Игра Хаоса. Плата за верность. Книга двенадцатая - Алексей Рудольфович Свадковский

— Момона сегодня созвал совет лордов Ада, впервые за последнюю тысячу лет. На время заседания любые боевые действия под запретом. Убийство Стража Врат — это удар по интересам самой Бездны. И если сейчас возникнут подозрения о моем участии в этом деле…

Наг, медленно вставая, понимающе кивнул. В открытую напасть на Дом Ярости сейчас — значит практически расписаться в уничтожении Бесформенного, и даже захват Акш’дхара не перекроет всех последующих за этим потерь. Создание нового Стража Врат — это сложный процесс, пройдут тысячелетия, пока он наберется сил и знаний, чтобы хоть немного приблизиться к уровню погибшего. Захват новых территорий для Бездны всегда был сложным и долгим процессом, которому жители поглощаемых миров противостояли изо всех сил, а теперь… Без Стража Огненные врата не открыть, и сразу нескольким столпам демонических Домов придется рисковать собой, становясь проводниками силы, что значительно труднее сделать без якоря в виде Врат и помощи Бесформенного. Все это существенно увеличивало риски поражения, а значит, Бездна не сможет как прежде получать свое. Материи и энергии поглощенных миров будет меньше, а демонам станет намного сложнее захватывать новых рабов. Пламя Бездны ослабнет, как и все, кому оно дарует силу.

Да, по демонам нанесен серьезнейший удар, это наг осознавал. Единственное, чего он не понимал, это как…

— Госпожа, это абсолютно невозможно. Оружие, что использовали мои слуги при атаке, не могло причинить такого вреда, оно не сильнее всего того, что применяли против Стража в прошлом. Обычный артефакт категории А+, отпечаток силы какого-то из небожителей, найденный в Колыбели богов. Мастер ритуалов нанес на него руны усиления, но это мало что меняет, и я не представляю, как подобное могло произойти. Я готов поклясться, что окончательное уничтожение Бесформенного не было частью моих планов.

— Не нужно. Ты бы не смог солгать, даже если б захотел, — прошипела Аттала, но ее голос стал чуть более спокойным. — Я наложила на эту комнату печать абсолютной истины, она не позволит сказать ни слова лжи.

На пару секунд повисла тишина. Каждый из собеседников, словно шахматист, обдумывал свои следующие действия и открывающиеся перед ним перспективы.

— Госпожа, — первым свой ход сделал наг, — я должен предупредить вас об определенных трудностях, но сначала хотел бы получить свою награду. Когда мы достигли соглашения и я передал оплату за вашу помощь, то спросил, а что я получу, если все задуманное мной удастся, Дом Ярости значительно ослабнет и Дом Похоти наконец-то сможет избавиться от статуса младшего, подчиненного союзника. В тот раз вы воистину по-королевски произнесли слова, звучащие в моей душе до сих пор: «Удиви меня, наг, и тогда моей щедрости удивишься уже ты». И я сделал все, чтобы вас поразить: поверг Плоть, которого так и не смогли полностью уничтожить легионы Боли во время Войн крови, преодолел Разлом Тысячи Криков, обрушил стены Акш’дхара, уничтожив почти всех, кто его охранял… Азамай ранен, Зор’райг, четвертый столп, мертв. Я практически бросил к вашим ногам столицу Дома Ярости, и не моя вина, что вы не готовы взять этот приз. И теперь спрашиваю: смог ли я вас удивить?

— Смог, наг, — речь, истекающая из пламени, сейчас буквально излучала яд, и если б она прозвучала в ином месте, все, кто ее услышали, были бы мертвы. — Твоя наглость воистину потрясает. После всего сделанного, ты еще осмеливаешься у меня что-то просить. Все, на что ты имеешь право, — лишь молить о спасении своей жалкой душонки!

— Ну, о ней позаботятся боги моего народа, — спокойно отмел угрозу Шепчущий, — вам ее точно не достать. А теперь вернемся к разговору о моей награде. Слово было сказано и было услышано. Я жду его исполнения прежде, чем мы продолжим разговор.

Лепестки пламени замерли, словно наполнявшая их собой не могла произнести ни слова.

— Какая жадность и глупость… Ты очень скоро пожалеешь о них, наг. Держи и владей, вот награда, достойная тебя.

К кольцам хвоста Шепчущего прямо из клубка огня вылетел крупный зеленый камень, который тот внимательно рассмотрел сквозь хрустальную пластину, не торопясь прикасаться.

— М-да. Ваша щедрость действительно необыкновенна, — произнес он, наконец увидев истинную суть того, что ему бросили в виде подачки: Изумруд Предателя, камень, ведущий к неминуемой погибели любого, кто им завладеет. — Если честно, чего-то подобного я и ожидал, и все же мне так хотелось ошибиться в своих мыслях на счет вас…

Старательно демонстрируемое разочарование скрыло краткий миг удовлетворения: не зря он ее провоцировал, Королева Грехов не знала о тузе, припрятанном против нее в рукаве нага, иначе не отмахнулась бы так небрежно. А значит, с ней можно продолжать вести дела — к подставе с Владыкой Цепей она отношения не имеет.

— … Это огорчает настолько сильно, что, пожалуй, я напишу письмо, и не одно. Начну, конечно, с Момоны, нынешнего короля Ада. Но не волнуйтесь, я сообщу и всем остальным, как признателен вам за помощь в убийстве Стража Врат и кто виноват в том, что пламя Бездны будет сложнее наполнить плотью захваченных миров, из-за чего лорды и сами станут слабее. И цены на рабов скоро взлетят до небес, и мелким демонам и бесам так сложно станет добывать для себя свежее мясо, а без этого не из кого будет растить пополнения для своих легионов… О, я уверен, все это вдохновит совет на поиск для вас особого наказания. Может, именно из вас они и сделают нового Стража взамен погибшего: сотрут память, выжрут личность, оставив лишь мрак и пустоту. И приманят на них новую сущность из глубин Бездны. Кажется, ведь именно так и создали предыдущего?

— Ты не посмеешь! Не сможешь! — голос Атталы, расслоившись и зазвучав со всех сторон разом, заставил нага болезненно сморщиться от бьющего по барабанным перепонкам диссонанса. — У нас заключен договор! Нарушишь — и умрешь окончательной смертью.

— Смогу и сделаю, но сначала… — спокойно возразил наг.

Он, приоткрыв поясной карман, достал толстый кожаный свиток, перевязанный алой лентой с отдающей серой печатью, и быстро стал раскручивать, просматривая. Да где же он? Коготь скользил по строчкам, пока