Георгий Булавин - Новатерра
- Да уж вижу, не ослеп покуда, - усмехнулся Александр. - И уйду, можешь быть спокоен. Только если тебе впредь вздумается офицеров называть мужиками, проблем станет ещё больше.
- А ты чё, ёлки-палки, баба?! - гнусаво рассмеялся тот.
- Я?! - в голосе комбата зазвенел литой булат. - Для тебя, быдло, я - товарищ майор! Вернее, господин майор. Если угодно, господин есаул. И не иначе, бля!
Тут Андреец перестал ржать. Больше того, левая рука его потянулась к монтировке. В принципе, Александр, умелый с детства уличный боец, всегда имевший 'отлично' по рукопашному бою в военном училище, плюс поднатасканный в последний год сослуживцем, мастером ушу-саньда, мог не сходя с места доломать нос этому хамскому увальню одним молниеносным йоко-гери раньше, чем тот ухватит страшное шофёрское оружие. Но драться не хотелось. Размещать заказ хотелось ещё меньше.
- Я бы на твоём месте не рисковал, - спокойно предупредил он ремонтника. - А то проблемы растянутся на всю оставшуюся жизнь: реанимация, инвалидность, 'утка' под кроватью, нищенское пособие от Армии Спасения...
- Чё-чё?!
- Х@й через плечо! Коснёшься 'фомки' - на куски порву!
И автослесарь наконец-то понял - шутки с полунамёками кончились. Он примирительно воскликнул:
- Да ладно, брось, мужи... э-э, господин майор, чё ты, ёлки-палки, заводисся?! Пошутковали просто малость... Ты, это, слышь, подкатывай на следующей неделе, я тебе быстро всё отрегулирую, с гарантией, ёлки-палки, и денег не во... ну, возьму со скидкой.
- Угу, - направляясь к выходу, бросил Александр, - легко раздаривать скидки, когда прайс-листа нет в помине. Типично русский бизнес - ничего лишнего. Ёлки-палки!
Не собираясь выслушивать оправдания Андрейца, что, мол, прайс имеется, только - надо же, ёлки-палки, какая досадная накладка! - отдан в салон копировальных услуг для тиражирования в интересах заказчиков, он заботливо посоветовал:
- Пятаки к фонарям приложи, - и язвительно добавил. - Двойная выгода: и кровоподтёки скорее сойдут, и близким не надо париться, чем глаза закрыть, если безвременно сыграешь в ящик. А такая вероятность есть!
Он громче братка Пецы хлопнул створками ворот и с удовлетворением вдохнул лишь чуть более свежий, нежели в мастерской, воздух гаражного кооператива 'Ночной отстой'. И только потом невероятным усилием воли заставил себя не принимать близко к сердцу тот факт, что облик автослесаря, которого он стопроцентно прежде никогда не видел, ему тоже давно и хорошо знаком. Да и не только облик. Он точно знал - не знал только, откуда знает, - что его инициалы расшифровываются как 'Виктор Дормидонтович'. По жизни же - просто Витёк... Да что же это за конфузия такая?! Как будто вправду существует параллельный мир, из которого все они по какой-то причине выпали в этот, здешний. И почему до сегодняшнего утра, 12 июля 2... года, чувства такого раздвоения не возникало даже близко? И, наконец, какой из них, Миров этих, первичен, а какой - лишь производное от оного?!
Седельной кожи скрип,
Шпор савельевских звон,
Резкий команды вскрик...
Сон это иль не сон?!
(походная песня лейб-гвардии Конного полка)
Вечер пропал не зря!
Одна из парадигм психиатрии: раздвоение личности обычно начинается с ягодиц...
В последующие несколько часов у Александра не было возможности всерьёз задуматься о насущных проблемах мироздания. Хватай мешки, вокзал отходит! К несчастью, сумасшедшая активность Марго передалась дочери Алёнушке и сыну Гошке. И ни к чему хорошему это, естественно, не привело. В тринадцать ровно, когда машина уже была под завязку набита сумками, чемоданами, пакетами и авоськами, и супруга, и дети поочередно сгоняли обратно в квартиру. Кто-то забыл ароматические салфетки, кто-то - плюшевого медвежонка, кто-то - диск с игрой Medal of Honour. А за полчаса до подачи состава под посадку папу с дочкой, гулявших по перрону - подальше от истерики Марго, - нагнал сынок, довольный, как белый медведь после купания в полынье, и сообщил:
- Па, у нас проблемы! Мама забыла дома билеты на поезд...
Да ладно, какие проблемы?!
Комбат успел.
Комбат успел в буквальном смысле слова всё.
Успел с плохо скрываемым злорадством попенять жене на бестолковость и несобранность.
Успел съездить домой, даже не развивая скорости болида 'Формулы 1', а дома - накурить не только в туалете, но по всей квартире. Правда, не получил при этом даже толики желанного морального удовлетворения.
Успел в купе уже покрасоваться новым камуфляжем, орденскими планками и голубым беретом, дабы сосед, лощённый мен из новых русских, не возомнил себя по отношению к Марго скучающим бретёром-сердцеедом.
И только проводив глазами хвост состава, отдышался, успокоился, взял себя в руки и без напряжения успел всё остальное.
Успел, с усмешкой наблюдая, как штормит Дока и Колю Сластина, загрузить в машину блюдо под фольгой, полное угловатых, малоэстетичных бутербродов, и пакет с 'прохладительными' напитками - водкой, пивом и настоящей грузинской 'Боржоми'. Бутылочку минеральной припрятал лично для себя. Но пролежала она в пыльном тайнике аж пять минут, не более - комбат решил и сам освежиться перед бурным вечером. Увы, по шкале температуры шведа Андерса Цельсия благословенная вода располагалась где-то между создитальным запалом комсомольца и сердцем юного любовника...
Успел ещё раз зайти к Валентинову и между делом - резолюцией на рапорте солдата о краткосрочном отпуске - посетовать, мол, клапана так и не удалось отрегулировать. И командир полка сделал неслыханно широкий жест. Бери, - сказал, - мой личный Mercedes Gelendewagen, а свой полуубитый ВАЗ оставь на стоянке до лучших времён. Таким вот образом, в результате нечаянной хитрости, русский комбат Твердохлеб за пять минут аудиенции успел стать новым русским комбатом...
Желая, как Коммунистическая партия Советского Союза, сохранить чистоту рядов - рядов своих членов, - успел снять первый пар в полковой бане для командного состава. Одновременно охладив 'Боржоми'. Прямо там, в парилке. Всяко ведь прохладнее, чем было...
Успел, заделавшись, как уже сказано, любвеобильным 'новым русским', высказать пригоршню комплиментов миловидной продавщице из придорожного ларька. Даже купил у неё - для неё же - шоколадку. Но... не вручил. Сунул в карман. И почему так поступил, наверное, не смог бы дать ответ не только ей и самому себе, но даже следственной комиссии в 37-м году...