Джеймс Дашнер - БЕГУЩИЙ В ЛАБИРИНТЕ

Приговорены. Какое страшное слово. Он почувствовал, что искорка надежды, блеснувшая в нём после сытной еды, прошипев, погасла.

— Чак, а что, если мы все — преступники? Я имею в виду — вдруг мы какие-нибудь убийцы или что-то в этом роде?

— А? — ошарашенно выкатил на него глаза Чак. — Ты что, смеёшься? С чего ты это взял?

— А ты сам подумай. Наши воспоминания стёрты. Мы живём в месте, из которого нет выхода, окруженные кровожадными монстрами-охранниками. Что ещё это может быть, как не тюрьма, а? — По мере того, как он высказывал свою мысль, она казалась всё более и более вероятной. В груди заныло.

— Чувак, мне, наверно, лет двенадцать, не больше. — Чак ткнул в себя пальцем. — Ну ладно, может быть, тринадцать. Ты что, серьёзно думаешь, что я сотворил что-то такое, за что заслужил тюрьму на всю оставшуюся жизнь?

— Да мне без разницы, что ты сделал или чего не сделал. Как бы там ни было, тебя засунули за решётку. Или ты считаешь, что здесь тебе санаторий? — «Ну, пожалуйста! — взмолился Томас про себя. — Скажи, что я неправ!»

Чак немного подумал.

— Ну, не знаю... Лучше, чем...

— Да уж, знаю. Чем жить в куче плюка. — Томас поднялся и задвинул табурет под стол. Ему нравился Чак, но не стоило пытаться вести с ним интеллектуальные беседы. К тому же, мальчик немного надоел ему. — Ступай сделай себе ещё один бутерброд. А я пойду поброжу, посмотрю... Встретимся вечером.

Он вышел с кухни во двор прежде, чем Чак успел увязаться следом. Приют вернулся к своему будничному распорядку: народ работал, двери Ящика закрылись, солнце светило как ни в чём не бывало. Ничто больше не напоминало о странной девушке, принесшей весть о грядущем конце.

Поскольку его официальная экскурсия по Приюту закончилась досрочно, он решил обойти место самостоятельно, рассмотрев и разнюхав всё более внимательно. Сначала он направился в северо-восточный угол, туда где возвышались ряды кукурузы, на его взгляд, уже вполне созревшей. Там были и другие растения: помидоры, салат, горошек и прочее, чего Томас не знал.

Он сделал глубокий вдох: ему нравились запахи земли и свежей зелени. Он даже понадеялся, что аромат пробудит в нём какие-нибудь приятные воспоминания, но этого не произошло. Подойдя поближе, он увидел нескольких ребят, копающихся в грядках. Один из них помахал ему и улыбнулся. Искренне, непритворно улыбнулся!

«Может, тут всё-таки не так уж и плохо? — подумал Томас. — Не все же здесь придурки». Он опять глубоко вдохнул ароматный воздух и попытался отвлечься от своих мыслей — ему ещё многое предстояло увидеть и понять.

Следующим по порядку был юго-восточный угол, где в кособоких деревянных загонах содержалось несколько коров, а также козы, овцы и свиньи. Лошадей, однако, не было. «Ещё бы, — подумал Томас, — всадники были бы куда быстрее Бегунов». Подходя к ферме, он обнаружил, что вид, запах и голоса животных ему очень знакомы. Наверно, он имел дело со зверьми в своей прежней, «доприютной» жизни.

Ну, положим, ферма отнюдь не благоухала, как Сады, но, наверно, могло быть и хуже. Чем больше он исследовал Приют, тем больше убеждался в том, что приютели вели хозяйство очень грамотно. Место было на удивление чистым. Он поражался тому, как хорошо организованы были эти ребята, как тяжело и упорно они работали. Если бы обитатели Приюта лишь ходили и били баклуши, пиши пропало — плохи были бы их дела.

Наконец пришёл черёд юго-западной четверти, в которой располагалась роща.

Он как раз подходил к полумёртвым, корявым деревьям на опушке, за которыми виднелся лес погуще, когда что-то метнулось у него из-под ног, заставив его вздрогнуть. Раздался тихий залп быстрых клацающих звуков. Томас бросил взгляд вниз и успел заметить, как свет солнца сверкнул на чём-то металлическом. Что-то непонятное: крыса — не крыса, сделанная из блестящего материала, торопливо проскользнула мимо него и скрылась по направлению к роще. Существо успело отбежать футов на десять, прежде чем он понял, что это вовсе никакая не крыса. Оно скорее походило на ящерицу с по меньшей мере шестью ногами, стремительно мелькающими вдоль длинного серебристого туловища.

Жукоглаз. Так они наблюдают за нами, сказал Алби.

Он успел разглядеть проблеск алого света у головы существа — тот словно исходил из глаз твари. И хотя логика диктовала, что, скорее всего, это рассудок шутит с ним неуместные шутки, он готов был поклясться, что вдоль спины создания большими зелёными буквами было выведено слово ПОРОК. Нечто столь невероятное требовало дальнейшего и пристальнейшего исследования.

Томас устремился за торопливо убегающим шпионом и через несколько секунд вступил под полог густого леса. Мир вокруг потемнел.

Невероятно, как быстро кругом воцарилась тьма! Если наблюдать из середины Приюта, то лес не выглядел таким уж большим — где-то пара-другая акров. Но деревья здесь были высокие, с крепкими стволами, и стояли они вплотную друг к другу, сплетая свои густолиственные кроны в единый шатёр. Воздух сгустился и приобрёл зелёноватый оттенок — таким он бывает в сумерки на исходе дня.

Томас, пытаясь поспеть за жукоглазом, продирался сквозь густую листву; тонкие веточки хлестали его по лицу. Он попытался уклониться от толстого, низко висящего сука, при этом едва не свалившись на землю, но успел ухватиться за ветку и удержался на ногах. Под подошвами хрустела толстая подстилка из опавших листьев и омертвевшей коры.

И всё это время он не отрывал взора от жукоглаза, скользящего впереди него через лес. Чем дальше вглубь они забирались, тем ярче в сгущающейся темноте светились алые огоньки.

Томас углубился ещё на тридцать или сорок футов в лес, уклоняясь от низко висящих ветвей и чуть не падая при этом, когда жукоглаз вспрыгнул на большое дерево и скользнул вверх по его стволу. Но к тому времени, когда Томас добежал до дерева, от непонятного существа не осталось ни слуху ни духу. Оно исчезло, растворилось в густой листве, как будто его и не было.

— Вот хрень! — почти весело пробормотал Томас. Почти. Как ни странно, непривычное слово сорвалось у него с языка так легко, словно он уже стал коренным приютелем.

Где-то справа от него хрустнул сучок, и он резко повернул голову в ту сторону. Затаил дыхание, прислушиваясь.

Снова хруст, на этот раз чуть громче — как будто кто-то переломил палку о колено.

— Кто там? — закричал Томас. По спине пробежал холодок. Голос отразился от лиственного шатра над головой, в лесном воздухе заиграло эхо. Юноша застыл на месте, ожидая, пока наступит тишина. Вскоре всё успокоилось, только в отдалении были слышны негромкие птичьи трели. На его призыв так никто и не отозвался, и других подозрительных звуков с той стороны тоже не последовало.