Фантастика 2026-213 - Борисова Светлана
Криожон мало чем отличался от других городов Зеленой Земли. Бывший когда-то, задолго до Войн Смерти, замком, удачно расположенным на перекрестке путей на север, юг и восток, он после своего возведения разрастался и разрастался, став городом еще до прихода Некроса. Здешние правители предпочли жизнь смерти, а дань — сражению до последней капли крови. Денег у них уже тогда было достаточно, и довольно долго договор с владыками Бессмертных Легионов позволял городу жить так же, как и раньше, отдавая некромантам лишь часть своих мертвецов и золота.
Агата, проходя под сводом широких ворот, заметила натертую до блеска табличку, обличавшую Пия Криожона, «открывшего эти двери смерти». Наверное, при виде этой надписи надо было призвать на голову этого сама Пия какое-нибудь проклятие позаковыристее, но Клинок не видела в этом никакого смысла. Она всегда была с дефектом, пожалуй… Но даже «Книга Света» гласила: люди слабы. Не все могут служить так хорошо, как должны. А еще Агата читала хроники Войн Смерти и знала, что когда Легионы добрались сюда, то правители окрестных земель, тогда еще не объединенные в Союз, не слишком-то рвались проливать свою кровь за чужие владения. А сами горожане… Возможно, они должны были сопротивляться. До последней капли крови, до последнего, способного держать оружие. Как сделали жители Дауфа, например. Вот только после того, как армия немертвых, которым не нужно было есть, пить, спать или страдать от дизентерии, взяла город после длительной осады, их вырезали подчистую, а сам Дауф сровняли с землей. Теперь там лишь руины да бандитские гнезда, одно из которых Клинок разоряла вместе с Гюставом, когда и узнала эту историю. Были ли героями жители Дауфа? Определенно. Но и обвинять криожонцов в том, что их предки и правители хотели жить, тоже не имело смысла.
Криожон пережил вторжение Некроса, пережил Войны Освобождения и остался стоять как и прежде. Не самый крупный город Зеленых Земель, но и не самый мелкий. Одни предместья, густо застроенные фермами, лепившимися к внешним каменным стенам, уже говорили о том, что дела тут идут неплохо. Внутри стен, правда, сказывался недостаток места и избыток желающих попытать удачу там, где живет множество людей с самыми разными нуждами. За воротами начиналась довольно узкая, всего в две телеги, улица, облепленная с обеих сторон узкими домишками, второй и третий этаж которых нависал над первым. Нелепая конструкция. То тут, то там от относительно «центральной» улицы отходили рукава-проулки, какие-то шириной в телегу, а какие-то настолько узкие, что и человек едва мог по ним пройти.
— Это, госпожа маг, — подал голос Оглаф, когда они добрались до первого перекрестка, — я обычно у Мики останавливаюсь, если задерживаюсь тут, но не знаю, примет ли он сейчас такую ораву…
— Франц нас устроит, — беспечно отозвалась целительница, — веди.
Стражник торопливо кивнул и направился налево. Оглаф пожал плечами и потянул вожжи.
Оттуда-то спереди донеслось:
— Сладкие крендели! Сладкие крендели!
— Рынок там, — бросил Оглаф, — вечеря, конечно, но так-то мы таким табором и не пройдем…
— Нам не на рынок, — отозвался Франц, — свернем.
— Как знаете, господа, как знаете.
Агату только радовало отсутствие необходимости прямо сейчас искать место для ночлега. Все же очень хотелось вытянуться во весь рост, ну или хотя бы слезть со Спокойной, на которую магесса, как не упрашивала ее Клинок, забираться не собиралась. Даниэль слегка покачивался в седле, пусть и не спал. Жан, бодрствующий еще с остановки у реки, на удивление, помалкивал. Возможно, просто исчерпал список вопросов, которыми забрасывал всех, кого мог, с самого пробуждения. Доминика проснулась только на привале, поесть, и то стараниями целительницы, а Валентин полусидел, прикрыв глаза. Так он провел всю поездку и, определенно, не страдал от излишней бодрости. Готье и вовсе старался ни на кого не смотреть и ничего не говорить.
Напади на них хоть кто-нибудь прямо сейчас, и Агате пришлось бы попотеть. Конечно, в первую очередь ее долг — защищать Владелицу, но что-то подсказывало, что ранения и смерть кого-то из этих людей вовсе не обрадуют Лиану. Значит, по мере сил нужно защищать и их. Так что лучше всего было как можно скорее оказаться под крышей, подальше от тех, кто властвует на ночных улицах.
Франц вел их одним ему знакомым маршрутом, но вел уверенно. Нагромождения домов из района у внешней стены сменилось относительным, для такого места, простором у стены внутренней. Если, конечно, назвать простором то, что тут, близь стен старой, первой возведенной у поворота реки крепости, дома не теснились друг к другу, а их владельцы даже имели с десяток, или чуть больше, саженей земли, за которой ухаживали в меру своего разумения. Здесь, в отличие от других районов, подкрадывающуюся ночную темноту разгоняли неяркие алхимические светильники, чей свет рождал странные длинные тени.
Молодой стражник привел их к проржавевшей ограде. Небольшой сад за ней пожух и зарос, а дом казался и вовсе необитаемым, но Франца это не смутило. Он подошел и ударил молотком по небольшому диску около калитки.
— Сейчас старина Цит появится, но придется подождать. Прибыли.
Оглаф прокашлялся.
— Простите, господин, но вы правда думаете, что нас здесь ждут?
— Не ждут, — легко признал Франц, — но пустят. Винсент, владелец особняка, последний из рода и болен с самого детства. Дом почти пуст, здесь живет только моя сестра и старый слуга. Места хватит всем, продукты тоже найдутся, коней привяжем вон под навес, телегу можно поставить туда же…
— Кого это Тьма принесла? — на крыльцо дома вышел едва видный в слабом свете алхимического светильника всклокоченный старик. — Убирайтесь!
— Не ругайся, Цит, это я, — подал голос Франц. — Пустишь на день моих друзей? Ручаюсь словом.
Старик с неожиданной прытью похромал к калитке.
— Прости. Ты хороший парень, и я бы пошел навстречу, но господину нездоровится. Он плох, и в такое время…
— Госпожа фон Тир сможет ему помочь! — горячо воскликнул молодой стражник. — Она — маг-целитель, и…
— Мальчик… Ты ведь прекрасно знаешь, почему господин не обращается к ним.
— Особые обстоятельства, да. Я знаю, — вмешалась Лиана, — и я готова помочь. В обмен на кров и еду для моих спутников.
— Вы… действительно готовы?
— Да. Слово мага.
На лице старика появилось неверие