Фантастика 2026-189 - Алекс Бредвик
Так что то обстоятельство, что вроде как до гроба верные мне девочки, чуть только возникла нештатная ситуация, можно сказать форс-мажор, и я оказался офлайн, не имея возможности подкорректировать установки, ну а они взяли и спетляли — это ни что иное как мой недосмотр и ошибка… программирования, что ли, а никак не их предательство или ненадежность. Точнее тут сам механизм подчинения не надежен, поэтому на будущее, конечно следует доработать алгоритм, но всё же не стоит возлагать на него чрезмерные надежды и всё-таки быть готовым к периодическим сбоям, разумеется способствующим выявлению уязвимостей и их устранению впредь, пусть и чреватым малоприятными неожиданностями. Мда.
Но как бы то ни было, я всё равно уже более не смогу позиционировать, подчиненных таким вот образом людей, по старому и без оглядки доверять им. А может… может даже, со временем конечно, но отдалюсь и дам девочкам свободу. Но не сейчас. Рано.
Так, а вон и Лузин явилась. С противоположной стороны площади приближалась Крольц, к слову, с таким же орденом, как и у Торпс.
Вольской тогда навесили «Дружбу народов» сразу 3-й степени, в виде такой себе рубиновой розочки, оплетенной изумрудными шипастыми ветвями, на золотой основе, и который носят на нашейной ленте. Торпс и Крольц получили по «Незабудке» 4-й степени, которая и по статуту пониже будет, и степень самая младшая, поэтому и её орденский знак в виде собственно незабудки из соответствующего цвета каких-то драгоценных камней на серебряной основе носят в петлице, как и мою медаль, тоже серебряную к слову, в виде дубового листочка размером, как треть одноименной медали из моего мира.
Тут вообще награды совсем малюсенькие, а последующие степени не предполагают ношения предыдущих, при том, что на шею можно нацепить лишь самый старший орден, пусть и сразу на нескольких вычурно сплетенных орденских лентах. Медали же, будь они не ладны, до получения первого ордена награжденный обязан носить на любой не полевой форме не в виде ленточек, как я — смутьян такой, а в натуральном виде. Но бесит меня эта распроклятая висюлька, блин. Особенно после моей такой же еще с Земли за… не важно короче, и этот вот здешний индикатор проныры и приспособленца, разумеется таковым ом однозначно будет воспринят окружающими на фоне наград прочих участниц рейда, уж такое чувство юмора оказалось у наградившего, так вот, эта хрень меня не то чтобы доводит до бешенства, но негодование вызывает ощутимое. Но вообще не носить эту хрень я не могу. Преступление. Давать законный повод, тем же Серым обрести на меня рычаг давления, или вступать в войну со всей империей — я пока не желаю.
Так что поиносим. Пока.
Хотя сам не пойму, чего так заморачиваюсь насчет этих побрякушек, являясь по сути тем, кто миры, блин, способен порабощать! Пусть и не горю желанием и навряд ли когда-либо стану… эм, в обозримом будущем, пожалуй. Всё же: уметь, желать, делать и быть вынужденным сделать — разные вещи.
Так, а вон и Ровская вышла к народу. ИО ПА, как ни как, речугу небось сейчас начнет задвигать.
Лирон, к слову, после практики сияет двумя новыми наградами. Помимо «Незабудки» 3-й степени, то есть уже золотой и на шее, 2-я степень делается из платины, 1-я — еще и с брюликами, так вот, помимо упомянутого ордена за рейд, не известно за какие заслуги на эфесе меча у Ровской появилась еще и «Хризантема» 4-степени — довольно почетный орден, исключительно боевой.
О, увидела меня! А чего так бледнеть? Я ж не страшный. Улыбнусь-ка ей. Ой, перестарался. Медноволосая аж пошатнулась. Ну ничего, гнобить я её не стану, в конце концов она не моя рабыня, а лишь вроде как… временный попутчик, ситуационный союзник. Соратницей ей теперь уж не быть. Мда.
— Герд, ты всё же вернулся, — прижались ко мне сзади, сразу после едва слышного и выданного с таким облегчением возгласа, что я наверное даже поверил бы и поддался на это вот всё, ответив взаимностью, если бы не глянул украдкой на душу рыжей Иви.
Нет, там я не обнаружил чего-то такого, от чего волосы должны были бы встать дыбом. Но вместо до невозможности милой, иногда очаровательно неуклюжей, а порой и невероятно приставучей, от чего нереально забавной рыжульки, я увидел идеального как минимум монарха, и уж никак не ту, с которой можно идти рядом по жизни не будучи её сиюминутной хотелкой, не являясь для той, что не привыкла себе ни в чем отказывать, эдакой, во что бы то ни стало, так нужной именно здесь и сейчас новой игрушкой, со сроком эксплуатации, так сказать, зависящим от твоей неординарности и разумеется полезности делу, ради которого, к слову, если уж она задастся целью, то наступит на горло не то что кому-то, но и себе. Невозможно быть рядом с такой. Только ПОД ней. В лучшем случае подле.
Передо мной стояла властная, властная и еще раз властная, целеустремленная и беспощадная не то что любому, но и к себе, особа. Будь я слабее, не раздумывая примкнул бы к парти Ивон Серогорской, стал бы надежным соратником и служил бы ей верой и правдой, параллельно направляя и оберегая от корыстных, подлых советников и прочих проходимцев-выгодосоискателей, чьи интересы бы перевешивали интересы общего дела и удаляли от цели моего сюзерена. Но… но я уже не тот, кем был всего-то четыре с лишним месяца назад, когда попал в этот мир и в тело Герда Франта. Поэтому, увы, но я не смогу быть ПРИ ней, хоть и постараюсь поддержать и посодействовать столь, на мой взгляд, достойной личности.
— Здравствуй, Ивон. Прости, но тебе не стоит так поступать на людях, — ровным голосом проговорил я, ловко вывернувшись из её объятий и стараясь не подавать вида, как мне непросто было никак не реагировать на ее словно от пощечины дернувшееся и побледневшее лицо с набухающими слезами глазами. — Я могу лишь предложить тебе дружбу и… и пожалуй союз. Не спеши отвечать, пока ты не сказала лишнего и не поставила себя в непростое положение, так как твоя гордость не позволит тебе всё исправить, а я не хотел бы находиться в противостоянии с тобой и твоей партией. Я многое могу, Ивон, поверь. Я могу такое, что тебе и не снилось, и я готов