имперских пушек.

— Это была вынужденная мера самообороны, Майор, — я пожал плечами, стараясь выглядеть непринужденно. — Вы слишком серьезно относитесь к правилам.

— Я найду способ вернуться на твой борт, Форк, — Эльза прищурилась, и я почувствовал, как по спине пробежал холодок. — И тогда ты съешь свою изоленту. Весь рулон. Без соли и перца. Лично прослежу.

— Звучит как свидание, — парировал я, но в глубине души понял, она не отстанет.

— Это обещание, — отрезала она. — Имперские служащие не прощают таких унижений. Наслаждайся своей свободой, пока можешь, мусорщик. Твое время наступит скоро.

Экран мигнул и погас, оставив нас в темноте, разбавляемой лишь тусклым светом аварийных индикаторов и тихим ворчанием систем. Я несколько секунд смотрел на погасший монитор, переваривая услышанное, и понимал, что теперь за нами будет охотиться не просто какой-то абстрактный флот, а лично обиженная женщина с неограниченными ресурсами. Эльза Штерн, только что показало то, чего оказались лишены и Король Пыли и все древние вирусы, вместе взятые — бюрократическая целеустремленность и идеальная память на обиды.

— Ну, по крайней мере, она не сказала, что я плохо вожу, — пробормотал я, пытаясь подбодрить самого себя.

— Она сказала, что ты дефективный, Роджер. Не думаю, что это высшая похвала в ее лексиконе.

Мири сложила руки на груди, и ее голограмма стала чуть прозрачнее. Я понимал, что нам нужно срочно где-то приземлиться, подлатать «Странника» и, желательно, сменить навигационные коды, пока нас не вычислили по горячим следам. Но в этом секторе не осталось ничего, кроме пустоты и редких астероидов, которые могли послужить нам только в качестве надгробия.

В этот момент мой личный планшет, валявшийся на полу среди кучи хлама, издал резкий, требовательный писк, заставив меня вздрогнуть. Пришел сигнал по защищенному каналу, который знал только один человек в этой чертовой вселенной — старый пройдоха, который всегда появлялся вовремя.

— Входящий пакет данных, — Мири