Вольфганг Хольбайн - Луна Хадриана

А еще более сильное впечатление произвел вдруг откуда-то сзади вывернувшийся Набтаал, который тоже решил стрельнуть в то же место. На целую долгую секунду вдоль штольни завис плотный луч, такой яркий, что на мгновение ослепил Седрика и сумел пробить в скальной породе борозду толщиной с руку. На сей раз молнии над вкраплениями и прожилками бирания не затухали чуть дольше.

Седрик изумленно взглянул на Набтаала. До сих пор он так и не смог поверить, что это оружие, изъятое у робота, сможет функционировать в руках этого ненормального.

Зонд действительно застыл, зависнув на мгновение в воздухе, затем, видимо, желая более детально изучить и определить характер повреждений стенки штольни, все же приблизился к ней. Седрик, подняв свой лучемет, на этот раз прицелился точнее, да цель была теперь другая.

Луч попал как раз в летевшую камеру, которая тут же, вспыхнув, перестала существовав.

Седрик, шумно выдохнув, обратился к остальным.

– Надеюсь, они поймут, что это за предупреждение, – сказал он. – Ну а если нет, тогда их командир, скорее всего, – полнейший кретин.

– Седрик, – вдруг позвал его Набтаал.

– Да, что ты?..

– Здесь!

С таким выражением на лице, будто он обнаружил какое-то очень зловредное и отвратительное насекомое, Набтаал вытянутой рукой показывал ему на обломок зонда, лежавший буквально в полуметре от его ног. Седрик сразу же уловил, что имел в виду Набтаал, и это вынудило его проникнуться уважением к молодому партизанчику.

Обломок этот был не чем иным, как миниатюрным глазом камеры, который в случае разрушения зонда сохранялся, отстреливаясь в сторону, и вместе со встроенным в него миниатюрным сверхчувствительным микрофоном обеспечивал дальнейшую передачу видеоинформации.

Подняв эту штуковину и во все горло крикнув «Банзай» в микрофон, Седрик снова швырнул объектив на камни и как следует саданул по нему каблуком. Затем, повернувшись к остальным, он произнес:

– Мне кажется, мы получили тайм-аут, – он заговорщически взглянул на Шерил, – И мы его сможем использовать, чтобы посмотреть, что же есть для нас интересного в этом секторе Бета …

И, что удивительно, Шерил на этот раз не стала возражать ему.

На командном пульте замигала красная лампочка. Крофт умолк на середине фразы и несколько секунд с нескрываемым изумлением глазел на нее. В нем постепенно нарастало раздражение. Срочный вызов – приоритет А, что означало блокировку всех остальных разговоров.

– Что еще за черт?..

Нелора, которая не имела возможности видеть сигнал, игриво наклонила голову.

– А теперь мой командир скажет, что у него опять сложности, что он не сможет достать кораблик... Так как же, командор? – иронически спросила она, выделив последнее слово.

В ее глазах промелькнула тень обеспокоенности, поскольку его обещание махнуть с ней на пару часиков в «Сады Чудес» на какую-нибудь из близлежащих станций отдыха оказывалась теперь под угрозой. Крофт знал этот взгляд, как и знал то, что с ее настроением следует считаться. Терпеливой Нелору назвать было никак нельзя. Она никогда не скрывала, что ее взаимоотношения с Крофтом носили скорее деловой характер. Это было что-то вроде сделки. Он получал удовольствие, а она кое-какие преимущества – это и составляло предмет их молчаливого договора. А почему бы и нет, в конце концов?

– Нет, – ответил Крофт.

Красная лампочка продолжала неумолимо мигать.

– Хотя, может быть, да. – говорил он в трубку. – Я перезвоню позже.

Крофт попытался изобразить на лице улыбку, но понимал, что это ему не удается.

– Оставайся у приемника. Кому-то вдруг пришло в голову, что, оказывается, можно не давать мне покою и после работы. Остается лишь надеяться, что это не какой-нибудь пустяк.

Нелора кивнула, и тут же связь прервалась, на экране вместо хорошенькой мордашки светловолосой программистки возникла обеспокоенная физиономия капитана Хэнксона. Для должности, которую он занимал (а это была синекура чистейшей воды}, он выглядел очень уж озабоченным.

– Уже и отдохнуть нельзя? – пробурчал Крофт, не успел Хэнксон и рта раскрыть.

И хотя он был готов пожалеть о своей излишне откровенной реакции, но ничего страшного. Он терпеть не мог этого Хэнксона. Впрочем, в этом ничего удивительного не было, поскольку Крофт никого терпеть не мог. Кроме себя и, пожалуй, Нелоры. По его мнению, у каждого, кто добровольно соглашался служить на Луне Хадриана, либо крыша поехала, либо должна была быть какая-то до жути серьезная причина, чтобы удалиться от мира в этот Богом забытый уголок Вселенной.

– Ну так что там, капитан? – чуть более примирительным тоном спросил Крофт.

– Бунт заключенных в секторе «Любовь 3-15» – ответил Хэнксон.

Досаду Крофта как ветром сдуло, и за одну секунду он успокоился.

– Сколько их? – автоматически спросил он. – Их не более двадцати, – доложил Хэнксон.

– Хотя положение под контролем, но оно все же несколько... осложнено.

Крофт вздохнул. В том, что взбунтовались заключенные, ничего особенного не было. Он, еще не дослужив и года на Луне Хадриана, уже перестал вести счет этим бунтам. Они были не больше чем досадными инцидентами, не говоря уж о том, сколько хлопот вызывали. Каждый раз, когда ему докладывали о чем-то подобном, он ощущал тихое недоумение, почему эти дураки снова и снова лезут на рожон.

– А почему бы вам не пустить газку в соответствующие секторы? – прошипел он.

– К сожалению, это невозможно, –ответил Хэнксон. – Там, в «Любви 8-15», два месяца назад вышла из строя система отсоса, а заменить ее полностью станет возможным лишь после прибытия очередного контейнера, который должен доставить необходимые запчасти. Вы ведь сами, командир, дали это распоряжение.

– Что это конкретно может означать для нас? – спросил Крофт.

– Мы, конечно, можем пустить газ и эту секцию, – ответил Хэнксон, – но удалить этот газ оттуда можно будет лишь тогда, когда прибудут запчасти, после чего будет произведен необходимый ремонт. То есть месяца через четыре. И все эти четыре месяца в штольню можно будет входить лишь в защитных костюмах, кроме того, добыча бирания станет практически невозможной. Снабжение воздухом я уже отключил, но вследствие огромных размеров рудника бунтовщики ощутят недостаток кислорода лишь через несколько недель, а то и месяцев. Легче всего оставить их просто подыхать от голода или жажды.

– Так пошлите же туда парочку роботов-штурмовиков! Они же смогут как-нибудь разделаться и этими? Или?..