Евгений Прошкин - Смертники

— Ну держи.

Гарин открутил крышку и понюхал горлышко. Впервые в жизни сивушный запах не вызывал у него отвращения.

«Что ж, за перемены», — подумал Олег.

— Ты же её вроде не любишь? — спросил Михаил.

— Полюбил, — ответил Олег и, сделав три больших глотка, занюхал ломтем «мяса».

— Опять поумнел студент! — одобрительно заметил Митрич. — Кстати, в виде аванса, можно мне ещё коньяку?

Первого зомби Олег с Михаилом повстречали на подходе к Янову, неподалёку от бывшего цементного завода. Это был белобрысый паренёк лет семнадцати. Он сидел на водительском месте в «запорожце» с насквозь прогнившей крышей и ржавыми номерами «а 48 43 КI». При виде людей паренёк оживился и попытался открыть дверь, но, видимо, ручка с внутренней стороны в машине отсутствовала, так же как отсутствовали и все четыре колеса. Тогда он высунул голову в боковое окно, в котором не было стекла, и громко зашептал, присвистывая на отдельных согласных:

— Прыгайте на заднее с-шиденье. С-шкоро выброс-ш!

— Так ведь только что был, — осторожно ответил Гарин. — Не каждый же час.

— Прыгайте! — настаивал белобрысый. — Если накрытьс-ша плащом, то можно переж-шдать.

С виду это был обычный парень, разве что слегка неадекватный. Опытных сталкеров, способных пролить свет на причину неадекватности, рядом не было. Как и в прошлый раз, вскоре после того, как был допит коньяк, Митрич и Бодун получили срочный приказ и отбыли в неизвестном направлении, тем более что до Янова, по их словам, было рукой подать.

Некоторое время Олег поддерживал бессмысленный разговор, терпеливо объясняя, что нет, выброс не переждать в ржавом кабриолете, и нет, кровососов навряд ли отпугнёт запах бензина, и опять-таки нет, им не встречался на пути сталкер Лютый. Беседа прекратилась, когда Столяров, не принимавший в ней участия, шагнул к пареньку и бесцеремонно задрал ему чёлку, до этого закрывавшую пол-лица.

— Зря стараешься, — обернулся он к Гарину, который только и смог в ответ выдавить:

— М-мать!

В выпученных глазах паренька не было ни зрачков, ни радужки. Белков, строго говоря, тоже не было. Сплошные красные прожилки и чёрные сгустки запекшейся крови.

— Почему он разговаривает? — понизив голос, спросил Олег. — Разве он должен разговаривать? Почему он не стреляет в нас?

— Может, это новенький? — предположил Михаил. — До него ещё не дошло, что случилось. Выброс же был. Наверное, дурачок искал укрытие в дырявом тарантасе. Вот его и накрыло. А не стреляет, потому что автомат посеял.

— С-што такое? — спросил зомбированный. — О ч-шём это вы?

— Что с ним делать? — спросил Гарин.

Столяров пожал плечами.

— Оттуда не возвращаются.

— Он же совершенно нормальный. Если бы только не глаза…

— Тогда давай я. — Михаил достал пистолет и приставил дуло к виску паренька, который поднял на него кровавые бельма и просвистел:

— С-што за с-шутки?

— Хотя погоди… — Столяров опустил пистолет и посмотрел на Олега. — Давай лучше ты.

— Что я?! — отшатнулся тот.

— Попробуй его… — Михаил поиграл бровями. — «Венцом».

— Как это?

— Хрен его знает. Просто надень «венец». Может, что-то почувствуешь.

— Ты — псих! — Гарин помотал головой.

— Это он — псих. — Столяров дёрнул за чёлку, и голова зомби клацнула челюстью. Между окровавленными зубами мелькнул тёмно-фиолетовый язык, распухший и как будто изжёванный. — А ты — парень с повышенной пси-чувствительностью, иначе чёрта лысого бы «венец» у тебя активировался. Так что кончай выкобениваться и напяливай корону. Давай, давай, Олежка, — закончил он вполне дружеским тоном, протягивая артефакт.

Олег со вздохом принял «венец», надел на голову и одарил Михаила скептическим взглядом.

— И с-што? — спросил он.

— Что, уже торкнуло? — удивился Столяров, приближаясь к Гарину странной пляшущей походкой. Говорил и двигался Михаил непривычно быстро и как будто рывками. Его лицо стало чёрно-белым, словно у персонажа дешёвых комиксов. Да и весь окружающий мир стремительно терял цвета.

— С-што с-шо мной? — спросил Олег и сглотнул, борясь с подступающей тошнотой, когда губы зомби зашевелились в такт его словам.

Зомбированного звали Витя, и он пришёл в Зону за романтикой.

Ему повезло, иногда везёт и новичкам, хотя в Зоне это правило срабатывает в тысячу раз реже, чем в казино. Кордон Витя миновал примерно как мультяшный суслик, который ночью возвращался домой от хомяка: он не знал, чего следует бояться, и потому никого не встретил. Через канаву с притаившимся на дне «трамплином» Витя перемахнул, не заметив. Поросль «ржавых волос» отогнал от лица палкой, точно безобидную лесную паутину, а невидимка-кровосос, в которого юный сталкер швырнул ромашкой с оборванными лепестками, только пощёлкал горлом, ошалев от человеческой наглости. На Затоне Вите посчастливилось споткнуться о дощатый настил, маскировавший чей-то схрон. В результате паренёк разжился аптечкой и новеньким «Абаканом» в дополнение к украденному из отцовского сейфа «Вальтеру». На полпути между Затоном и Яновым его везение оборвалось, хотя самому Вите ещё некоторое время казалось, что оно только-только набирает силу.

На чердаке заброшенного дома, где парень решил остановиться на ночлег, ему повстречались три сталкера. Их звали Лютый, Вырвиглаз и Отбойник. Ни один из них не выглядел на своё прозвище. А Вырвиглаза, если честно, Витя вообще поначалу принял за женщину. Зато по тем историям, которыми новые знакомые охотно делились с ним под мамины, ещё пахнущие домом котлеты и пущенную по кругу фляжку водки, выходило, что Витя наконец-то попал туда, куда так стремился. В общество Настоящих Сталкеров. Каждый из них не раз хаживал на кровососа с рогатиной. Всем троим доводилось пережидать выброс в чистом поле. «Только не забудь накрыться плащом!» — авторитетно уточнил Лютый. Отбойник вообще добрался до Саркофага, отыскал там Золотую Сферу и загадал себе то ли большой член, то ли хорошую память. Сейчас уже и не вспомнить, хе-хе. В общем, сталкеры лишний раз подтвердили вывод, до которого Витя дошёл своим умом: не так страшна Зона, как её малюют. Жить здесь было можно, и даже с удовольствием. «Кстати, хочешь — научу, как правильно передёргивать затвор?» — подмигивал Вырвиглаз и по десятому разу лез брататься. От его слюнявых поцелуев Витю слегка коробило, но всем остальным он был доволен. Он был сыт, немного пьян, и наконец-то у него была компания. Да ещё какая! До появления Вити его новые друзья выглядели мушкетерами в ожидании д'Артаньяна. Но теперь-то все были в сборе, и от радужных перспектив кружилась голова. А ещё чуть-чуть подташнивало. «Завтра, — обещал Отбойник. — Завтра мы подгоним тебе Гаусс-пушку. Спроси меня почему?» «Почему?» — послушно лепетал новоявленный д'Артаньян. «А потому, что хороший ты человек, Витяй!»