"Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Борисова Светлана
— Агата! Агата, отзови энергию! — рявкнул Валентин. — Сейчас же!
В первый момент Клинок не поняла зачем — у них же все получилось… Но потом почувствовала: ее, их, тьма жжет не хуже света. Она так же враждебна живому.
— Отзови, просто забери ее, — попросил маг, принявшись читать какое-то длинное заклинание.
Агата честно попробовала, но получилось так себе и со второго, из третьего раза… Тьма, только что послушная ее воле, не хотела уходить. Зачем, ведь нужно было идти вперед…
Валентин наконец завершил заклинание и потянул комок тьмы прочь. Первым желанием Клинка было сопротивляться этому движению, но она попыталась повторить действия мага, вторить ему. Тьма нехотя, но поддалась, уходя из тела, возвращаясь в ладонь… Но исчезать полностью не спешила.
— Так, убери руку, — Валентин попытался поймать ее взгляд, — убери руку, Агата. Доми — ты тоже. Рассеивай, как я учил. Агата…
Клинок отодвинулась, пуская ближе Томаса. Отпустила второй рукой уже обмякшую Ванессу и медленно поднялась, удерживая на ладони сгусток клубящейся тьмы. Валентин что-то говорил, но она его не слышала. Да пока и не хотела слышать — тьма притягивала, клубилась и двигалась…
Агата оглянулась, на мгновение ощутив непреодолимое желание узнать, что будет, если отдать этот сгусток кому-то… Чистая энергия смерти… Смерти ли?
— Агата! — Валентин как-то оказался напротив. — Отпусти энергию. Просто развей ее. Знаю, что это может быть больно…
— Больно? — Клинок удивленно посмотрела на мага.
— Твоя ладонь, она…
Агата повела рукой.
— Да все в порядке. Тьма ведь красивая. И полезная. Зачем отпускать просто так?
Маг побледнел.
— Некроэнергии не место в нашем мире. Особенно в городе. Развей ее.
Агата всмотрелась в живую, двигающуюся черноту. Просто… Просто отпустить? Это ведь как… Пролить кровь.
Неожиданно к ней подошел Серый и гавкнул, вильнув хвостом. Валентин посмотрел на Агату, на пса… Серый вновь гавкнул.
— Гретта, уверена?
Пес… кивнул.
— Агата, если хочешь, можешь отдать энергию ему. Только не спеши, понемногу, хорошо? — в голосе мага чувствовалась напряжение.
— Почему Гретта? — Доминика подошла ближе. — Это же Серый, он…
— Он не один, — Агата вгляделась в видное сейчас переплетение черного и зеленого, — там дух, так?
— Давай без подробностей, — с раздражением отозвался Валентин. — Или отдавай, или я сам развею. Экран с трудом чистую некроэнергию держит, он же временный.
Агата кивнула. Опустилась на колени перед псом и без слов и жестов — она никаких и не знала — попросила свою тьму подпитать тьму внутри него. Постепенно, осторожно, так, чтобы не уничтожить зелень… Чернота внутри пса потянулась навстречу, словно бы подхватывая передачу энергии — и собравшееся на руке Агаты медленно потекло в нужном направлении. Пес терпеливо ждал, словно не происходило ничего интересного.
Когда последняя крупица темноты на руке исчезла, Агата ощутила себя даже хуже, чем после недавнего сражения. Еще и кровь из носа пошла.
Серый вильнул хвостом и, обернувшись к Валентину, гавкнул.
— Да вижу я, вижу, не слепой… Господа, мы пока отлучимся. Я приду вниз позже. Идем, — маг ухватил Агату за руку, — с непривычки ты тратишь на такие развлечения много сил. Доми…
— Я помогу Мино, можно?
— Можно, — согласился маг.
Агата оглянулась. Ванесса лежала бледная, неподвижная, но, кажется дышала. Хотя, может быть, грудь ее вздымалась из-за ладоней Андреаса, от которых шел слабый, но видимый в реальности зеленоватый свет…
Так или иначе — они едва ли тут помогут. Она так точно.
До своей комнаты Агата добралась. Выпила предложенное Валентином снадобье и, забравшись на кровать, завернулась в одеяло и провалилась в сон.
Проснулась она уже после рассвета и не сразу поняла, что ее разбудило. Долго лежала, пытаясь сообразить, что не так, но потом все же осознала, что в воздухе витал запах гари. Слабый-слабый, тревоживший разум только из-за измененных чувств… Но существовавший. Еще и за окном словно бы занимался рассвет. Она что, столько проспала?..
Агата встряхнулась и выглянула в коридор.
Ничего. Да и запах не усиливался. Посмотрела с балкона — в зале почти никого, только знакомый блондин за дальним столиком… и рядом с Даниэлем Валентин, кажется. И Доминика. Они могли что-то знать и о дыме, и о том, что с Ванессой, так что Клинок спустилась, вновь удивившись пустоте зала.
— Доброе утро! — первым поприветствовал ее сын рыцаря. — Хочешь сыграть? — он потряс мешочком с игральными костями. — Не на деньги, на интерес.
— А потом предложит на деньги, — хмыкнул Валентин. — Не слушай его. На кухне есть еда.
— Я принесу! — вызывалась Доминика и умчалась.
Валентин придирчиво осмотрел ее.
— Как себя чувствуешь?
— Хорошо, — Агата пожала плечами, рассматривая кости. Оглянулась, не нашла никого из посетителей рядом, и спросила: — Как все закончилось?
Валентин вздохнул.
— Пока сложно сказать. Ее стабилизировали, дыхание и сердцебиение есть, но пока непонятно, что удастся восстановить, а что, увы, нет. Тела измененных, конечно, регенерируют лучше, но тут чистые энергии… С тобой помогло ты знаешь что, с Натальей Лиана работала, а что у Томаса с учеником получится… Не знаю.
— Давайте верить в лучшее! — улыбнулся Даниэль. — Я, когда увидел тебя, Агата, в Триополе, думал что все, закончилось наше знакомство. А теперь по тебе и не скажешь!
— Сама тактичность, — фыркнул маг.
— В общем — надо ждать, — подвела итог Агата. — А что горит?
— Горит?
— Запах гари. В воздухе.
Даниэль пожал плечами.
— Наталья тоже его чувствовала с утра, — негромко заметил Валентин, — ушла узнать, в чем дело.
— Вчера приняли «Эдикт о вере», — негромко проговорила подошедшая совершенно незаметно Анна. — Боюсь, наше пребывание здесь скоро закончится навсегда.
— Что за эдикт? — уточнил Валентин.
— Ле Фреди пробовал протащить его и раньше, но для этого нужно было абсолютное большинство в городском совете, а всем связанным с торговлей его предложение было не выгодно. Но в этот раз он это большинство получил, и эдикт приняли на первом же собрании. Теперь в городе могут жить или фроантийцы, или те иноземцы, которые посетят храм Света и примут «истинную веру». Остальные — прочь. Как и, разумеется, все алтари и прочие культовые вещи.
Агата поморщилась. Словно