Кирилл Якимец - Войны и миры: Отряд "Омега" (с испр. орфографией)

Новый обмен залпами ничего не дал. И Василий, и его преследователь избежали лучей друг друга. Мелодично зазвенел звуковой датчик. Вышли! Теперь — прыгать.

Василий повел галеру по дуговой траектории, потом, застонав от перегрузки, совершил крутой маневр к центру дуги. Пурдзан снова ругался на Рджалсане. Галера-преследователь выпустила еще один луч. Мимо. Василий ввел последние данные в навигационный компьютер.

— Пур, прыгаем.

И надавил ввод.

Экраны на мгновение потемнели, потом зажглись, показав картину знакомых звезд, сияющих над Махди, одной из самых густонаселенных планет Османской Конфедерации. Магазины, занимающие целый континент. Города, превращенные в огромные сады наслаждений. Офисы крупнейших в обитаемой Вселенной меняльных контор — офисы подводные, офисы-спутники, офисы плавучие и просто офисы-небоскребы, спорящие по высоте только с минаретами общественных мечетей.

И где-то среди мечетей и офисов стоит маленький особнячок с очень большим подвалом, этажей сто вниз, не меньше. Это — резиденция визиря Нураддина Тронье, командующего Янычарским Корпусом Османской Конфедерации миров.

Василий любил, когда его посылали на Махди. Важное поручение всегда оборачивалось праздником. Сейчас, разумеется, не до праздников, сейчас надо по прямой к визирю…

Взглянув еще раз на экраны, Василий понял, что по прямой не получится. Пурдзан завозился у себя в башне…

— Пур! Отставить!

Вокруг галеры выстроились караки и дау, сверкая красными и зелеными опознавательными огнями. Мамелюки.

Засветился экран связи. С экрана смотрел мамелюк. По непомерной ширине бурого берета и по желто-синей раскраске перекинутого через плечо форменного пледа Василий догадался, что чин мамелюка — не ниже клан-баши. Ничего себе!

Он поспешно щелкнул кнопкой передачи:

— Докладывает янычар-лейтенант Василий Гирей. Со мной на борту один сатир, дир-зигун Пурдзан. Мы бежали из тюрьмы на Новой Тавриде. Мне срочно…

Мамелюк прервал его:

— Приготовьте стыковочную трубу.

И отключился.

Василий выдвинул трубу. От строя кораблей отделилась легкая фелука без опознавательных огней и стала медленно приближаться к галере. Зашипел воздух, сомкнулись губы стыковочных труб.

И в рубку вошли измаилитские хаши, сразу человек восемь. На лицах у них были повязки, означавшие, что хаши выполняют задание, относящееся непосредственно к Ордену.

Пурдзан спустился в рубку и, увидев измаилитов, осторожно поднял руки.

Коренастый хаш обратился к Василию — сквозь повязку голос его звучал чуть невнятно:

— Янычар-лейтенант, временно курпан дир-зигунов Василий Гирей. Это вы, не правда ли?

Василий кивнул.

— Вас и вас, — хаш повернулся к Пурдзану, — я приглашаю на корабль Ордена.

— Но мне срочно надо…

Василий осекся. О местонахождении резиденции Тронье не должны знать даже хаши. Хотя Протосеваст Мануил как-то узнал же!.. Об этом, кстати, тоже следует доложить. Но измаилиты, очевидно, не собирались пускать Василия на Махди.

— Вам срочно надо навестить Орден. Командование мамелюков любезно согласилось отказаться от своих претензий и передало вас нам.

Внутри фелуки было тесно — теснее, наверное, чем в аримановском танке. Пурдзана и Василия усадили в глубокие кресла, коренастый хаш сел напротив них в такое же кресло.

— Куда мы летим? К Мекрджалу в пасть, в потайное место, — заныл Пурдзан. — Гирей-ага, я все понимаю. Мой дом разорили. Моих солдат убили. Но я хочу домой. Или к своим солдатам. Эх…

— В очень потайное место летим, Пурдзан-ага, — согласился Хаш, — на Новую Аравию.

— В Султансарай?! — удивился Василий.

— Нет, почтеннейший, наше потайное место — на полуострове Кум-эль-Алла. Там — наша Гора.

— Но там нет гор, там пустыня… Понятно. Ваша «Гора» — где-нибудь под песком. Я, честно говоря, всегда считал, что ваша база должна прятаться на вершине настоящей горы.

Измаилит прищурился. Под повязкой не было видно, улыбается он или нет.

— Пустыня — сад Аллаха. Успокойтесь, Гирей-ага. Вас там ждет настоящий рай!

Пурдзан все еще ждал, что их будут бить. Он вытирал потные ладони о шелковый пояс, шерсть между рожек стояла дыбом. Василий ткнул его кулаком в плечо:

— Что, Пур, у тебя вместе с оружием яйца тоже конфисковали? Не трусь, моджахед! Никто тебя здесь бить не станет.

— А как они узнают, что мы — не… Тут что, вообще пыток нет?

— Не знаю, каким образом, но на Горе обходятся без пыток. У нас тут не Империя, у нас все в порядке.

Василий поерзал на мягкой кожаной обивке, пытаясь удобно устроиться. Но удобно устроиться не получалось. Вот, думал он, сегодня я в углу дивана развалился, журнальчики читаю. На любой вкус: «Солдат Джихада», целая подборка, пара книжек «Семирамиды» с пухлыми лоснящимися гуриями на обложках, даже прошлогодние «Труды Валгалльского Медрессе», и газета сегодняшняя — какая там? «Красная Борода», разумеется. А завтра они решат, что я виновен, и от меня кучка пепла останется. И все. Я же не феникс, из пепла уже ничего другого не возникнет, кроме брикетика с бирочкой.

— Садись, Пур, поудобнее. Вольно, говорю. Пытать не будут. М-да. Казнить — могут, а пытать не будут. А казнят у нас не больно, бах! И ты уже пепел. Но нас не должны казнить. В Империи, разумеется, бардак, а мы с тобой конфедераты, у нас — порядок. Конфедерация в три раза меньше Империи, наши миры самостоятельнее имперских провинций, нам не надо столько чиновников-дармоедов. Это понятно? Наш социальный аппарат берет на себя меньше задач, но работает четче. Можно сказать, нам даже повезло, что Византия раньше вышла в космос. Мы не повторяем ее ошибок. Теперь тебе, надеюсь, ясно…

— Гирей-ага, не маши так руками. Ты меня два раза по носу задел.

Василию стало стыдно. Он понял, что сам от страха начал болтать. А Пурдзан, наоборот, успокоился, взял со столика «Солдата Джихада», раскрыл там, где про холодное оружие. Пурдзан прав. Газетку, что ли, почитать? Может, это и успокоит. Основная задача центральной прессы — успокаивать население.

Василий развернул «Бороду» — и секунд на десять перестал дышать. Ничего себе, успокоили! С первой страницы на него ласково смотрела Феодора из-под жирного заголовка:

«ПРИНЦЕССА ОЛЬГА БОРЕТСЯ С ПРИЗРАКАМИ — ИЛИ КОМАНДУЕТ ИМИ?»

Итак, принцесса Ольга, наследница имперского трона. Папаше ее еще жить да жить, но Василий помнил аккуратную гору, сложенную из убитых монахов. Интересно, зачем она пошла отрядом командовать? Скорее всего, барская прихоть. Или…