Михаил Атаманов - Заклинатель

– Гоблины, наездники на волках! – проговорил Пузырь, поудобнее перехватывая щит.

– Какие-то они крупноватые для гоблинов, – не поверила я. – Гоблины же мелкие.

– Это смотря какие. Наездниками на волках становятся самые свирепые и сильные. Они обычно ростом не уступают людям, – пояснил Ярик, становясь посреди дороги и поигрывая топором.

– Только это не волки, а варги. Гоблины на варгах, – уточнил Сергей, поднимая арбалет и прицеливаясь.

Выполненный в виде клюва хищной птицы кончик арбалета стал медленно поворачиваться, следуя за выбранной целью. Щелкнула тетива – и первый из гоблинов свалился на дорогу. Варг же продолжал бежать за остальными зверями. Времени перезаряжать не было, Сергей наклонился и бережно положил арбалет на землю. В ход пошли метательные ножи.

Еще шагов за двадцать до врагов мой друг взмахнул своей правой рукой, после чего взял по мечу в каждую руку. Я не видела полета ножа, но один из варгов споткнулся и рухнул на землю. Всадник покатился по земле, выронив кривую саблю. Встать гоблин уже не смог – оказавшийся рядом Петька рубанул наотмашь, развалив его до пояса. Ярик ловко увернулся от пики и всадил топор в череп прыгнувшего на него варга.

Последний выживший гоблин не стал разворачивать своего страшного зверя и, не желая биться с тремя вооруженными воинами, направил варга на меня!

Словно в кошмарном сне, я видела приближающуюся тварь, но не могла сделать и шагу. Ноги словно приросли к земле. Кажется, Сергей что-то прокричал, и Ярик швырнул топор в спину гоблину, но промахнулся. Зубастая пасть варга приближалась, а пика всадника целила мне в грудь. Я завизжала от страха…

Но тут варг пригнул башку к земле и перекатился через голову. Страшный наездник от неожиданности уткнулся пикой в землю, словно прыгун с шестом взмыл в воздух, а затем с диким воплем упал прямо на меня. Краем глаза я заметила в руке врага костяной нож и каким-то чудом успела перехватить его запястье. Гоблин давил сверху и, несмотря на все мои усилия, кончик ножа медленно опускался к моей груди.

Помощь подоспела вовремя. Страшный гоблин хрюкнул, из его груди вместе с фонтаном крови показался кончик клинка. Наездник дернулся, кашлянул мне в лицо кровью и обмяк. Чьи-то сильные руки стянули с меня труп. Рядом Серый Ворон добивал раненого варга. Все кончилось. Мы победили. Я встала на колени и зарыдала.

От запаха гоблинской крови меня мутило так, что я ни о чем и думать не могла, кроме как об избавлении от этой пакости. Стянув с себя мантию, на нетвердых ногах я вошла в воду. Словно безумная, я с остервенением отстирывала мантию. Вода оказалась пронзительно холодной – видимо, тут бил подземный ключ, – поэтому я довольно быстро пришла в себя и, стуча зубами, выбралась на берег.

Серый Ворон и Ярик вертели в руках древние мечи и о чем-то оживленно спорили. Петька стаскивал на большой лесной муравейник тела убитых варгов и гоблинов. На траве лежали трофеи: ножи, короткие гнутые сабли, пики, сумки, браслеты и ожерелья. Черные дварфы все так же молча сидели на берегу, один из них держал в руках арбалет – видимо, именно он и подстрелил атаковавшего меня варга.

Наконец Серый Ворон убрал мечи в ножны и осмотрелся. Заметив свое оружие в руках черного дварфа, мой друг потемнел от гнева и, положив ладонь на рукоять кинжала, с мрачной решимостью направился к молчунам.

– Это мой арбалет! – проговорил Сергей грозно.

Но черный дварф даже бровью не повел. Тогда я подошла, спокойно вынула оружие из его рук и медленно произнесла:

– Вон там лежит трофейное оружие. У костра мы оставим еду и все самое необходимое. Мы уйдем в лес и будем ждать четыре клепсидры. Если вы хотите идти с нами – догоните.

Ни один из черных дварфов не отреагировал на мои слова, но это меня уже не волновало. Я быстро переоделась и стала собирать вещи. Петька и Сергей последовали моему примеру. Ярик также молча закинул на плечо трофейные сумки, подвязался снятым с одного из гоблинов поясом и заткнул за него топорик.

Перед уходом я решилась взглянуть на трупы наших врагов. Крупные лесные муравьи живым ковром облепили окровавленные тела, празднуя неожиданно щедрое угощение. Не было никакого сомнения в том, что вскоре от трупов останутся только добела обглоданные кости.

Проскакав примерно с километр, мы остановились и спешились. Серый Ворон стреножил скакунов и отправил пастись.

– Как думаете, дварфы пойдут за нами? – заговорил Пузырь, оглядываясь на дорогу.

– Не знаю, – разозлилась я. – Но так дальше продолжаться не могло. Они молчат и изображают из себя безмозглых чурбанов. При этом воняет от них так, что рядом стоять невозможно. Если захотят ехать с нами – придут. Все, отдыхаем.

Никто не возражал. Ярик соорудил лежанку из папоротника и уже через минуту захрапел. Петька стал точить меч, Серый Ворон с трудом, но накормил Тьму мясным бульоном и отправился собирать грибы. По его утверждению, эти лохматые сине-фиолетовые поганки были съедобными, но меня все равно терзали сомнения.

Я, как могла, привела себя в порядок, расчесала волосы и переложила поудобнее вещи в сумке. Затем сотворила заклинание поиска жизни и обнаружила три метки за ближайшим поворотом дороги.

– Черные дварфы все же решили идти с нами, – сообщила я.

Действительно, через минуту на дороге показалась знакомая троица. Когда они подошли ближе, стало видно, что дварфы вымылись в озере и даже кое-как почистили одежду. Все трое вооружились саблями убитых гоблинов и сделали пращи из кусков кожи. Один тащил в руке мой походный котелок.

Петька разбудил Ярика Тяжелого. Тот мгновенно открыл глаза, словно и не спал, и принялся наблюдать за тем, как Сергей перебирает грибы.

– Здорово, уже синюшки пошли! Мой дядька восхитительно их готовит со сметаной и поджаркой из пури. Обычно на праздники, под пиво и с горячим мясом… Мммм, скучаю по тем беззаботным временам!

– Сметаны у меня нет, – задумчиво ответил Сергей. – А вот свежего мяса я вам сегодня подстрелю. Вместо пива будет горячее вино. Устроим вечером пир по случаю вашего освобождения!

Сергей сдержал свое обещание, подстрелив пять зайцев и небольшое рогатое животное, вроде косули. Кроме дичи он принес целый веник лесных трав, из которых знакомой мне оказалась только мята. Я почистила грибы, Петька занялся костром и палаткой, а Сергей и Ярик принялись кашеварить.

Черные дварфы вели себя гораздо увереннее: ходили по лагерю, подсаживались к костру, подкидывали сухие ветки. Когда Петька дал им точильный брусок, все трое по очереди заточили гоблинские клинки. Особый интерес у черных дварфов вызвала наша палатка. Они заглядывали внутрь, рассматривали молнии, ощупывали ткань и каркас. Но за все время не произнесли ни слова.