Артем Тихомиров - Плесень [СИ]

— Верно, — кивнула Стальная Фурия. — И опять же — почему ответ на наш запрос поступил только сегодня?

Ученый покачал головой.

— Неизвестно.

На этот раз генерал удержался от шпильки. Впервые взяв бумаги, Рэм принялся разглядывать их, причем делал это с таким лицом, словно искал подвох.

— Слишком гладко, — заметила Ада, кивая на распечатку. — Хотите знать мое мнение? Вот оно. — Председатель Объединенного Комитета встала, чтобы размяться. — В записях, которые оставил Генерал перед смертью, содержится прямое указание на то, что мы обязаны вступить в контакт с другой колонией, если она стоит на нашем уровне или выше. Он тоже думал о Возрождении, но эта идея не стала для Бастиона цельной идеологией. Я считаю, что в том наш промах. Генерал был прав. Генрих, я разделяю ваши взгляды. Несмотря на риск, мы обязаны попытаться. Вы, Рэм, возражаете, да, я понимаю, но, помнится, вы благосклонно отозвались об идее программы дальнего поиска и готовы были предоставить своих людей. Почему бы не начать ее с поездки к Острову Ломоносова? Тут есть и свои преимущества: мы точно знаем, каковы координаты нашей цели и что там есть люди. Согласитесь, генерал, все лучше, чем на свой страх и риск ехать в пустоту! — Ада остановилась между столом и картой. — Вчера вечером я обсуждала это с членами Объединенного Комитета. Большинство из них согласны. Должны поехать ученые, но с хорошей охраной.

— Если мне поручат, я возглавлю научную часть экспедиции и установление контакта с островитянами, — сказал Буланов.

До того молчавший Рэм положил бумаги на стол и накрыл их своими ладонями.

— А теперь дайте сказать мне. Вот это уже больно похоже на ловушку.

Ада вопросительно изогнула брови. Генрих удивленно посмотрел на эсбэшника.

— Можете считать меня параноиком, но я отвечаю за безопасность Бастиона в целом и каждого отдельного его жителя, — сказал генерал. — Следовательно, я против экспедиции. По причине того, что мы знаем, куда ехать.

— Кто же нам может готовить ловушку?

— Да кто угодно! Сборище бродяг и бандитов, от которых мы отбивались столько лет. Вам мало?

— Но…

— Я себе вижу это так. Допустим, Остров Ломоносова существовал на самом деле. И существует сейчас. Только посылали сообщение не его жители, а те, кто пришел туда после их гибели. Допустим, мародеры получили полный доступ ко всем ресурсам убежища, и тут их осенило, какую пользу можно извлечь из всего этого богатства. При помощи передатчика можно заманивать в ловушку таких же умненьких чистоплюев, живущих под землей в достатке и комфорте. Почему нет? А, возможно, островитяне заранее подготовили рекламные проспекты и не успели ими воспользоваться. Такая честь выпала их убийцам. И вот мы клюнули на наживку и отправились в путь. Сунули голову в ловушку, оторвав от Бастиона значительную часть профессионалов. Я буду удивлен, если мы просто отобьемся от мародеров и вернемся восвояси. Но мы знаем, каков мир на поверхности. Что может быть за границами исследованной нами области? Короче говоря, я против, — добавил генерал. — Однако если будет голосование Комитета, мой голос, видимо, ничего не изменит.

Сальникова повела плечами. Кто знал ее достаточно хорошо, был в курсе, что этот жест означает раздражение. Председатель вернулась на свое место.

— Один голос за, один против, один колеблется.

— Либо, — не унимался Лопатин, — сами островитяне рехнулись. Может быть, они авторы ловушки и ничего у них нет. Просто хотят нас обчистить.

— Доказательств нет! — возразил Генрих.

— Правда. Но и ваш оптимизм ничем не подкреплен, — осклабился эсбэшник. — У нас обоих только предположения, построенные на профессиональном опыте.

— Я уверен, что это правда, — настаивал Буланов, — вы внимательно читали? Видите список, в котором перечисляются направления, в которых достигли успехов их ученые?

— Ну и что? — спросил генерал. — Вранье.

— Ничего подобного! — На миг Генрих испытал сильное искушение врезать по этой солдафонской физиономии, твердой, грубой, словно вырезанной тупым ножом из дерева. — У меня есть доказательство.

Ада устало потерла виски.

— Ну. Говорите.

Генрих развернул к ним бумаги, пристроив указательный палец у нужной строчки.

— Читайте! Здесь говорится о белой плесени! Они работают с ней, культивируют… Разве не читали?

— И? — спросила Сальникова.

Генрих вскочил.

— Да разве вы не понимаете? Они работают с белой плесенью! А мы, мы считаем ее только мифом, сказкой! Нам до сих пор не удалось ее обнаружить, несмотря на тщательные поиски. Вам ли не знать, генерал, что, помимо основного задания, командиры рейда имеют и секретное. Поиски белой плесени. Она может быть где угодно. Поэтому и каждый солдат имеет четкое предписание докладывать обо всех странностях. А Лабиринт! Основной целью поездки туда была именно белая плесень. Еще во времена Генерала к нам поступили данные, что она может быть там. Понятно, что слухи есть слухи, но мы обязаны проверять любую информацию.

— Не совсем понимаю, — призналась Ада. — Ну белая плесень и что?.. Мы ее разыскиваем, словно она какой-то святой Грааль. Зачем она нужна?

Генрих сжал в руке распечатку.

— Однажды рейдеры, еще во времена Тыквенных Войн, наткнулись на небольшое убежище в пригороде Екатеринбурга. Плохое убежище, просто, по сути, подвал, самодельное. Там жили больные, умирающие люди. Половина успела скончаться к нашему приходу, но часть мы спасли и привезли сюда. Они не были заражены, что весьма странно, потому как "краснуха" встречалась там повсюду. При этом у всех обнаружились симптомы сильного ОРВИ. Наши медики вытягивали из бродяг любую информацию, какую могли. Именно от них мы узнали о белой плесени. Один человек видел ее, но он был тяжело ранен, приполз в убежище еле живым и вскоре умер. Он упоминал Лабиринт, точно описывал приметы. По его словам, там росло это новообразование. Белая плесень имеет особые свойства, она способна лечить любые раны, справляться с любой болезнью, уничтожать вирусы.

— Но почему этот умник умер? — оборвал Генриха генерал.

— На него напали "гиены", когда он возвращался с грузом плесени в убежище и груз потерялся.

— Но почему те бродяги не были заражены "краснухой"? — спросила Тильда.

— Бастионные медики провели исследования и выделили из их крови неизвестный штамм гриппа, который, по видимому, препятствовал развитию спор красной плесени. Пока те люди болели, у них был шанс, но и сам грипп медленно убивал их одного за другим. Успей гонец вовремя, у бедолаг был бы шанс, — сказал Буланов.